Вользевир

Размер шрифта: - +

Глава 27


                                           Глава 27
Загнанный в угол Гловер, не знал, что делать, он испытывал самое отвратное чувство, чувство безысходности. От него больше не чего не зависело, у него остался лишь упущенный шанс, убей он литмора, сложилось бы все иначе. Ему предстоял тяжёлый выбор, хочет ли он чтобы его дочь провела вечность в муках? разумеется нет, но для спасения ему необходимо совершить невозможное, убить самое дорогое... В таком случае, где гарантии, что ее душа обретет покой. 
   Постепенно состояние Сью становилось все хуже, ее периодически потряхивало, и она с ужасом смотрела в пустоту, будто там кто-то есть.
Неподалёку раздалось ржание коней. Гловер выбежал за поворот, и увидел, как по тропе, ведущей к лагерю, словно змея тянется отряд, в руках каждого из них был факел, свет от пламени падал на наездников, освещая их головы.
Возглавлял колону лично барон, а следом за ним шло огромное количество огней. В туже секунду, не теряя времени, Гловер побежал к дочери, и взглянув в ее печальные глаза, ему не хотелось ее тревожить. Она не заслужила всех тех мучений, что на нее обрушились. Он аккуратно запустил левую руку Сью под голову, а правой подхватил ноги. Девчонка завопила, крепко зажмурив глаза.
   - Прости меня солнышко, умоляю прости...
Голос отца звучал где-то вдалеке, с трудом долетая до разума.
Подняв малышку на руки, он быстрым шагом направился в лес, и стоило ему погрузится во тьму, как в лагерь ворвался барон, и его подданные. 
   Перед бароном предстало полуразрушенное, не большое поселение. 
   - Мдаа... - разочарованно протянул он - не густо.
Костер ярко горел, но в лагере не было ни души. Обыскав поселение, стражники принялись обыскивать лес, наступая Гловеру на пятки. На некоторое время барон остался один в лагере. Усевшись на бревне у костра, он хмуро всматривался в разодранные тела.
   - Что же я впустил в этот мир?.. - сказал он тихо, себе под нос, совершенно не ожидая услышать ответ.
   - Смерть! - громко, с ноткой призрения выкрикнула фигура, что скрывалась в тени прямо перед ним.
Барон, широко улыбнувшись, медленно встал, он узнал, гордый, зазнавшийся голос демонолога.
   - Здравствуй Джин! как поживаешь? - иронично спросил Шон, и величественно вышел из тени, а следом за ним покорно выполз литмор.
При виде этой парочки, барона перекосило. Наглое, гордое выражение лица демонолога, заставляло кипеть в жилах кровь. Литмор выполз чуть вперед Шона, и жалобно прошипел, бесцельно мотыляя в воздухе хвостом.
М-м-м-я-я-с-с-с-о
   - Что, не боишься? - выкрикнул демонолог - ах да, совсем забыл, ты же у нас выкупил бессмертие, не велика ли цена? - ехидно добавил он, явно стараясь вывести Джина из себя.
   - Не твое дело - сквозь зубы бросил барон - ты не имеешь права забирать ее у меня, она принадлежит мне! Где ты ее дел?!
   - Где я дел, тело несчастной Эльзы? Так вот же оно, прямо перед тобой.
Стоявший на четвереньках литмор, поднял голову чуть выше, уставившись желтыми глазами на барона. Лицо существа стало стекать, словно горячий воск. Чешуйчатые клочки кожи, хлюпая падали на землю, образуя лужицу отвратной субстанции. Преобразившееся лицо твари, приняло бледный вид мертвой Эльзы. Джин шлепнулся на бревно, он не мог смотреть без боли в груди, на созданную демонологом химеру.
Черное, чешуйчатое, покрытое слизью тело, плавно переходило во вросшее в голову твари, лицо Эльзы.
Она, не открывая глаз, крикнула перегруженным голосом.
   - Отныне, каждый день твой, мука!
Барону не хотелось смотреть на это существо, но он словно остолбенев, был не в силах оторвать взгляд. 
Демонолог, залился звонким, презрительным смехом, он щелкнул пальцами, и созданная им химера, постепенно растворилась в воздухе.
   - Иллюзия... она не настоящая. - Тихо проронил Джин, доставая дрожащей рукой кинжал - сейчас ты мне все расскажешь, тебе больше не помогут твои уловки.
Барон вдохнул, и широко улыбнулся - сегодня ты умрешь, но прежде отдашь мне ее тело.
   - Вот так вот? - удивившись сказал Шон - ты так легко убьешь человека, который подарил тебе столько знаний? 
   - Это ты во всем виноват! - заорал Джин - не встреть я тебя в тот день... не чего этого не случилось бы.
   - Ну ладно, хватит, хватит слюной без толку брюзжать, сказал, делай.
Джин не хотел убивать Шона, прежде чем узнает где тело Эльзы, поэтому он быстрым движением руки, бросил отравленный кинжал в грудь демонологу, и казалось, что еще мгновение и цель будет обездвижена. Однако, Шон растворился в воздухе, так же как его создание, кинжал влетел прямо в голову стражнику, что секундой ранее вышел из леса. Влетевший в шлем кинжал, высек искру и отрикошетил в сторону. Разъярённый барон продолжил метать кинжалы один за другим, расстреливая металлический доспех.
