Все начинается с любви: Милая художница.

Глава 2

ЛИЗА

После того, как «гость» отца покинул наш дом, я потребовала от него объяснений и получила их.

- Прости меня Лиза, я хотел исполнить последнюю волю твоей матери. Я так ее любил, ты же знаешь как сильно. Она мечтала о том, что ты будешь учиться в школе искусств во Франции, – начал он.

- Я пытался приложить все свои силы, но конкуренция в моем деле стала высока, пока болела мама, у меня появились долги и возможность твоего обучения во Франции становилась все призрачнее, поэтому я обратился за помощью к моему знакомому.

- Это и был твой знакомый?- Спросила я.

- Да. Валерий Ковалев был моим другом в детстве.

«Странно, но я никогда о нем не слышала и не видела его среди друзей отца», подумала я.

- Он вырос в богатой семье, для него деньги не проблема. Я попросил его взаймы, он предложил помочь с поступлением и оплатить твое обучение, взамен я должен был отплатить ему, одной услугой. Его юристы составили договор, и я его подписал.

- Это было глупое решение, а если бы он попросил тебя убить кого-нибудь, нельзя было соглашаться на это.

- Я знаю, но у меня не было выбора, если бы я не согласился, ты не смогла бы учиться заграницей и мечта твоей матери никогда не исполнилась бы, - сказал он устало.

Отец сидел, согнувшись в кресле обхватив руками голову. Он не смотрел на меня, когда все это рассказывал. Я знала, что ему стыдно, но я имела право на его прямые ответы. Разглядывая его, я подметила, что в его торчащих волосах появилось больше седины, а на лице залегли глубокие морщины.

- Я делал для нее все, что она просила,- прошептал он и на этом наш разговор был закончен.

После смерти мамы прошло пять лет, я надеялась, что после моего отъезда отец отойдет, начнет скучать по мне, ведь я скучала по нему, но он закрылся еще больше и все, что он делал, он делал только для моей мамы.

Уходя из кабинета, я сказала, что попрошу Эмму Сергеевну сделать ему чай с мятой, а он сообщил мне, что она уже два года здесь не работает.

«Как все изменилось», подумала я.

Эмма Сергеевна нанялась к нам, когда мама заболела, после «химии» ей было не до домашней рутины. Когда мамы не стало, она помогала мне во многом, а теперь дом был совсем пуст.

Я затащила свой чемодан и оставила его в прихожей. Зачем мне его разбирать, если завтра я уеду отсюда. Затем поднялась на второй этаж и направилась в свою комнату. Когда я открыла дверь, в нос ударил затхлый запах заброшенной комнаты.

Я пересекла комнату, раздвинула белую органзу и открыла настежь окна, чтобы впустить свежий воздух. Повернувшись спиной к окну я начала изучать обстановку, которую и так знала.

За дверью стоял собранный старый мольберт, напротив него был мой шкаф, дальше мольберта стоял громоздкий комод цвета «шампань», над ним висело громоздкое зеркало в резной раме такого же цвета, как и комод. Дальше стояла кованая кровать, цвета слоновой кости, она была застелена бежевым пледом, а на нем лежали подушки разных оттенков лаванды. У окна стоял мой стол, а напротив был длинный серый пуф, который мама заказывала мне из Италии. На полках все еще стояли мои школьные книги, журналы по искусству, когда-то лежащие на столе, тоже перекочевали туда. Пару минут и комната наполнилась свежей прохладой, оставив все как есть я спустилась вниз, чтобы принять душ.

В этот день я больше не видела отца, он не выходил из кабинета, а я не имела желания проверять как он там. Остаток дня я провела в своей комнате, а вечером спустилась, чтобы поесть. Бордовая кухня, которую выбирала и обустраивала мама, напомнила мне о ней, она любила проводить здесь время. Раньше все полки были забиты всякой всячиной, всевозможные крупы, специи, масла, но сейчас здесь было пусто. Холодильник тоже был пуст. И чем только отец питался? Не обнаружив ничего съестного, я выпила стакан воды и вернулась в комнату. Мне стоит отдохнуть, ведь завтра меня ждал сумасшедший день.

Ночью я так и не уснула, каждый раз как на меня накатывал сон, я отчего-то вздрагивала и просыпалась. Среди ночи я слышала, как отец прошаркал в свою комнату, не знаю который был час, но точно поздний, а ведь завтра ему на работу.

Ночь была долгой, поэтому у меня было предостаточно времени обдумать то, на что я согласилась и чем мне заниматься дальше. Мне нужны были гарантии, что после того, как я стану женой Вадима Ковалёва, мой отец перестанет быть должником его отца и я придумала как их получить.

В итоге сон ко мне так и не пришел, не знаю, сколько было времени, когда я наконец-то встала и спустилась вниз. Мой желудок сводило от голода, поэтому мне необходимо было хоть что-то съесть. Но за ночь не случилось чуда, холодильник был все так же пуст, как и полки в шкафах.

Что ж, придется поголодать, ведь мне не впервой.

Светать осенью начинало поздно, на улице было еще темно, поэтому я решила подготовиться заранее и не ориентироваться на время. Обычно я не мыла волосы на ночь, потому что утром они становились копной спутанных спагетти, но вчера я об этом не подумала, поэтому сейчас мне стоило разобраться с моим вьющимся гнездом. Расчесав свои темно русые волосы, я собрала их сзади в пучок, короткие пряди, которые падали мне на лицо я убрала за ухо. Я не очень любила краситься, с моим образом жизни на это просто не хватало времени. Я так много училась, что порой забывала поесть, наверное, поэтому я такая худая. В шкафу своей комнаты я нашла пару джинсов и старые свитера.

Что ж мой будущий муж меня не будет видеть, так какая разница как я буду выглядеть. Надев синие джинсы школьных времен и белый тонкий свитер я спустилась вниз.

В кухне я нашла мамину турку, кофе, у которого скорее всего уже закончился срок годности и старую пачку рафинада. Пока варился мой кофе, я грызла сахар, чтобы хоть как-то задобрить свой желудок, а затем с чашкой горячего и крепкого напитка вышла в мамин сад.

Начинало светать, первые лучи солнца освещали капельки росы, которые были на сплетенной среди кустов декоративной гортензии и барбариса паутине. Дорожка из гальки, которую с такой любовью мама делала сама, уже не была такой привлекательной. Мама ее мыла со шланга, чтобы у нее был первозданный вид, теперь же щели между камней были забиты грязью. Мне было больно смотреть за тем, как ее сад увядает. Беседка, которую папа пообещал ей построить, так и не была доделана, потому что тогда мама заболела.