Война Корпораций

Глава 10. Прибытие старых друзей.

Тут я вам советую ознакомиться с книгой "Записки юного некроманта".

Глава 10. Прибытие старых друзей.

1

Вот снова наступила ночь. Глум открыл глаза. Он лежал на кровати рядом со Смертью. Она обняла его как плюшевого мишку, уткнувшись носом в грудь и закинув ногу на острые коленки Глума. Смерть мирно сопела, а волосы ее сбились кучкой и походили на стог сена. Глум поднял корпус и усмехнулся, когда Смерть соскользнула с его груди. На ней красовалась белая пижама с черными косами и черепами. Она – девушка и по-своему пытается быть милой и домашней.

– Надеюсь, не я тебя разбудил, – сказал Блэк, стоя в соседней комнате, в том месте, где раньше находился стол.

Глум встал и аккуратно укрыл Смерть одеялом.

– Нет. Давно так не спал. Прям чудно. Даже ничего не снилось.

Глум подошел к Блэку и поздоровался.

Каково может быть удивление любого из живущих в мире людей, когда совпадения или же сама судьба мелькают перед вами, показывая свой яркий хвост, и тут же исчезают. Огромный огненный шар влетел в спальню и взорвался. Наших героев ударной волной выкинуло за пределы квартиры прямиком в подъезд. Глум, ошеломленный от такого удара, еще толком не успев отойти от сна, попал в противостояние корпораций. Война началась также неожиданно, как влетел огненный шар. Наши герои встали, откашлялись от дыма и попытались войти в квартиру, но от нее ничего не осталось, кроме перекошенного дверного проема и пары горящих щепок пианино. Постепенно начали раздаваться женские вопли, детский плач и мужские возгласы, напоминающие доисторический боевой клич.

В окнах соседних домов показались бледные лица озадаченных людей. Языки пламени играли в отражении окон, и складывалось впечатление, словно люди попали в ад и горели в огне пламенной геенны. Глум посмотрел вниз — там, где раньше мирно находился пол, сейчас красовались осыпавшиеся на нижний этаж куски бетонных плит, из-под которых выглядывали обломки детской кровати. На этих обломках прыгала в истерике озадаченная мать, так тщетно пытаясь ударами ноги расколоть бетонные куски. Потом она попыталась поднять огромный кусок плиты, но спустя несколько секунд упала на него и истошно закричала. Внезапно появившийся мужчина, вероятно, муж, вбежал в одних трусах и схватился за голову. После он подошел к женщине и попытался оттащить ее в сторону, но ту как гвоздями прибили.

Сверху начал осыпаться потолок квартиры, расположенной выше. Бетонные крошки, постепенно набирая обороты, сыпались из трещин, делая их все шире. Послышался хруст и противный скрежет, так предательски разрывающий барабанные перепонки. Девушка и мужчина продолжали борьбу, а трещины становились все шире и шире. Вот и обвал. Огромные каменные массы водопадом посыпались вниз. Лишь на мгновения силуэты людей мелькнули средь пыли, укрепляющей арматуры и разрушенной мебели. Складывалось впечатление, что Глум и Блэк наблюдали за теневым спектаклем, и оба стояли как вкопанные, ошеломленные столь ужасной картиной. Она заворожила их, околдовывала. Люди прощались с жизнью так просто, а им, наполовину бессмертным существам не дозволено понять хоть толику той боли, что испытывали они перед смертью.

– Знаешь, Блэк, если бы я не испытал прошлой ночью человеческую боль, я бы и глазом не моргнул, списав это на обычную военную ситуацию. Лишь боль способна вернуть сознание в колею. Неудивительно, что людям даровано искупление. Не всем, но даровано, – оговорился Глум.

– Я никогда не видел столько безумия в одном месте, – Блэк провел черным когтем по сонной артерии на шее. – Одно дело, когда мы сражаемся между собой или уничтожаем фанатиков, а другое… Когда случается вот такое. Теперь я понимаю, зачем ты хочешь остановить братьев. Это совсем не весело.

Блэк отвернулся от образовавшейся надгробной насыпи и произнес: «Безумие».

– Это только начало. Будет больше жертв и этого не избежать. Жертвы в огромных количествах. Нужно добраться до Генерала раньше, чем это сделают братья. Нас попытаются остановить, так что будь осторожен, – сказал Глум и спрыгнул на груду обломков, которые сейчас находились вместо его квартиры этажом ниже.

Блэк посмотрел на него и неуверенно спрыгнул вслед за напарником. Он чувствовал, как души уходят в мир иной. Он чувствовал, как Смерть забирает их кричащие от боли души, переправляя в мир света, тепла и где нет понятия жестокости, нет понятия добра, а есть лишь вечное смирение и упокоение.

Наши герои спустились на улицу, скатившись с обломков, как с зимней горки, и наконец вырвались из пыльного тумана. Сирены кричали по всему городу, изредка заглушая воем человеческий плач. На удивление, из квартир вышло много людей: кто в тапочках и халате, кто – в спортивном костюме. Люди постепенно начинали толпиться возле обвалившийся части дома, шептались, смотрели на все еще тлеющие остатки оконных рам. Пыль постепенно осаживалась на поверхность обломков, показывая, что осталось после падения огненного шара. Чем меньше становилось пыли, тем больше женских и детских криков разносилось по улице.

К сожалению, случай не единичен. Взглянув на небо, можно было заметить кровавую окантовку, так легко ускользающую от невооруженного глаза. Все пылало, все ревело и разрывалось на куски. Души смертных оказались в эпицентре войны. Они могли биться за свободу, как делали раньше… Но они забыли, как это делать. Конечно, хорошо, смертные хоть немного смогли спокойно вздохнуть после тысячелетий кровавых возмездий во имя «неизвестно чего».