Возвращение

Размер шрифта: - +

Глава 24

– Так ты утверждаешь, что они представляют собой огромную опасность для нас? - Мудрейший вопросительно посмотрел на Антона. – А вот Ицеркул говорит, что они против нас слабы и бессильны.

– Это так и есть! Признай очевидное, Лукреций, - воскликнул Ицеркул.

– Я сомневаюсь, что это так, - осторожно начал Антон, не хватало, что бы его посчитали трусом! – Знаю, они много пьют, но армия их насчитывает много новобранцев, их много, очень много. И они значительно превосходят нас по численности.

– Да, нашим воинам справиться с ними ничего не стоит!

– Наши войска искусны и профессиональны, но на каждого нашего будет десять противников! – Антон начал раздражаться. – Что ты сможешь сделать, если на тебя завалятся все сразу! Никакое искусство и умение в этой ситуации тебе не поможет! Нас просто возьмут грубой силой.

– Если ты боишься, то так и скажи, а оскорблять наших воинов я тебе не позволю! - Ицеркул, сжав кулаки, подался к Антону. Тот вскочил готовый к схватке.

– Прекратите немедленно! – Мудрейший нахмурился. – Сию секунду сядьте! У нас достаточно проблем и без вашего соперничества. Мальчишки, а не воины!

– Извини, Мудрейший, - Антон сел и попытался успокоиться.

– Извините, но трусость Лукреция выводит меня из себя, - злобно глядя в лицо Антону, процедил сквозь стиснутые зубы Ицеркул.

– Замолчи Ицеркул, - вскричал Мудрейший, - еще одно слово в адрес Лукреция и ты уйдешь с совета!

Повисла напряженная тишина. Ицеркул побагровел, на его шее заиграли желваки, он сжимал и разжимал кулаки в бессильном гневе. «Теперь у меня появился не соперник, а самый что ни на есть враг, - подумал Антон, - за все время существования совета еще ни разу, никто не был удален с него! Даже мысли об этом не было!»

– Поскольку порядок восстановлен, - сказал Мудрейший, - я вынесу свое решение: всем войскам быть готовыми к отражению атаки, ежедневные тренировки и ученья. А теперь все свободны.

Воины молча вставали и торопливо направились к деревне.

– Лукреций, останься. Я хочу с тобой поговорить, - спокойно произнес Мудрейший.

Антон бросил прощальный взгляд на Леонардо, тот пожал ему в знак поддержки руку. Вернувшись к костру, Антон сел. Дождавшись пока они остались одни, Мудрейший печально вздохнул и как-то сразу осунулся. «А ведь он уже очень стар, - грустно подумал Антон, с нежностью глядя на старика.»

– Лукреций, сынок, что у вас происходит с Ицеркулом? Что это за глупое соперничество между вами? Вы же родные братья! В ваших жилах течет одна кровь!

«Он мой брат? – Антон был в шоке.»

– Ваш отец, мой друг перед смертью просил: позаботится о его семье. Я взял на себя ответственность за ваше воспитание и всегда старался, сделать из вас достойных людей и прекрасных воинов. И вот на склоне жизни я вижу, что не справился со своей обязанностью. Скоро я предстану перед вашим отцом моим другом и что я смогу сказать ему? Я подвел его! – Голова старика упала на грудь.

– Не правда, - с жаром воскликнул Антон, удивившим его самого. – Ты был нам как отец, тебе и только тебе мы обязаны всем.

– Да, но я не смог примирить вас. Сколько я вас помню, вы всегда враждовали: сначала из-за игрушек, потом из-за Камили, теперь вот снова спорите, - Мудрейший печально посмотрел на огонь.

– В этом нет твоей вины, значит, так суждено всегда быть соперниками, - обреченно произнес Антон.

– Прошу тебя, сын мой хотя бы на время оставьте ваши распри. Сейчас нам всем грозит опасность, постарайтесь помириться. Если не ради себя, то сделай это ради меня, ради нашего народа. Я могу просить тебя об этой милости?

– Конечно, Мудрейший! Я слишком многим тебе обязан, чтобы отказать. Но прошу тебя, не проси меня полюбить его, по крайней мере, сразу.

– Если вы на людях будете показывать свое согласие друг с другом, то нашим воинам этого будет достаточно.

– Как скажешь… отец.

– Я знал, что на тебя можно положиться, - улыбнулся Мудрейший. – Ну, а теперь иди, тебя ждет твоя молодая жена. Передавай ей привет.

Антон встал и почтительно склонился перед самым главным человеком в племени и перед своим приемным отцом.

– Спасибо, передам. Спокойной ночи.

– До завтра.

Антон отвернулся и быстро исчез в темноте ночи.

Мудрейший долго смотрел ему в след, затем он наклонился к костру и пошевелил поленья. Огонь вспыхнул и загорелся ярче. Старик заворожено наблюдал за ним. «Да, друг мой, извини, но свое слово я не смог сдержать, - старик глубоко вздохнул».

Костер гипнотизировал и умиротворял Мудрейшего: «Если бы они только знали, как давно все это началось, а когда закончится, не знает никто. Они теперь братья, но даже родная кровь не смогла примирить их. Прошло столько столетий, столько воды утекло с тех пор - века сменились веками, люди изменились, а ненависть до сих пор жива. Один ненавидит, а другой любит. Разные жизни, разные эпохи, а души все те же, - в трансе думал он. - Когда-то он спас мне жизнь, и я поклялся оберегать его, но должен ли я рассказать ему всю правду о нем или узнать он должен все сам, вот в чем вопрос?»

«Молчи!» – бросил ему в лицо неизвестно откуда налетевший порыв Ветра. «Молчи!» - забурлила Вода. «Молчи!» – прошелестел Огонь. «Молчи, время еще не пришло!» - прошептала Земля. И все стихло. «Я что, задремал? Какие глупости приходят мне в голову! Старею… - Старик оглянулся в изумление, но все было спокойно, только ветер теребил его седые кудри, да отблеск от костра отражался на старческом лице».



Кассиопея

Отредактировано: 22.09.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться