Все будет хорошо

Размер шрифта: - +

Глава 9. Прощай навсегда – увидимся завтра

Коко очнулся, лежа лицом вниз; запах влажной гнилой травы окутывал его. Появилось приятное ощущение тяжести собственного тела. Все его предыдущие движения с целью выбраться самостоятельно только еще больше запутали ситуацию.

Он собрался с силами, перевернулся на спину и открыл глаза. Лес. Ровные столбы сосен острыми пиками устремились вверх, а колючие кроны стежками пришили пасмурный лоскуток неба между деревьями.. Из серого просвета летели вниз белые снежинки. Густой душный запах мокрого леса навалился одеялом на уставшее тело, которое только училось заново дышать, глубже и быстрее. Слипшиеся легкие Коко наполнялись жизнью.

Коко повернулся на правый бок и зажмурился, он медленно подтянул колени ближе к груди и замер в позе эмбриона. Замедлить вдох и еще медленнее выдохнуть. Кислород расклеивал слипшиеся легкие, жизнь постепенно наполняла тело. Он аккуратно перекатился на четвереньки, опустил голову, зажмурился и сел на пятки. Перед закрытыми глазами заиграли разноцветные звезды, голова кружилась, и сознание уперлось вертолетом в затылок. Коко почувствовал холод; снежинки, кружась, оседали на его встрепанных сальных волосах, таяли и стекали крупными каплями на лицо.

Он сидел перед деревом, тем самым тренировочным деревом. Коко собрался с духом, но не смог встать. Дверь была всего в десяти шагах, он смотрел на нее усталым грустным взглядом.  Он успокоился, расслабил не только тело, но и мысли. А ещё он оставил попытки встать, на четвереньках, шаркая коленями по листьям, дополз до входа и очутился в тепле.

Внутри все выглядело так, будто он полчаса назад вышел на пробежку и вернулся через полчаса. Коко посидел в прихожей, он решил больше не торопиться. Не гнаться к решению, которое заводило его еще глубже в игру. Если игра даст ему шанс, то он отдохнет здесь, в месте силы. Отдохнет и решит, что делать дальше.  Он прошел через прихожую в круглую гостиную, на спинке кресла висела толстовка Элис; она еще хранила ее запах. Он чувствовал себя одураченным. А что, если все уже здесь и ждут его?

Коко более внимательным взглядом обвел помещение и предметы обстановки. Подушки, накидки, поверхности столов – все заросло густым слоем пыли. Коко прошел на кухню. В раковине стояла кривобокая кружка. Элис с началом тестирования увлеклась изготовлением глиняной посуды на гончарном круге и за пару дней заменила дешевую однотипную белую керамическую посуду на убогую кривоватую глиняную собственного изготовления. Теперь в доме не было повторяющихся кружек, мисок и тарелок.

Элис явно здесь была. Коко будто бежал по ее следу, но явно отставал. Может быть, на часы, а может, и на месяцы. А может, все уже вышли, и только он один здесь и должен всех догонять? Коко поднялся по винтовой лестнице на третий этаж, где располагались спальни. Он пропустил этаж с тренировочным залом. Именно сейчас ему хотелось увидеться с Элис. И если она здесь, то пусть сначала его обнимет. Он даже почувствовал тепло в животе. Наконец, безопасность.

Коко заглянул в комнату Элис. Пусто. Не просто пусто, а совершенно пусто. Белая комната без окон, вот что оставила после себя Элис. Он включил браслет:

– Покажи, как выглядела комната Элис, когда она здесь жила.

Браслет начал менять цвета в комнате, стены окрасились ритмичными всполохами северного сияния, а затем с потолка пошли мыльные пузыри. В зеленовато-лиловом свете они выглядели совсем как драгоценные камни или маленькие планеты, падающие на Землю со звездного неба, которое расстилалось вместо потолка. Коко оказался в волшебном переливающемся аквариуме. Он знал эту комнату.

– Покажи комнату Элис, – Коко точно знал, что сейчас он находится в комнате Понки, и уже подумал, что оговорился. Но нет. Картинка не поменялась.

Коко сел на пол, стянул с ног грязные кеды и пошевелил пальцами в носках, перенес вес туловища на отставленные назад руки, откинул голову и стал ловить цветные пузыри ртом. Они так делали, когда жили здесь - в той, другой, прошлой жизни. Они многое делали тогда так, как больше никогда не повторяли.

Потом браслет показал квартирку Зонда, ту самую, в Москве. Потом комната стала белой. Картинка постоянно менялась, будто раз в три минуты кто-то поворачивал калейдоскоп с цветными стеклышками. В белой комнате на стенах стали появляться карандашные чертежи. Коко встал с пола и подошел к стене и всмотрелся в рисунки. Вот дом в колониальном стиле. На следующем рисунке – зал, в центре которого свисает с потолка огромная хрустальная люстра с гроздьями мелких камешков, а в конце зала мраморная лестница расходилась влево и вправо на два симметричных ответвления, ведущих на второй этаж. Его было прекрасно видно с первого, потому что зал объединял все пространство второго и первого этажа и уходил метров на девять в высоту до потолка. Снизу просматривались двери комнат второго этажа, выходящие на общий балкон, который опоясывал зал по всему периметру. Комнат было всего четыре.

Калейдоскоп не дал рассмотреть детали дома и переворачивал страницы, пока не кончилась черно-белая грифельная пленка. Коко стоял один в пустой белой комнате без углов. Элис скучала по Понке, а он скучал по ним обеим.

Он вышел в коридор, прислонился спиной к косяку двери и понял, что не может сегодня больше заниматься поисками. Если уж он здесь, то он должен отдохнуть и подумать. Коко двинулся направо вдоль скругленной стены, пока не дошел до следующей двери, за которой находилась комната Понки. Он приложил к ней ухо, постоял секунд десять, прислушиваясь, и пошел дальше.

Перед входом в свою комнату он попросил браслет воссоздать её в том виде, какой она была за два дня до того, как он покинул дом. Поэтому, когда он вошел, морской прилив залил пляж почти до середины комнаты, а отдельные соленые капли вместе с бризом долетали до него, стоящего в дверях.

Он подошел к воде, подобрал у воды атласные, расшитые пестрыми цветами восточные домашние тапочки с закругленными носами и отбросил их ближе к гамаку.  И позвал:



Оксана Пиния

Отредактировано: 25.09.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться




Books language:
Interface language: