Война меча и сковородки

Глава 25

- Тиль! – крикнула Эмер. – Не делай глупостей!

- Назови время и место поединка, - сказал Тилвин Годрику, не обращая на ее возглас внимания.

- Никаких поединков! – Эмер встала между мужчинами. – Вы с ума сошли! Устраивать поединок, когда здесь находится королева!..

- Место и время, - повторил Тилвин.

- А с чего ты решил, что я согласен на поединок? – спросил Годрик с усмешкой.

Эмер и Тилвин уставились на него в изумлении. И если Эмер была удивлена, как это спесивый Годрик, всегда с пылом отстаивавший честь семьи, не ответил на оскорбительный вызов, то Тилвин просто-напросто взбесился.

- Если ты мужчина, то примешь мой вызов! – крикнул он, танцуя пальцами по рукояти меча.

- Мне не хватало только подраться со слугой, - Годрик взял жену за руку, обошел начальника стражи стороной и направился к жилым комнатам.

- Ты трус! Ты боишься! – неслось вслед

- Боюсь, боюсь, - бросил Годрик через плечо. – Можешь похвастаться этим… на конюшне.

- Вернись и сражайся со мной, Фламбар!

- Ага, бегу и ветер обгоняю, - проворчал тот.

- Он скажет, что ты испугался, - подала голос Эмер, когда они с мужем уже подошли к дверям спальни Острюд.

- Не все ли равно, что скажет бывший вассал?

- Теперь ты прогонишь его?

- Если хватит ума, уйдет сам.

Насчет «хватит ума», Эмер засомневалась и серьезно задумалась, что мужчины – странные существа. Порой их поступки лишены смысла. Здравого смысла.

В спальне Годрик нашел кресало и зажег несколько свечей, после чего безошибочно достал из сундука одно из парадных платьев Эмер, которое она еще ни разу не надевала, а в другом сундуке отыскал рубашку.

- Раздевайся, - велел он. – Королева, скорее всего, уже ждет нас. Не будем испытывать терпение Её Величества. Я помогу одеться.

- Всегда неплохо справлялась сама, - заявила Эмер, распуская завязки на рукавах. Она помогала себе зубами, но Годрик подошел, и под его пальцами даже самые противные узелки распутывались как будто сами собой.

- Надень это, - он разложил платье на кресле и расправил все складки с мастерством, достойным расторопной служанки. Платье было геральдических цветов дома Фламбаров – красное и желтое, с вышивкой в виде языков пламени. На красном вышивка была сделана золотом, на желтом – алым шелком. – Так мы покажем королеве, что помирились.

- А ты уверен, что помирились? – не утерпела Эмер, но, тем не менее, расстегнула брошь, которой до поры сколола разорванный ворот, спустила платье до талии, а потом уронила на пол и переступила через него, оставшись в наполовину разорванной рубашке.

Девушка успела перевернуть на спину заветную золотую монету, опасаясь, что Годрик увидит талисман в такой неподходящий момент. Да, он повел себя, как настоящий муж. И сказал слова, которые взволновали ее до глубины души. И даже то, что он не продолжил ссору с Тилвином, понравилось Эмер. Но сдаваться на милость сразу, когда еще живы воспоминания об оскорблениях и обидах, которым он ее подверг?..

- Даже если не помирились, предлагаю никому не говорить об этом. Пусть это будет наша тайна. Твоя и моя, - Годрик подошел к Эмер и медленно спустил с ее плеч рубашку, касаясь кончиками пальцев кожи. – Нежнее шелка… - сказал он тихо.

Прикосновение обожгло, как капли горячего металла, но Эмер не поддалась слабости и отвернулась, подхватывая рубашку возле локтей и прикрывая едва не обнажившуюся грудь.

- Я расцениваю твои речи об исполнении супружеского долга просто как способ оградить меня, - сказала девушка. – Благодарю, что помог. И ложь бывает во спасение. Не знаю, что бы произошло, не подоспей ты вовремя и…

Годрик осторожно, но настойчиво потянул рубашку:

- А я не лгал, - сказал он. - Фламбары тоже не бросают слов на ветер. Я хочу получить тебя этой ночью. Хочу, чтобы ты исполнила клятву, которую дала в столице, у алтаря. И хочу, чтобы ты стала моей настоящей женой.

Эмер вскинула голову, слыша и не веря.

- Какой ты быстрый, - сказала она, отчаянно краснея. – С чего ты решил, что перед разводом я дам тебе все это?

- Никакого развода не будет.

- Не будет?!

- Разве мы хотим этого?

- Но ты всегда говорил… - залепетала Эмер и замолчала.

Подобные превращения двух близких людей за столь короткое время – это было слишком для понимания. Какие силы обрушились сегодня на Дарем, если рассудительный и сдержанный Тилвин потерял самообладание, а язвительный насмешник Годрик обернулся смирным, как ягненок?

- Не веришь? Я тебя прекрасно понимаю, - Годрик взял ее за подбородок и осторожно заставил повернуться к свету. – Всегда считал, что у тебя карие глаза. А теперь вижу – серые. Рыжая с серыми глазами… Это красиво.



Артур Сунгуров

Отредактировано: 07.06.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться