Волшебный вкус любви

5. Победа и поражение

Меня словно молнией ударило от этой улыбки.

- Что там? – Серчо, у которого начался перерыв, тоже подошел к окошку. – А, Душан тёлочек обольщает? Это называется – привлекать клиентуру, - он подмигнул мне, и в это время в кухню вернулся Богосавец.

- Горячая штучка, - сказал ему Серчо. - Я ее сразу узнал. Это Эльвира Равшанова. Часы свидания она тебе на визиточке не указала?

- Понятия не имею, кто это, - пожал плечами шеф,  который едва переступив порог, превратился в холодного демона кухни – куда только пропала задушевная улыбка.

- Это моделька, - с удовольствием пояснил Серчо. – Сейчас они все называют себя моделями, - он, паясничая, жеманно повел плечами и покрутил бедрами, а потом хохотнул: - Пойдешь с ней?..

- Нет времени, - ответил шеф и, не глядя, отправил визитку в мусорницу.

Тут он заметил меня, и я пулей бросилась вон, чтобы не получить замечание, что отлыниваю от работы.

Банкет закончился в пять вечера, и повара, едва стоявшие на ногах, радостно зашумели, когда Богосавец принес бутылку шампанского.

- Благодарю за отличную работу! - объявил он, разливая вино по бокалам. – Ребята!.. И дамы, конечно, - он улыбнулся Елене, которая стояла рядом, - я вами горжусь. Вы – лучшие.

- Рад, что вы понимаете это, шеф! – отчеканил Серчо, и все весело рассмеялись.

Богосавец наполнил бокал и передал его Елене. Та чуть пригубила и стрельнула глазами в мою сторону. Я стояла за дальним разделочным столом, очищая ножи. Теперь я – одна из «белых рубашек», а значит, слова благодарности шефа относились и ко мне. Пусть он даже не посмотрел в мою сторону.

- Даша, шапманского, - услышала я голос Богосавеца, и едва не уронила нож, который протирала ветошкой.

Шеф стоял рядом, протягивая мне бокал, и сказал со своей экранной улыбкой:

- Котенок тоже заслужил. Ни разу не мяукнул.

Я взяла бокал, чувствуя себя, словно во сне, и сделала глоток, не сводя с Богосавеца глаз. Даша… Котенок… Теперь я не Номер Семь… Я почти не почувствовала вкуса вина, но оно обожгло меня, как солнце – мгновенно согрело изнутри, даря ощущение легкой эйфории, как во время солнечного теплого дня, когда сидишь в тени деревьев.

- Вкусно? – спросил Богосавец.

- Да, - только и смогла я пробормотать. Мне даже думалось с трудом, когда он вот так стоял рядом, улыбался, и рубашка была расстегнута на три верхних пуговицы.

- Можешь сегодня пораньше уйти с работы, - разрешил он. – Прямо сейчас. Считай, что у тебя выходной.

- Спасибо, - прошептала я, а Богосавец уже отошел от стола, перебрасываясь шутками с Миланом.

Выходной! Вот так подарок! Еще вчера я прыгала бы от счастья, что смогу провести спокойный вечер дома, но сегодня этот щедрый подарок меня огорчил. Мне показалось, что шеф избавился от меня, чтобы отпраздновать удачный день со своей семьей, в которой я, получается, была пока на правах падчерицы.

Переодевшись, я забросила на плечо сумку и пошла через черный ход.  

Возле гаража стоял Богосавец и задумчиво смотрел на цветочную клумбу. Я хотела пройти мимо, но он окликнул меня.

- Хочешь, подвезу домой? – спросил шеф очень благожелательно. Но я сразу насторожилась.

- Нет, спасибо. Я на метро. Как раз книгу дочитаю…

- Что читаешь? – спросил он с интересом, и этот интерес насторожил и испугал меня еще больше.

- «Практические основы кулинарного искусства», Александровой-Игнатьевой, - ответила я сухо. – Очень интересно. Особенно когда грызешь сушку с маком.

Богосавец удивленно вскинул брови, а потом рассмеялся.

- Собственно, я тебя жду, - сказал он, сунув руки в карманы брюк. – Хотел кое-что тебе сказать. Раз не хочешь, чтобы я тебя подвозил, то пойдем, до метро провожу.

«Помните ли вы, где метро», - подумала я, но только передернула плечами – мол, запретить вам идти рядом со мной по улице я не могу.

Мы вышли на проспект и неторопливо пошли к остановке.

- Я рад, что ты прошла стажировку, - сказал Богосавец. – Я знал сразу, что именно ты останешься. Лёлик не ошибся. Он никогда не ошибается.

Я косилась на него, гадая, что сейчас услышу. Ведь в самом деле – не ради же комплиментов он пошел царскими ножками по улице.

- Мне нравится, как ты работаешь, - продолжал шеф. – Ребята тебя хвалят – ты все схватываешь на лету, не ноешь. Это важно, Даша. Так что теперь ты – повар на моей кухне, и тебе пора узнать третье правило.

- Третье правило? – навострила я уши, сразу вспомнив, о чем говорила нам Елена при первой встрече.

- Да, третье, - шеф остановился, и я остановилась тоже. – Третье правило - быть верным только «Белой рубашке». Ты у меня на особом контроле, потому что легко бросила свое прежнее место работы. Настоящий повар привязан к ресторану, он считает его своим домом. «Белая рубашка» - мой дом, и я хочу видеть здесь только членов своей семьи, а не захожан и прохожан.

- Кого? – переспросила я.



Ната Лакомка

Отредактировано: 07.04.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться