Все в твоих руках

8

В центральной ложе, под комментаторскими кабинами, сидели самые почетные зрители. И один из них был поистине преданным фанатом фигурного катания. Никос Костанидис был влюблен в этот вид спорта с самого раннего детства, хотя в его стране он совсем не популярен.

Эту свою любовь к конькам он унаследовал от своей бабушки, по национальности норвежке. В их старинном греческом роду Костанидис она была единственным представителем другой нации за всю их историю. Когда-то давно дед Никоса случайно увидел выступление норвежской фигуристки Яны Флеминг и влюбился в нее с первого взгляда. Несмотря на сопротивление всей многочисленной семьи Костанидис, он женился на ней, и они прожили вместе больше пятидесяти лет, народив трех замечательных сыновей и одну дочь. Бабушка Никоса до конца своих дней оставалась ярым поклонником фигурного катания, и эту свою любовь завещала и Никосу. Он, конечно, очень занятой человек, семейный бизнес отнимал много сил и времени, но по мере возможности Никос всегда старался попасть на чемпионаты по фигурному катанию, отдавая дань уважения памяти бабушки, и сам получая при этом большое удовольствие. И он не просто любил этот вид спорта, а был его меценатом, спонсором.

Вот и сегодня он прилетел из Афин специально, преследуя две цели: проверить ход своих инвестиций и подзарядиться энергетикой любимого вида спорта.

Подходили к концу соревнования женщин в произвольной программе. Остались три выступления претендентов на призовые места. И вот на лед вышла российская фигуристка. Никос с изумлением пригляделся к ней, услышав ее имя: Яна Молевская. Это как привет от незабвенной бабушки Никоса, тоже по имени Яна. А когда эта фигуристка начала свое выступление, все существо Никоса охватило горячее волнение. Его целиком захватил ее страстный танец. В какой-то момент Никос поймал себя на том, что он мечтает оказаться на месте возлюбленного этой цыганки. Это он хочет утонуть в ее жарких объятиях, испить всю сладость ее любви, а там будь что будет! У Никоса сильно стучало сердце в груди. Такого он еще не видел. Эта Яна Молевская пронеслась не только по льду, но и через его душу, глубоко затронув ее. Он должен познакомиться с ней. Это, должно быть, совершенно необыкновенная девушка! Никос не видел отчетливо ее лица, но чутье подсказывало ему, что такая фигуристка не может быть некрасивой. Ему не терпелось увидеть близко ее глаза, которые, он был уверен, не умели быть равнодушными, а наверняка горели неистовым огнем.

После окончания ее выступления он набрал номер своего личного секретаря и произнес в трубку:

- Необходимо организовать прием по случаю окончания соревнований. Займись этим немедленно. Идею оформления приема я сообщу тебе чуть позднее.

Киврин с Яной стояли у выхода на лед. Началась церемония награждения призеров. Уже стояли на пьедестале призеры третьего и второго места, получив медали и свою порцию аплодисментов. И вот теперь объявлена победительница соревнований:

- Яна Молевская! Россия!

И трибуны взорвались неистовыми аплодисментами. Вадим незаметно переплел свои и Янины пальцы, сжал их и легонько подтолкнул ее на лед. Пока Яна подъезжала к пьедесталу почета, звучал кульминационный фрагмент из музыки ее выступления. А трибуны дружно скандировали. Яна стояла на верхней ступеньке со слезами на глазах и с восторгом про себя говорила:

- Мамочка! Это и твоя победа, твой триумф тоже! Я с тобой сейчас радуюсь и плачу от счастья!

А потом был круг почета вдоль трибун, который возглавляла Яна!

По окончании церемонии отовсюду звучали поздравления, подходили знакомые и незнакомые лица, говорили много разных слов. От всего этого у Яны закружилась голова, она устала. Около Киврина тоже толпились люди, и в этом нескончаемом потоке они с Яной то оказывались рядом, то их опять отдаляли друг от друга. Только глубокой ночью, уже в отеле, где они жили, Вадим, опасаясь быть увиденным, быстро зашел к Яне в номер. Он ни на минуту не смог остаться с ней наедине после церемонии награждения. А теперь чувствовал какую-то болезненную зависимость от нее. Чертовски хотелось прижать ее к себе и почувствовать рядом это юное, стройное, грациозное тело. А еще глядеть ей в глаза, такие бездонные и завораживающие.

Яна поджидала Вадима, ей было просто необходимо убедиться, что сегодняшняя сцена объяснения с Кивриным ей не приснилась. Ведь она тогда в таком горячечном настроении находилась, что теперь уже не могла вспомнить всех деталей этого разговора. Едва он вошел, она сразу обняла его, прижалась к нему всем телом.

- Я думала, что ты уже никогда не придешь! – отчаянно зашептала взволнованная Яна.

- Вы что, принцесса! Ваш вассал всей душой стремился как можно быстрее оказаться у ваших ног, но раньше прилететь никак не получилось!

- О, чудо! Наконец-то! Свершилось! Мне присвоили новый титул! Уж он точно почетнее, чем звание кукленок! – защебетала Яна, подхватывая тон Вадима.

Он же в ответ нетерпеливо запечатал поток ее слов своим поцелуем, на который она порывисто ответила. Его руки начали, независимо от его разума, свое чувственное путешествие по спине Яны, и невероятным усилием Вадим заставил их остановиться у опасной черты. Еле оторвавшись от нее, он глухо сказал:

- Всех участников и тренерский состав пригласил на торжественный прием по случаю окончания соревнований какой-то греческий мешок с деньгами. Так что завтра нужно будет всем, кому необходимо, продумать свой внешний вид.

- А что это за греческий мешок? Кто он такой?

- Один из спонсоров и ярый поклонник фигурного катания, Никос Костанидис. Он сегодня смотрел на твое выступление в почетной ложе, и говорят, невероятно впечатлился.

- Грек говоришь? – Киврин заметил, как на лице Яны появилась загадочная блуждающая улыбка,- Я знаю, что я буду катать на показательных выступлениях!

- Нет, Янка, этот танец у нас еще слишком сырой! – догадался Киврин, что задумала Яна.

- Ты думаешь, я буду катать Вероникино произведение на льду? Отнюдь! Я тебе официально заявляю! Ни один ее танец я больше танцевать не буду! Я сама с твоей помощью буду ставить себе танцы! – твердо глядя на Киврина, сказала Яна. А он глядел на нее и не уставал удивляться ее неукротимому темпераменту и силе духа.