Истратив все запасы, Джин приказал вновь обыскать лагерь, и окрестность. В лесу раздался свист летящих стрел, и звук захлопывающихся капканов, сразу после этого последовал грохот пустых доспехов. Стража мигом собралась, окружив источник звука, трое из них попались в расставленные ловушки. 
Барон же сидел на бревне, и со страдальческим взглядом, всматривался в густое пламя. Он вспоминал тот день, когда Эльза, призналась в неверности. Вспоминал он так же и Шона, который спас его от смерти, вытащив прямиком из петли. Барона так огорчила новость об измене, что ему попросту перехотелось жить. Все попытки добиться вечной жизни, были лишь для того чтобы провести эту вечность, с ней, но видимо не судьба, и Джин отчаявшись, нашел упокоение в самоубийстве. Жизнь не имела ни малейшего смысла без нее. И в тот момент, не секунды, не сомневавшись в правильности своих действий, он с надетой на шее петлей, шагнул с табурета. Но веревка волшебным образом исчезла, ее не было ни на шее, не на дереве, на котором он решил лишится жизни. И к нему тогда подошел демонолог, всячески выругивая его, он признался, что ему известна причина, столь радикальных действий. Он всячески убеждал барона в том, что именно Эльза должно понести наказание, что неверность, это предательство, а предательство требует высшей меры.
Джин не удивился тому, что демонолог взялся из не откуда, и посвящен в столь тонкое дело, ему просто хотелось выговорится, хоть с кем-нибудь, и присутствию Шона, он был необычайно рад. Однако на уговоры о наказании блудницы - как выразился демонолог - Джин попросту отказывался, ведь даже после столь тяжелого удара, что она нанесла, он по-прежнему ее любил. Выражаясь, что она самое дорогое что у него когда-либо было. И если в ее жизни нет места для него, то жизнь теряет всякий смысл. Однако, демонолог был весьма убедителен, он уверил барона обождать с самоубийством, хотя бы до утра, если он не передумает, то воля его, не кто во второй раз его останавливать не станет. Уходя, Шон сунул в руки Джину, потертый свиток, говоря, что без него не как, и уже скрываясь между деревьев он добавил.
"Повешенье, это женская смерть, настоящий мужчина погибает в бою"
Прислушавшись к убеждениям демонолога, Джин отправился в кабинет, где он ранее занимался изучением свитков, артефактов, и прочих вещей. Развернув свиток, он обнаружил видоизмененный знак призыва, который он использовал ранее, чуть ниже находилась детальная инструкция. С каждой прочитанной строчкой, Джин находил все больше и больше смысла в словах демонолога. По началу он боялся себе в этом признаться, но с каждым часом, он перечитывал инструкцию, и вера становилась крепче. Словно одурманенный, он вылетел из кабинета, и найдя Эльзу поставил ей единственно условие, после которого она станет свободной.
Вернувшись обратно в кабинет, он прочитал свиток еще несколько раз, и после этого был уверен на все сто. Неверная свинья, должна искупить грех...
Сейчас, сидя у костра, барон перебирал воспоминания, и дивился тому, что говорил, что делал. Словно он был всего лишь сторонним наблюдателем, а тело и разум в те моменты, находились будто одержимы чужой идеей.
Джин зажёг от костра факел, сел верхом на коня, и совершенно разбитый тем фактом, что он снова его упустил, отправился домой. С четким пониманием того, что слишком слаб, что уровень знаний Шона, гораздо выше, и пока это так, демонолог останется попросту неуловим.
Стража, повторяя за хозяином, зажгла по факелу и отправилась вслед за ним, образуя вдалеке, растянутую вдоль тропы, змею.   
   - Как же долго, он здесь торчал - утомленно сказал Шон, направляясь к полумертвому телу Чудища. 
Он откинул ногой листву у сгоревшей палатки, и подобрал два камня рубинового цвета, потом он легонько махнул двумя пальцами, и топор, державший тело Чудища на весу, вылетел, и с глухим звуком погрузился в дерево на против. Лохматая тушка зверя, бессознательно шлепнулась в запекшуюся лужу собственной крови.
   - Бессердечные скоты! - сердить рявкнул он - ладно люди... люди предают, обманывают, злорадствуют, их то не жалко. А чего их жалеть? - говорил он полумертвому Чудищу - они же попросту звери. Вот взять в пример тебя, ты же им не чего плохого не сделал, а все ровно пострадал.
Демонолог вложил в раскрытую рану на груди Чудища один камень, а второй отправил в карман. Рана на груди, стала едва ощутимо светится ядовито красным цветом. По венам, от раны полилась бордовая кровь, освещая всю кровеносную систему. Бардовая кровь смешивалась с фиолетовой и бесследно в ней растворялась. Тело Чудища на секунду затрясло, и сквозное отверстие в груди, стало зарастать на глазах. Рана затянулась, оставив после себя воспоминание в виде двух шрамов, один малый на груди, и другой, что по больше, на спине.
   - Ну, пойду я, прощай! как бы тебя не звали, у меня еще масса важных дел.
Шон потрепал за ухом все еще бессознательное тело Чудища, и отправился в лес, шагая точно след в след за Гловером.



Владимир

Отредактировано: 01.12.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться