Возмутительно желанна, или Соблазн Его Величества

Глава 16. Обморок

Глава 16. Обморок

Элайза развернулась к Рональду лицом, и он сразу почувствовал, что она вот-вот лишиться чувств. Он успел среагировать – поддержал её. В голове проскочила мысль – смесь раздражения и сарказма. Это уже второй обморок на его памяти. Первая их встреча закончилась тем же. И вот эту впечатлительную особу он принял за женщину из древнего пророчества, которая должна изменить его судьбу?

– Элайза, – он легонько встряхнул её, но она продолжала обмякать в его руках.

Фермиль сорвался со своего места и подскочил помочь. Правда, не столько помогал, сколько оправдывался.

– Ваше Величество, я делал всё согласно протоколу. Просто хотел проверить госпожу Элайзу на Сфере Гольца. Но она так тревожилась и нервничала. Наверно, до этого ей ни разу не приходилось проходить проверку. И потом для юной неопытной девы аудиенция короля – огромное потрясение.

Бормотание Фермиля только усилило раздражение. Это насколько нужно быть хлипкой, чтобы терять чувства от одного вида короля? Не настолько уж Рональд ужасен.

Элайза все никак не приходила в себя, несмотря на старания Фермиля, обмахивающего её платком. Рональд понял, что толку не будет, и подхватил Элайзу на руки. Нужно вынести её из кабинета секретаря в одну из гостиных.

– Позови лекаря, – приказал он Фермилю.

Рональд не ожидал, какой лёгкой и хрупкой окажется Элайза. Совсем невесомая. Досада и раздражение мигом улеглись. Да она, наверное, не от волнения чувств лишилась. Скорее, у неё голодный обморок.

Это было странное ощущение, забытое. Девушка в твоих руках – будто в твоей полной власти. Рональд давно не держал женщин на руках. Давно? Точнее, никогда. Если не брать во внимание тот случай, когда он в девятилетнем возрасте перенёс свою кузину через ручей. Лиззи забавно визжала от удовольствия, и её толстые щёчки покрылись румянцем. У Элайзы, напротив, лицо было бледным.

В коридоре Рональд заметил Тайлера, и, не дав ему даже поинтересоваться, что случилось, тут же выплеснул на него гнев.

– Твоя невеста сегодня что-нибудь ела?

Он замялся.

– Э-э-э… не знаю, Ваше Величество.

– Разве после ритуала обручения ты не стал её опекуном? Разве не твой долг заботиться о её благополучии? – хмуро глянул он на шагающего рядом Тайлера. – Почему ты не знаешь, сыта ли она? Почему не распорядился об обеде сразу по приезду во дворец?

– Но вы же сами приказали, как только прибудем во дворец, доставить её к вам.

Это было правдой. Рональд чуть остыл. Он понимал, что вины Тайлера в том, что Элайза жила в последние годы в нищете, нет. И она, и её сестра пострадали от скупости их дядьки. И, более того, Рональд был уверен, что Тайлер сможет о них позаботиться и голодать они не будут. Его Советник – сложный человек, но в скупости замечен не был.

Рональд свернул в ближайшую гостиную и опустил Элайзу на софу. Можно было оставить её на попечение жениха и лекаря, который наверняка вот-вот подойдёт.

– Доложишь мне, что скажет целитель, – приказал он Тайлеру и уже отошёл на пару шагов, но что-то заставило его развернуться и взглянуть на Элайзу.

Не зря он это сделал! Ох, не зря! Рональд кое-что заметил. Что бы это могло означать? В нём снова всколыхнулся гнев. Нет, он не уйдёт. Он хочет услышать собственными ушами диагноз лекаря.

Полина и не ожидала, что ей не дадут упасть. Её поддержали, а потом и вовсе подняли на руки. На мгновение ей стало страшно. С кем она играет? Это опасный человек. Грозный, суровый, возможно даже, жестокий. Он раздавал приказы чётко, хлёстко. Голос – сталь. И там, внутри, в груди, к которой она была прижата, тоже чувствовался холодный металл. Ей бы поменьше попадаться ему на глаза, а она уже умудрилась попасть в его руки. Эх, Поля, доиграешься.

Но её так бережно уложили на софу, что она расслабилась. Всё обойдётся.

И действительно – дальше события стали разворачиваться в пользу Полины. Через какое-то время появился лекарь. Проверил пульс (к счастью, прямо через перчатку), поднял-опустил веки, побрызгал в лицо какой-то жидкости с приятным, но очень резким запахом, и заверил:

– Не беспокойтесь, сейчас госпожа Элайза придёт в себя.

Да этот супер-концентрированный цветочный аромат мёртвого бы поднял. Полине даже не пришлось разыгрывать, как она постепенно приходит в чувства. У неё резко заслезились глаза, запершило в носу и горле, и напал кашель.

Пока она прокашливалась, лекарь задавал Тайлеру примерно те же вопросы, которые ему задавал король: когда Полина последний раз ела, когда пила. Вердикт целителя был прост:

– У госпожи Элайзы слабые нервы и истощение. Полноценное питание и свежий воздух быстро восстановят её силы, и обмороки прекратятся. Рекомендую ей покой на два-три дня.

Как выгодно быть тощей! Худоба и бледность сыграли Полине на руку. Ну и лекарь не подкачал. Она всей душой его полюбила. Он прописал просто идеальное лечение. Покой ей будет очень, кстати. Поле нужно хоть немного времени, чтобы освоиться.

– Спасибо, Кристоф, – раздался откуда-то сбоку голос короля. А Полина почему-то думала, что он уже давно ушёл. – Мне кажется, у тебя есть ещё ряд рекомендаций. Озвучь их Тайлеру за дверью.

Поля в момент напряглась. Король выставляет лекаря и Советника за дверь. Зачем? Чтобы что-то сказать Полине наедине? Он сел на стул возле софы, где только что сидел целитель, и посмотрел пронизывающим, как ледяной ветер, взглядом.

– А теперь, госпожа Элайза, будьте добры, расскажите, что вы скрываете. Почему вы так боялись проверки на сфере Гольца, что разыграли обморок?