Время орка

Размер шрифта: - +

Глава восемнадцатая. Пики и грязь

Какова цена чести? Мне никогда не задавали этот вопрос, но я знаю людей, которые вынуждены были дать на него ответ. Спросите это у женщины, за спиной которой гибнут от голода её дети. Спросите это у генерала, ставшего грудью на защиту своего отечества. Спросите это у судьи, что выносит суровый приговор. Пускай это трусость, но я лишь надеюсь, что никто не спросит об этом меня.

Каролина Тибальд. «Дневник памяти»

 

После первого дня турнира ему так и не удалось уснуть. Когда на улице забрезжило тусклое сияние далёкого рассвета, Адам выбрался из фургона. Он решил прогуляться по шатровому городку, раскинувшемуся у подножия холма.

Юный виконт никому не говорил об этом, боялся признаться даже себе, но он хотел, чтобы Ош проиграл. Хотел, чтобы сир Гедеон сбил его с лошади. Хотел, чтобы орк неуклюже шлёпнулся в грязь, как мешок с картошкой.

Нет, он не питал неприязни к Ошу. Напротив, необычный орк вызывал невольное уважение. Однако каждый новый день, проведённый на турнире, грозил им разоблачением.

Когда Адам согласился на предложение Оша, он был уверен, что орку никогда не победить бывалых рыцарей. Теперь эта уверенность пошатнулась. В этом странном орке была какая-то необъяснимая, скрытая сила. Юноша чувствовал это всякий раз, когда на него падал взгляд небесно-голубого сапфирового глаза.

С тех пор как они покинули скалистое логово, наставник неоднократно предлагал ему выдать орков стражникам и бежать, но Адам считал это недостойным поступком. В конце концов, пускай они и не были людьми, но он дал им своё слово. Слово виконта.

Кроме того, Локвуд и сам говорил об этом так осторожно, что Адаму казалось, будто старик в очередной раз проверяет его характер. Благородный наставник разрывался между своей честной натурой и желанием спасти воспитанника от неприятностей. А неприятности им грозили немалые.

Подумать только: обманом провести орков в столицу. Это было не просто нарушением свода турнирных правил, которое влекло за собой всего-навсего дисквалификацию с изъятием имущества нарушителя в пользу королевской казны. Нет, здесь уже пахло государственной изменой, а это предусматривало лишь одно наказание – эшафот. Адам никогда не видел казни, но перспектива стать её непосредственным участником совсем не улыбалась юному виконту.

Если обман раскроется, а это непременно произойдёт, когда Ошу каким-то чудом удастся победить, дом Олдри ждёт позор и изгнание. И это в лучшем случае. Что сказала бы его мать, если бы узнала об этой авантюре? Что сказал бы его покойный отец?

Перед Адамом снова и снова возникал нелёгкий выбор. С одной стороны было бесчестье его семьи, с другой – сделка с совестью. Он мог бы подрезать ремни седла Оша, чтобы тот свалился с лошади и проиграл. Мог бы выдать орков страже. Мог бы склонить их к побегу.

Все эти мысли копошились в голове юноши, как клубок ядовитых змей. Да, он мог бы это сделать ради матери, ради наставника, ради своей крохотной сестры. И жить с этим до конца своих дней. Однако отец воспитал его по-другому.

Некоторые вещи должны быть сделаны не потому, что они удобны. Не потому, что они делают жизнь легче. Не потому, что они принесут благо тебе и твоей семье. Они просто должны быть сделаны, потому что так будет правильно.

В конце концов, если бы Ош не вступился за них тогда, на старой дороге, они с учителем уже давно были бы мертвы!

Немного воодушевившись этой мыслью, Адам вернулся к фургону. Он отдал своё будущее в руки судьбы. Возможно, сегодня Ош проиграет и его опасения окажутся напрасны...

Однако первый же бой орка, состоявшийся утром, показал Адаму, что судьба бывает весьма коварным помощником.

Сир Мальтус Донахью, известный балагур и охотник до женских прелестей, так бурно отмечал свой вчерашний триумф, что проснулся в жесточайшем похмелье. Разумеется, перед тем, как лезть на лошадь, он решил утопить свою головную боль в паре кружек эля. Проблема благородного мужа заключалась в том, что, взявшись за ручку первой кружки, ему было невероятно трудно остановиться.

Сквайры с величайшим трудом погрузили своего господина на боевого скакуна, но это оказалось бесполезно. Когда Ош с копьём наперевес помчался в сторону соперника, захмелевший рыцарь просто вывалился из седла. Оказавшись на земле, сир Донахью победоносно захрапел. Под гомон и улюлюканье толпы его унесли, присудив победу Ошу в образе Юстаса Олдри.

Наблюдая за происходящим, Адам чувствовал, как внутри у него всё холодеет. Казалось, сама удача была на стороне орка. Ему оставалось выстоять ещё три боя. Три боя – до победы Оша и крушения всяких надежд юного виконта.

– Приведите их в фургон, молодой господин, – тихо шепнул Адаму наставник. – Нужно кое-что обсудить.

Юноша рассеянно кивнул и двинулся к оркам.

Попросив Зору проследить за тем, чтобы их никто не подслушал, Локвуд завесил вход плотной тканью, зажёг свечу и начал:

– Помните лорда Пуля?

Адам и Ош дружно кивнули.

– Следующий бой будет против его племянника, Арона Пуля, представителя Мельничного удела.

Адам начал подозревать, о чём пойдёт речь.



Дмитрий Гарин

Отредактировано: 28.12.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться