Возвращение в гавань Кассандры

Размер шрифта: - +

Возвращение в Гавань Кассандры - 7

Возвращение в Гавань Кассандры - 7

Ренсинк Татьяна

Только закончив все дела в морском корпусе, Андрей уже направлялся к выходу, как его остановил возглас.

-Андрей Викторович! Обождите! - спешил за ним грузный пожилой мужчина.

Но оглянувшийся с удивлением Андрей не успел что ответить, как тот продолжил:

-Вы знаете, что мне поручено организовать театральное выступление наших кадетов, не так ли?!

-Я в курсе, Роман Игнатьевич, - кивнул Андрей, чувствуя недовольство собеседника, выпрямившегося перед ним так горделиво, что хотелось лишь молчать.

-Посмотрите, - раскрыл он перед ним папку со вложенными в неё листами. - Эти два оборванца обязаны выступать, а...

-Простите, - перебил его пылкую речь Андрей. - Разрешите попросить не называть никого при мне оборванцами.

-Как угодно, - усмехнулся Роман Игнатьевич, затаив в себе ещё большее недовольство. - Однако, заклинаю Вас поучаствовать в том, дабы сии господа надели на выступление сарафаны да станцевали, как от них требуется. Ишь, возомнили из себя не весть что!

-Я поговорю с ними, - снова кивнул Андрей, стараясь во всём скорее согласиться и прекратить разговор, несущий в душу лишь неприятные ощущения.

-И ещё, - поднял брови его собеседник. - Вы уже приготовили отчет, который я просил?!

-Да, я его Вам немедленно принесу, - собрался Андрей было вернуться, но Роман Игнатьевич воскликнул, с шумом захлопнув папку:

-Завтра принесёте! Мне сегодня будет не до этого!

С этими словами он умчался дальше по коридору, но Андрей всё же отправился обратно в класс, чтобы захватить из стола оставленные там документы. 

-Андрей Викторович? - несмело прошли в класс и двое молодых учеников.
-А вы ещё здесь, - без удивления сказал Андрей, стоя у учительского стола с парой бумаг в руках.

-Мы слышали, как Вам на нас нажаловались, - еле слышно сказал один из мальчиков.
-Нажаловались, - с обидой за ребят усмехнулся Андрей. - Он прикажет вас выпороть, точно прикажет, а выступать придется.
-Помогите, ну не мальчишкам сарафаны носить! - возмутился другой мальчик с уже набежавшими на глаза слезами.

-Я бы рад, да вряд ли смогу, - пожал плечами Андрей. - Не вы первые мужчины, кому приходилось наряжаться для выступления в платья, а посему, - помотал он головой и сочувствующе добавил. - Выполнить следует приказ, как вас учат...

Не желая пока продолжать этой беседы, Андрей поспешил покинуть класс. Он направился прямиком к кабинету Романа Игнатьевича, откуда доносились два голоса. 
Роман Игнатьевич был занят беседой с кем-то и его слова заставили Андрея остановиться да невольно слушать:

-Да куда Карташеву дальше-то лезть, что Вы! - усмехнулся Роман Игнатьевич. - Разве что нервы себе больше потрепать.
-А разве у него нервы на пределе?! - удивился собеседник, тоже далеко не молодого возраста. - Он кажется вполне спокойным да педагогом уж славится отличным... Кадеты его любят!

-Ах, - усмехнулся Роман Игнатьевич. - Неужто не знаете?! Да супруга его ж одна из княжен Нагимовых. Ох и гулящая оказалась!  Нагулялась, а брать-то её никто в жены не брал. Вот, Карташеву и отдали... Сам без рода, без племени, выбился вдруг в князья... Да и  сестра её не лучше. Тоже гулящая. Но и лучшего мужа не могли найти. Как раз простолюдин и подходит!

-Да что Вы?! - удивился собеседник, но в тот момент Роман Игнатьевич решил видимо проверить, не слышит ли кто беседы этой, и открыл дверь шире.

Тут же его глаза увидели уставившегося на него с гордостью да молча Андрея.

-Вы?! - произнес удивившийся Роман Игнатьевич, но Андрей вручил ему листы, которые нёс, и так же молча ушел.

Покинув корпус, он скорее взял свое коня и помчался домой: к рукам любимой, к её любви, теплу и свету. Ничего роднее для него нет, как он уже давно убедился. Ничего милее на свете нет, чем быть мужем именно для неё, быть именно тем, кто сможет сделать счастливой её — свою избранницу, жену, свою единственную любовь.

Скорее отдав коня в руки вышедшего навстречу конюха, Андрей вбежал в дом усадьбы Нагимовых и тут же нашел свою ненаглядную у окна в гостиной.

-Родная, - припал он к её рукам, одарив те поцелуем, но в тот же миг захватил в плен долгого поцелуя и её губы.

-Андрюшенька, - ласково улыбнулась она, оказавшаяся на руках возлюбленного, и он понес её немедленно наверх, в их спальню.

Вокруг царила тишина, словно в доме не было никого, только из открытого окна доносились заливистые трели птиц в саду. 

-Тебя... Лишь тебя... Всегда... Как впервые, - опустив любимую на постель, Андрей не отрывался от неё и покрывал поцелуями, постепенно обнажая. 

Их взаимные поглаживающие прикосновения, ласка, горячая страсть разжигали в обоих бурю желания скорее слиться вместе, скорее быть вновь единым целым, и они отдались власти тех в них волн, что накрывали да уносили куда-то вверх, к блаженству...



Tatjana Rensink

Отредактировано: 22.03.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться