Враг за спиной

Глава 5.

Глава 5.

За ужином они продолжили разговор. Руслан поинтересовался, как юлины раны на запястьях. Они уже почти не болели – полицейский врач после освидетельствования сделал профессиональную перевязку.

-А я смотрю, ты тоже хромаешь. Авария? На мотоцикле? – Поинтересовалась девушка.

-Да что же это такое? – Руслан повысил голос и воздел руки к небу, хотя по тону было понятно, что вопрос его забавляет. - Сговорились вы все, что ли?! Кто ни увидит, все спрашивают про мотоцикл. Ты вот меня в первый раз видишь, а туда же! Нет, если бы на мотоцикле, хоть было бы не так обидно! Спортивная травма. Бывает. – Он развёл руками. – Активный образ жизни. Издержки, так сказать…

-Я понимаю. Сама на велосипеде езжу. Скажи, а почему не вызвали нашего консула в полицию? Когда заявление подавали, - Спросила Юля.

-Консула вызвать, конечно, можно. В Киеве целое российское посольство есть. С консульским отделом. Но консул нужен, если тебе нужно срочно домой вернуться. Чтобы документ для возвращения выдать. А сначала всё равно надо сделать так, чтобы у тебя не было проблем за пересечение границы. И потом… Консула мы можем вызвать. Хоть завтра. Вернее, в понедельник, вряд ли они будут вызову в выходной рады. Но скажи, ты хочешь вернуться? – Руслан смотрел ей прямо в глаза.

-Я бы, конечно, хотела домой. – Юля выдержала этот взгляд. - Но там меня, если до сих пор не убили, то убьют. А может быть, не просто убьют… Я это понимаю. И когда подавала заявление на убежище, тоже понимала, что подписываю, и какие последствия. Я же юрист, в конце концов, хотя и не знаю ваших законов…

-Вот и хорошо, что ты думаешь в том же направлении, что и мы с Юрой. Кроме того… Предположим, мы вызвали консула. Чтобы тебе помочь, ему нужно будет установить твою личность. Если консул – действительно консул, а не человек из ФСБ, то он направит запрос в вашу полицию. Впрочем, если из ФСБ, тоже направит, потому что все базы данных паспортов – у полиции. По крайней мере, у нас так, но в России, думаю, тоже. Система-то ещё советская во многом осталась… И тогда полиция в вашем Занайске быстро узнает, где ты находишься, и при каких обстоятельствах сюда попала. Что будет дальше, догадываешься?

-Конечно. Те, кто хотели меня убить, тоже об этом узнают…

-И тогда тебя могут попытаться добить прямо здесь. Как ты, наверное, знаешь, такие случаи были…

-Слышала.

-Ну, вот. Тебе лучше пока сидеть тихо, и никому в России лучше пока не знать, где ты находишься, и что ты вообще жива. Согласна?

-Конечно. – Юля опустила голову. – Придётся начинать жить заново. Здесь. Если разрешат.

-Об этом не беспокойся – я же сказал, документы сделаем, и быстро. Первые – на следующей неделе, постоянные – думаю, за месяц. И со всем, что нужно для начала, поможем.

-Да, но как быть с отцом? Он вернётся … меньше чем через месяц. И, узнав, что я пропала, поднимет тревогу. И поднимет все свои связи, чтобы меня найти. И если он не будет знать, что со мной случилось… А там и подготовка к учебному году, а меня не будет на кафедре…

-Да, это проблема. – Руслан задумался. – Но не первоочередная. До того, когда нужно будет её решать, ещё почти месяц. Что-нибудь придумаем.

Почему-то Юля ему верила. Может быть, потому, что он сдержал все обещания, и то, что было возможно, пока устраивал наилучшим образом. А Руслан продолжал:

-А ты попытайся понять, кто и почему мог захотеть тебя убрать. Я не верю, что это просто хулиганы. Слишком сложно. Специально построенная яма, воздушный шар, дистанционно обрезанные верёвки… Такое не делают просто так. Ты или кому-то очень мешала, или нужно было воздействовать на кого-то через тебя. Или ты что-то важное знаешь. Понять это – в твоих же интересах. Может быть, тебе удастся вернуться домой. Или понять, что лучше об этом даже не думать…

-Это я тоже понимаю. Но, честно, не знаю, что ответить.

-Ну тогда расскажи о себе. Чем ты занимаешься, кроме работы в университете? Может быть, дело в этом?

-В том-то и дело, что ничем! Только преподаю, пишу статьи и готовлю диссертацию. Мне отец не даёт заниматься чем-то ещё. Он считает, что все члены семьи должны быть в науке… Он вообще был не в восторге, когда я решила поступать на юридический. Он-то сам – химик, для него гуманитарные науки – как что-то ненастоящее. Но смирился. При условии, что я пойду в науку. Я-то всегда хотела быть или прокурором, или адвокатом. Выступать в суде. Но папа сказал, что об этом не может быть и речи… Правда, на кафедру устроил.

-Чем ты ещё занимаешься? Спорт какой-нибудь, художественная самодеятельность? Политика там оппозиционная?

Девушка замотала головой.

-Нет, ничего такого. Политика – это вообще нет. На велосипеде катаюсь, в спортзал для себя хожу, но ни в каких командах ни во что не играю. А петь и танцевать – это вообще не моё! - Юля грустно улыбнулась. – Да, и я знаю, про что ты спросишь. Никакой ревности или ещё чего-то быть не может. С тех пор, как мой друг … перестал быть моим другом. – Она слегка покраснела. – Но мы расстались мирно, без сцен.