Возвращение драйкери

Интерлюдия

Мэтр Чьорт, магистр естественной алхимии, в очередной раз тихо выругался, помешивая драгоценное варево. Уже почти не осталось сомнений, что где-то все же вкралась ошибка, и на этот раз тоже ничего не выйдет, а места о славе и богатстве так и останется всего лишь мечтою. А ведь только одни расчеты заняли более трех месяцев! И вот опять, все бесполезно…

Уже в полной уверенности, что все потеряно, мэтр все же продолжал помешивать. Любое дело нужно доводить до конца. В любом случае.

Пожалуй, это было одной из основных черт характера Йориуса, причем с самого детства. Он был рожден с очень слабым магическим даром, поэтому не мог претендовать на бесплатное обучение. Осознав это, уговорил родителей отвести его в услужение старому алхимику, обосновавшемуся неподалеку от их городка.

И все долгие годы их совместного проживания тот не мог нарадоваться на трудолюбие и упорство своего ученика. Несмотря на слабость дара, тот вполне преуспел в алхимии. А его учитель поспособствовал официальному получению им звания сначала ученика, потом подмастерья, и, наконец, мэтра. Йориус получил право именоваться магикусом со всеми положенными сему званию привилегиями. Но даже это его не радовало.

Хотелось славы. Изобрести нечто неизвестное и весьма ценное. Бесконечные расчеты не давали нормально высыпаться. Мэтр Чьорт все больше превращался в фанатика, одержимого алхимией. И вот сейчас, когда он почти у цели…

Первый луч восходящего солнца проник через специально открытое для этой цели окно и уперся прямо в кипящее варево, окончательно убедив мэтра, что в этот раз он тоже проиграл. Все. Мэтр Чьорт устало выпустил из рук тонкую палку-мешалку и разочарованно отступил, когда его комната внезапно резко уменьшилась в размерах.

Ошеломленный мэтр шагнул назад, и, споткнувшись, оказался на полу. И было отчего. В одно мгновение его комнатушка оказалась забита множеством корзин, заполненных самыми разными букетами. В воздухе, медленно оседая, кружились лепестки и пыльца, покрывая стол, его голову, и, самое печальное, слегка кипящее зелье.

В этот день мэтр Чьорт впервые в своей жизни напился, использовав для этого запечатанный кувшин крепчайшего вина, даренный его наставником в день получения магистерского звания. На следующее утро, страдая от дичайшей головной боли, он от души попинал корзины с чуть привядшими букетами и подойдя к испорченному зелью, принявшему ярко-желтый оттенок, всерьез задумался о несправедливости жизни. Надо сказать, это было самым большим везением мэтра, поскольку, пока он находился в сомнамбулическом состоянии, заработали вбитые в подкорку многолетние рефлексы, и мэтр, вместо того, чтобы просто вылить зелье, начал его стандартный анализ, сначала проверив на ядовитость, потом испробовав на лабораторных животных, и, в конце, не добившись никакой реакции, слизнул с ладони крошечную капельку, продержав ее на коже положенные пять минут.

Именно в этот момент мэтр и пришел в себя, поскольку зелье подействовало мгновенно и сразу. Из глаз потекли слезы, живот скрутило, но всего через несколько биений сердца мэтр осознал, что его голова больше не болит, а чувствует он себя просто замечательно. Так был изобретен универсальный антидот, сильно разбавленный вариант которого продавался как средство от похмелья и впоследствии был прозванный «чертовым зельем». Менее, чем за год, мэтр Чьорт стал одним из самых богатых и знаменитых алхимиков Империи. Но до конца счастливым он так и не стал. Его мучила загадка, кто и каким образом узнал о готовящемся эксперименте и помог ему, подкинув украшенные золотоцветником корзины. Именно его пыльца стабилизировала придуманное зелье. Причем, им была украшена каждая из корзин, делая намек как можно более явным. Бедному мэтру так и не пришло в голову, что в этом году в столице золотоцветник был просто модным…

 



Татьяна Полетаева

Отредактировано: 24.01.2021

Добавить в библиотеку


Пожаловаться