Все начинается с любви: Милая художница.

Глава 29

ЛИЗА

Я открыла глаза, и мой взгляд устремился в иллюминатор самолета. Голубое небо, в котором мы парили, заставило меня улыбнуться, а легкое гудение моторов напомнило мне, как четыре месяца назад мой самолет приземлился в аэропорту Шарль-де-Голль.

Тогда меня встретила Элиз. Ее короткие волосы, карие глаза и счастливая улыбка, по которой я так скучала, подарили мне спокойствие и напомнили о том, как же мне ее не хватало. Мне не хотелось омрачать встречу своей драмой, поэтому я старалась держаться легко и непринужденно.

Водитель Михеля на черном «Mercedes-Benz S-класса отвез нас в пентхаус, а затем по желанию Элиз мы отправились в ресторан, чтобы отметить мое возвращение. Конечно, я была рада возможности вернуться сюда, закончить обучение и побыть с подругой, но даже все это не улучшало моего внутреннего состояния. Элиз была на удивление проницательной, она понимала, как я себя чувствую, поэтому не акцентировала на этом внимание, она старалась отвлечь меня, а я старалась отвлечься ради нее.

«Идем туда, где кормят вкусно, цены не опустошают наши карманы, а блюдо не размазывают по тарелке», так обычно говорила Элиз. Поэтому мы направились в один из её любимых ресторанчиков «Marilou», он находился в десятом округе Парижа на улице Мари и Луизы и был излюбленным местом туристов. На удивление, Элиз с ее наследством и положением никогда не напоминала аристократическую девушку. Она не была избалованной, не любила светские мероприятия, и разговоры богачей о бизнесе. Элиз была творческой натурой и никогда не ставила деньги на первое место. Она была жизнерадостной, общительной, любила вкусно поесть и обожала поп музыку. Элиз никогда не унывала, и несмотря на ужасную занятость в учебе всегда находила время чтобы почитать какой-нибудь роман, посмотреть фильм или развлечься где-нибудь в клубе. Порой мне нравилось наблюдать за тем, как она заводит новые знакомства. Легко и непринужденно Элиз могла найти общий язык с любым человеком, а ее ослепительная улыбка, которая открывала ее широкие белые зубы, каждый раз напоминала мне о том, что в ней хватит оптимизма на нас двоих.

Ресторанчик, в котором мы бывали не единожды был уютным, здесь были деревянные столы, белые кружевные салфетки, серые кирпичные стены увешанные фотографиями знаменитых актрис двадцатых годов, грифельные доски в деревянных рамках с меню, теплое освещение и невероятная кухня. Энрико хозяин «Марилу», был итальянцем и шеф-поваром этого места, он, как и его темнокожая француженка жена с красивым именем Абелия, время от времени обслуживали клиентов как обычные официанты. Энрико соединял блюда французской и итальянской кухни, что было отличной задумкой, а Абелия готовила лучшую «Маргариту» на всем правом берегу Сены.

Тем вечером мы наслаждались мексиканским коктейлем, невероятной бурратой, и самой вкусной свининой, которую я когда-либо пробовала.

Элиз не мучила меня расспросами, она вела себя так будто это наш обычный уик-энд из тех, что мы проводили вместе ужиная в таких вот уютных ресторанчиках. Я старалась не углубляться в свои мысли, я наслаждалась едой, общением с подругой и Парижем. Позже к нам присоединился Михель, что меня очень удивило. Он никогда не ходил с нами по таким простым ресторанчикам, он предпочитал дорогие рестораны с известными на весь Париж поварами.

Михель встретил меня тепло, но весь вечер вел себя слишком тихо. Он бросал на меня изучающие взгляды, словно пытался понять что творится в моей душе.

«Он все знает», поняла я позже.

Элиз была предельно откровенна с Михелем, и всегда делилась с ним своими переживаниями, а это значило, что он был посвящен в события, произошедшие со мной за последние полгода. Но нужно отдать ему должное, он ниразу не подавал вида, что ему что-то известно, никогда, кроме этого вечера.

Когда Элиз отлучилась поболтать с Абелией, между нами повисло неловкое молчание. Михель смотрел на меня так, будто ждал что я начну изливать душу, но я не хотела это обсуждать, только не сегодня. И вдруг он заговорил.

- Я хотел бы, чтобы ты была счастлива принцесса,- его взгляд был полон заботы. Лицо выражало беспокойство и заинтересовать. Он переживал.

- Я буду счастлива,- ответила я, и уже тише добавила,- когда-нибудь буду.

Его не утешили мои слова, как в прочем и меня. Чтобы поддержать меня он протянул через столик руку и накрыл своей ладонью мою.

Этот жест слегка сбил меня с толку. По коже пробежали мурашки от того что я была так уязвима. Его ладонь была большой и тёплой я подняла взгляд и глядя в его глаза, поняла что я не безразлична этому человеку. Что он такая же часть моей жизни, как мой отец и как моя Элиз. Он как брат, которого у меня никогда не было.

Но и понимание, что я не одна в этом мире не утешала, сказать себе «Смирись и живи дальше», намного легче, чем сделать это.

Я знала, что жизнь продолжается, но все же надеялась, что в один прекрасный день, Вадим узнает правду и приедет за мной. Что однажды идя по улочкам района я наткнусь на него. И тогда мы сможем обсудить все то, что произошло и начать заново. Мне даже не нужны его извинения, мне просто нужен он.

Первые недели мне было больно, затем я просто начала строить догадки, затем скучать. Я искала оправдания тому, как он легко оборвал наши отношения, будто у нас и не было ничего серьезного. С одной стороны я понимала его. Он поверил отцу, потому что хотел верить, отчаянно хотел заполучить его любовь и родительскую поддержку. Он был слеп и не видел, каким именно человеком был Валерий Ковалёв. Все это срабатывало в моей голове, со временем я простила его, и начала надеяться, что он снова вернется в мою жизнь.