#война#мир#секс

Размер шрифта: - +

6

Иван

День прошёл как всегда в суете. Согласование бюджетов на следующий год по отделам и филиалам – та ещё морока.

Впрочем, я люблю планировать. Люблю ставить последнюю точку в проекте, предварительно погоняв подчинённых, как коней по ипподрому, до седьмого мыла, пока не придут с чем-то действительно стоящим и не перестанут гнать туфту. Им полезно — ожиревший мозг просыпается. Заодно они сбрасывают лишние кило, потея на собраниях и экономя на личных тренерах. Лишь наиболее одарённые, коих единицы — финансовый директор Павел Максимович, аналитик Костя Молотов и Зульфия Закировна из поставок, – работают на опережение. Правда, я и их хвалю через раз. Избыточность доверия расхолаживает. Никто не отменял формулу «кнут+пряник= эффективность», причём в соотношении восемьдесят на двадцать.

В общем, завалившись домой, уставший, как собака, я был доволен: работа кипела, офис жужжал, процесс отлажен, как часовой механизм. Я всё знаю наперёд, просчитываю, улавливаю, контролирую и пользуюсь этим.

Я переоделся в спортивные штаны, футболку и пошёл в спортзал на второй уровень – сгонять с себя стресс. Да, я не только «хомячков» гоняю...

Алевтина Петровна, горничная-экономка, принесла мне на серебряном подносе кофе и грейпфрутовый сок.

– С листиками мяты и перцем, как вы любите, Иван Аркадьевич, – сказала она. – Я могу идти?

– Да, идите, спасибо, – кивнул я.

Вежливая улыбка. Официозное прощание. Дверь за ней закрылась.

Алевтина Петровна работает у меня давно. Она знает все мои привычки и странности. Я официально дал себе разрешение чудить, после того, как заработал первый миллион. Алевтина Петровна делает мне соки, солит баклажаны и зелёные помидоры по-домашнему, строит клинеров и убирает сама до больничного блеска. Только она может приготовить жареную картошку так, как я люблю – в меру хрустящую, с луком и чесноком, порезанную аккуратной соломкой. И даже кормит меня малиновым вареньем с чаем и какой-то сверх-лимонной гадостью, если простужусь.

Я привык к Алевтине Петровне, к её всегда одинаково уложенным валиком густым золотистым волосам с проседью, форменному голубому платью с иголочки, удобным, но женственным туфлям и к виду элегантно стареющей женщины предпенсионного возраста. Я бы скучал, если бы она не встречала меня в двадцать один ноль-ноль. Но я бы ни за что не позволил ей жить со мной под одной крышей. Это принцип.

Женщины, друзья, знакомые сюда приходят и уходят, когда я решу. Я предпочитаю оставаться один ночью в стеклянной крепости на верхних этажах собственного небоскрёба. Мне нужна тишина, воздух, пространство для размышления. Пожалуй, только сам с собой я расслабляюсь. Мне не надо что-то себе доказывать, что-то из себя представлять и кого-то нагибать. Ждать, что предадут. Себя предать трудно.

Я выдыхаю с облегчением, когда щёлкает замок, и не соответствую ничьим ожиданиям и никаким штампам. Не думаю, что кого-нибудь впущу в эту глубоко частную жизнь. А потому лейбл «самый завидный холостяк» прилип ко мне надолго. Думаю, навсегда. В нём есть куча бонусов, особенно когда мне становится скучно, и я выхожу «поохотиться».

Пару раз я даже был помолвлен и каждый раз удачно: до свадьбы не доходило. Когда мама достала меня вопросами о внуках, я купил ей лабрадора. На следующий год – золотистого ретривера. На моё тридцатитрёхлетие – пару карликовых пуделей. Теперь маме некогда задавать мне подобные вопросы, она носится за своими «пёсиками» по моему дому и саду в Барвихе и пытается выдрессировать хоть кого-нибудь, раз меня не вышло.

 

Я зашёл в спортзал, встал на беговую дорожку и потребовал у своей системы «Умный дом»:

– РБК1.

Понеслись биржевые новости: «Тесла выплатила рекордную сумму по облигациям»; «Последствия пенсионной реформы»; «Bloomberg о градостроительстве с нуля». Краем уха услышал знакомую фамилию. О, мой адвокат приобрёл 29,6 процентов акций банка «Москва-Развитие». Молодец, растёт. Не много ли я ему плачу? А и ладно, плачу ему не только я. Зато мой Юрий Самвелович – надёжный, «как весь гражданский флот»2. И хитрый, когда надо.

Я приказал системе:

– РБК выключить. Сообщения.

На экран перед тренажёром высыпались сообщения за вечер, отсортированные секретарём и системой. Я включил нужную скорость и побежал, перебирая корреспонденцию голосом.

О, файл от Боброва! Передачу прислал? Посмотрим.

Люблю, когда всё подчиняется расписанному мной порядку, и никто не сидит без дела, занимаясь неизвестно чем.

«Как та блогеша», – подумал я и сам на себя разозлился.

С какого перепуга меня постоянно в мыслях перекидывает на неё? Видимо, реально бесит. В ней всё шиворот-навыворот, наизнанку: ковбойские сапоги вместо шпилек; джинсы на телевидение, водолазка вместо декольте, подтасовка фактов и игра на публику. Меня аж дрожь взяла от возмущения.

Реально надо запретить кому ни попадя шаландаться в Интернете и писать что в голову взбредёт. Правильно у китайцев сделали — своя поисковая система, фейс-контроль и регистрация в Интернете только по паспорту. Серьёзные ребята!

Не то, что эта Рррита... из неизвестной подворотни. Инстаграм в руки, смазливая мордашка и уже звезда!

Она слишком живо мне представилась.

Тренажёр снова показал, что у меня участился пульс. Дурость!

Я сегодня выходил из холла и, садясь в машину, увидел девицу с плащом длинных чёрных волос, в тёмном пальто и в ковбойских сапогах. Меня аж подбросило. Виду я, конечно, не подал, но взглядом задержался, пока она не обернулась. Все всегда чувствуют мой взгляд.

Нет, это была не блогерша. Даже и близко нет. Я испытал разочарование, смешанное с идиотским раздражением. Из ума выжил. Вроде всего тридцать пять, а не шестьдесят и паранойя. И вообще мне всегда нравились блондинки, типа Белинской, так какого чёрта?



Маргарита Ардо

Отредактировано: 08.01.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться