Воздушные грани: в поисках книги жизни

Размер шрифта: - +

Глава 6. Все, что принадлежит мне

Все, что принадлежит мне

Притча об одиноком Северянине.

Пожелал как-то один совершенно обыкновенный, но необычайно усталый человек, провести какое —то время в непоколебимой тишине. Да так разозлился он на все, что  происходит вокруг и что издает шум, что тотчас люди перестали говорить, животные перестали издавать какие-либо звуки, птицы перестали петь, и лишь ветер изредка подгонял опавшие листья. Но и этого человеку было мало. Стал он зол еще больше на весь тот бардак, что творится в мире и пожелал убрать все вещи, все, что покрывают землю людскую, все мелочи, чтобы воцарилась пустота.

Но  человеку стало еще хуже, ведь людям негде было скрыться от своей тишины, и все стояли обок друг друга и пристально смотрели на него. Человек разозлился пуще прежнего и пожелал, чтобы и люди, и звери, и птицы и даже насекомые испарились с этой земли.

Но на сей раз человек не разозлился, он пришел в ярость от того, что стало ему непосильно одиноко, и сел он на пустую холодную землю и не смог даже заплакать, ибо плача своего он не слышал и плакать ему было нечем.

Так и ходил человек долго-долго, пока не истер ноги в кровь и не дошел до Ларитиана.

 

 

***

«Какой интересно сейчас час?» — мысленно спросила я себя и разомнулась. Мне казалось, что я просидела так целую вечность: совсем без мыслей, смотря в закрытое окно, словно разгневала злюку медузу-горгону и превратилась в статую. «Как же здесь душно и темно!». Подойдя вплотную к окну, я застыла: «Мой сказочный сад теперь и впрямь волшебный?». Небо, привычное вам по вечерам небо, стало полностью сиреневым! Протерев глаза, я забралась на свой подоконный диванчик, подняла жалюзи нажатием всего лишь одной кнопочки и окунулась в эйфорию вечернего блаженства. Голубовато-розовые облака плавно передвигались по нежно-лиловому предзакатному небу. Воздух оказался тоже совсем иным, более свежим и волнительным, чувственным и глубоким. Вся эта обстановка внушала сладостное спокойствие, все дурные мысли улетели, как только я открыла окно. Каким чудесным оказался наш сад! Все цветы, деревья и кусты, словно сами выбрали себе место обитания! Раньше мама сажала растения, будто бы расставляла солдат на параде, с филигранной точностью подрезала все кусты, что меня ужасно раздражало. А за это ей еще давали первые места на городском конкурсе садоводов шесть лет подряд! Наверное, просто я такая неряха и люблю, когда везде царит творческий, но, конечно умеренный, беспорядок. А что сейчас? А сейчас все так, как и должно быть! Растениям комфортно: нежные белые нарциссы клумбочками стоят не в ряд, а хаотично разбросаны по периметру, что придает саду некую дикость; за ними ярко-огненные страстные флоксы создают причудливые волны, которые разбавляют всю гамму сада: контрастные синие гладиолусы решили больше не стоять в шахматном порядке, казалось теперь они действительно решили побыть в роли шахматных фигур и расположиться более фривольно. «Ну ни за что на свете не поверю, что все это могла сделать Элла! Кто же этот чудо садовник с богатейшей фантазией?»

Вспомнив, что я хотела узнать сколько же сейчас времени, не закрывая окна, я спустилась вниз. Бабушки не было дома: кардиган не висел на вешалке, сумка не лежала на комоде, зато на зеркале висела яркая флуоресцентная бумажка с посланием от Эллы. «Отлучилась по очень важному делу, ложись спать и обязательно поужинай! Целую, Бабуля». Бабуля?! Ну надо же, как мы заговорили. Я прошла в кухню и посмотрела на большие настенные часы, в форме ромашки. Уже половина восьмого. Машинально сев за стол, я стала прокручивать в голове картинки всего произошедшего за сегодняшний день. Дабы не обидеть Эллу, я съела целых два куска пирога и выпила стакан лимонада из графина. Честно говоря, я даже не могла ощутить вкуса из-за волнения. А наполненности желудка я не могла ощутить по определению. «Здесь нет совершенно никакой физиологии. Да я же не смогу нормально питаться! Интересно какие у бабушки могут быть здесь дела?». Убрав за собой посуду, я, совершенно обессиленная, поднялась наверх.

Приятный вечерний уличный воздух наполнил комнату ароматами цветов. Дышать стало легче, хотя нужно ли здесь дышать? В голову сразу пришла навязчивая идея принять ванну, поэтому я пошла в шкаф и разделась. Мне хотелось смыть с себя всю новую информацию, смыть с себя все эти слова о смерти и новой жизни. «Какими бы удобным и не были кеды, усталость сделала свое дело! Или я настолько себя накрутила, ведь „здесь нет никакой физиологии“, а значит и устать просто невозможно!» Затем, войдя в соседнюю дверь, я включила воду, и ванна стала постепенно наполняться прозрачной, словно горной водой. Проведя рукой по влажной поверхности, я ощутила непередаваемый трепет, волнение, возбуждение и свободу. На море я была всего один раз, незабываемый и великолепный, но даже тогда, впитывая все блаженство той необычной воды, я не получила такого эффекта, как в своей ванной в этот день. Что уж говорить об океане, с ним я сравнивать никак не могу: такого счастья мне в жизни не досталось. Подумав, что ванна без пены, это совсем не ванна, а наполненная водой емкость, я стала разыскивать свои привычные баночки со средствами личной гигиены в шкафчике, около зеркала. Ну и что же ты ожидала? Что твои любимые шампуни и гели для душа будут томиться там в ожидании твоего возвращения с злополучной вечеринки? Взяв какой-то странный пузатый бутылек из затемненного стекла, я бухнула все содержимое в теплую воду. В комнате запахло шоколадом: больше всего на свете я люблю шоколад! Когда ванна наполнилась до конца, я забралась в свое временное убежище. «Как я счастлива, что теперь могу расслабиться и подумать обо всем». Хотя, честно говоря, мне не хотелось раскладывать все пережитое по полочкам, но мысли бегали в голове, как хомяк в колесе клетки. «Если действительно этот мир такой же, как тот, почему умирать так страшно? И почему никто не знает об этом, если жить здесь здорово? Мне пока не очень тут нравится, я не знаю, что же мне делать, чем заниматься? Пойти на работу? В том мире весь июнь мы с ребятами должны были делать ремонт в школе, отрабатывать наши шалости: разбитое окно, подожженный кабинет химии; еще сидеть с первоклассниками. А тут я, вероятно, ничего не буду делать, а целыми днями сидеть на кровати и пялиться в окно. Какое разнообразное занятие, всю жизнь мечтала о таком! Хотя, если это такой же мир, я смогу ходить по магазинам, тут наверняка есть книжный! О, какой книжный, Несса? Я никому здесь пока не доверяю. Даже бабушке. Добро пожаловать в Зомбилэнд!».



Annabella Summers

Отредактировано: 30.09.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться