Возвращение в гавань Кассандры

Размер шрифта: - +

Возвращение в Гавань Кассандры - 29

Возвращение в Гавань Кассандры - 29

Ренсинк Татьяна

Еле уговорив родителей отпустить на бал с подругой Ольгой Судховой да её отцом, Наталья сияла от счастья. Она была единственным человеком в усадьбе Аргамаковых, кто не погрузился пока в отчаяние, в грусть, кто не был под давлением страха за то, что больной Марии стало вдруг хуже.
 
Мария лежала в постели и уже не звала, не кричала. Только начинала стонать от боли, ей сразу давали лекарства, от которых вновь наступал сон. Дети каждое утро и перед сном её навещали, молились рядом вместе с бабушками да няней о выздоровлении мамы и снова уходили. 

Осознавая свою слабость да обреченность, Мария тихо плакала, когда оставалась одна. Она часто была в компании супруга. Снова было тихо да приближался сон. Зачастую это был практически один и тот же сон: странные существа, странная суета и её подневольное передвижение куда-то.

Пытаясь не подпускать к себе переживания о Марии, только Наталья продолжала вести свою нормальную жизнь, репетировать игру на скрипке да петь. И теперь, в этот поздний вечер, она дождалась, когда к усадьбе подъехала карета. 

Прибывшую в ней со своим отцом Ольгу Судхову тут же провели в дом, и Наталья выбежала ей навстречу:

-Оленька! Какая радость! Я так ждала! Наконец-то!

Подруги крепко обнялись да обменялись троекратно поцелуями в щёчки. Тем временем к ним спустился Никита, и подруги оглянулись.

-Добрый вечер, - с поклоном предстал он перед Ольгой и поцеловал ей ручку.
-Добрый вечер, - еле слышно прозвучал её голос. - Никита Михайлович...
-Что ж, пойду попрощаюсь с маменькой да папенькой, - хихикнула Наталья рядом и поспешила скрыться за дверью библиотеки. - Обождите здесь...

-Вы прекрасно выглядите, - не зная, о чём начать говорить, сказал Никита. - Так легко оделись для столь дальней поездки.
-Нынче посетим музыкальный вечер у графа Сологуба, а утром же поездом отправляемся. И там,... будем в Москве, - сообщила Ольга. - Вы не знали?!

-Нет, - усмехнулся Никита сам себе, что мало осведомлен о происходящем вокруг. - Значит, Натали будет у вас. Мило, что Вы пригласили её с собой, на этот бал в сарафанах* в Москве... Она любит балы. А поездом, и правда, быстрее... Знаете, - вспомнив что-то, улыбнулся Никита. - Как-то прочитал я в английской газете, что железные дороги помешают однажды коровам пастись, куры перестанут нести яйца, отравленный воздух будет убивать пролетающих мимо птиц, а дома близ дороги погорят.

-Всё ещё может быть хорошо. Даже при таких условиях, - чувствовала Ольга, что жутко хотелось поддержать Никиту да как-то успокоить его душу, мучения которой были на виду, но более сказать не успела.

Наталья вернулась вместе с родителями, с которыми вновь прощалась и которые проводили их к карете. Там, после обещаний отца Ольги, что всё будет замечательно, что за обеими подругами будет надлежащий присмотр, девушки устроились в экипаж.

Всё происходило невероятно быстро, как казалось Ольге, запомнившей и ещё долго хранившей перед собой грусть глаз Никиты. Так же всё скоро казалось и Наталье, наконец-то вырвавшейся из душного родного дома, где атмосфера тяжелая не давала покоя, как бы она ни старалась продолжать наслаждаться жизнью. 

Карета неслась. Настроение часто менялось, и всё же радость от предстоящего вечера музыки, от последующего бала в Московском кремле побеждала. 

Вдруг, вырвавшаяся на волю слеза Ольги скатилась на улыбку, заставив скорее смотреть в окошко кареты, где на ясном ночном небе звезды будто подмигивали, поддерживая и шепча о лучшем. И никто не заметил сей тоски душевной. Секрет свой твердо хранила Ольга в себе да выдавать не хотела.

Когда прибыли к дому графа Сологуба, все вышли из кареты, не ожидая ничего более, чем наслаждение очередным вечером музыки да встречами с творческими людьми. 

-Кобальт поди давно уж ждёт нас здесь, - сообщила счастливая Наталья.
-Как чудесно! Может сможем договориться, что вместе сыграем, - улыбнулась Ольга, но в тот момент резко мчавшаяся по дороге рядом карета остановилась. 

Из неё выскочили двое мужчин. Нижняя часть лиц их была спрятана под чёрные повязки. Лишь глаза блестели и в эту ночь, среди горящих вокруг фонарей, пугали уставившихся Наталью и Судховых. Один из мужчин наставил пистоль на них. Другой схватил Наталью силою крепкой руки за предплечье и втолкнул в свою карету, в которую скорее с другом скрылся, а их извозчик, такой же в чёрном и неизвестный, помчал коней прочь.

Не находя сил шевелиться, Ольга так и смотрела им след, а её отец с надрывом крикнул: 

-Нет!!!

Он пробежал несколько шагов следом, но... экипаж был уже далеко,... с Натальей,... с теми неизвестными,... за тёмной пеленой ночи...

 


* - бал в Кремлёвском дворце 9 сентября 1856 г. в честь коронации Александра II .



Tatjana Rensink

Отредактировано: 22.03.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться