Вспомнить Все

2.7

***

Если я и была в сознании, то прибывала не в этой реальности. Наконец попыталась абстрагироваться от всего и включить разум. Слезы понемногу высохли, им на замену пожаловала сильная головная боль. Я поморщилась, пытаясь собраться с мыслями.

– Я забираю ее, – стояла на своем Глория и, по-моему, не в первый раз повторяя эти слова. – Ты думаешь только о себе, Энджил! А какого ей после пережитого продолжать находиться здесь?

Ей что-то тихо ответили, если честно, даже не попыталась прислушаться.

– Считаешь, что я дура? Не глупее тебя, поверь.

Меня взяли за руку, и, вздрогнув, я подняла глаза, посмотрев на Энджила. На его лице читались и боль, и разочарование, и вина. Я не выдержала этой пытки небесным взглядом, слезы вновь наполнили успевшие высохнуть глаза и пролились по щекам встревоженным ручейком.

 

– Мы скоро увидимся, – я видела, как его губя шевелятся, произнося слова, но рядом со мной словно шумел, срываясь вниз, водопад, слова исчезали во всеобщем шуме.

Глория повела меня по коридору, напоследок добавив:

– Уладь все и постарайся удержать Алекса от неразумных поступков.

Время перестало существовать. Сколько мы ехали в полном молчании, мне не известно. Говорить не хотелось, а слышать сочувствие и видеть жалость тем более, даже от одной мысли об этом все внутренности скручивало и выворачивало.

Экипаж остановился. Неожиданно повеяло знакомым запахом. Я осмотрелась, сбитая с толку, и вдруг улыбнулась, вспомнив прогулку в парке, и точно такой же аромат свежескошенной травы. Это благоухание забивалось в нос и заставляло втягивать воздух глубже, стараясь удержать его. Вдыхаю и мне сразу становится легче и спокойнее, будто будоражащие ум воспоминания успокаивают меня и отодвигают переживания, предоставляя свободу и возможность мыслить.

Ведомая Глорией, я оказалась в небольшой комнате, мысленно поблагодарив ее за неброские песочно-зеленые цвета помещения. Почти сразу же внесли вазу с фруктами и графин воды.

– Мне побыть с тобой? – даже сквозь туман в голове к сознанию прорвались печальные нотки. Я тут же мотнула головой. – Отдыхай, если что-то понадобится, только скажи первому встречному слуге.

Чьи-то руки помогли мне расшнуровать корсет, кажется, дальше я просила оставить меня, и когда платье упало к ногам, какое-то время простояла без движений. Очнувшись, подошла к кровати и упала поверх покрывала. Я лежала неподвижно и до сознания, до этого защищавшего меня, медленно прорывалась действительность.

Я убила человека!

Слезы начали душить меня с новой силой, всхлипывая и вытирая лицо о намокшую подушку, вспоминала дикую ярость и страх, приказывающий бить до последнего. Или я, или он! От этих мыслей не становилось легче.

За окном, завывал ветер. Первые капли дождя застучали в стекло, словно прося о помощи. Звуки ненастья раскатами грома врывались в помещение. Я то и дело вздрагивала от этих звуков и пытаясь укрыться спрятала голову под подушку. За последний час мне удалось накрутить себя до такой степени, что даже малейшие движения причиняли боль. Оставалось только тихо лежать, поскуливая раненным зверев, моля об избавлении. Не знаю, за какие заслуги сон все-таки посетил меня, прекратив дальнейшие самоистязания.

Снов не было, а только непроглядная чернота. Я плыла в ней из ниоткуда в никуда. Мир и другие люди так же отсутствовали, я оказалась одна, опять одна в незнакомом месте.

Утром, сев на край кровати, в первую минуту решила, что случившееся просто приснилось. Даже успела улыбнуться своей глупости и трусости, поддавшись вздорному сну. Однако незнакомая обстановка и забытое на стуле платье в бордово-коричневых разводах быстро убедили в обратном.

Безжалостно закинув его в угол, поспешила к шкафу – пусто. Обняла себя за плечи, замерев боясь увидеть запачканную вещь на прежнем месте. В дверь тихо постучали и, получив мое одобрение, зашла служанка, с новым платьем в руках.

– Можно это выкинуть? – поинтересовалась я, указав в угол не зная, как объяснить пятна крови на ткани. В ответ мне только кивнули, не поднимая глаз, и после того, как помогли одеться, попросили пройти следом.

Глория, полная сил, ожидала внизу в небольшой столовой.

– Надеюсь, ты отдохнула? Ближайшие дни у нас очень насыщенные.

Мимо меня проследовали две служанки со слегка опущенными головами и, проворно расставив приборы, удалились.

– Что это с ними? – странное поведение насторожило меня.

– Это моя прихоть, не люблю видеть глаза, в них обычно отражаются истинные мысли, зачастую неприятные.

Озадаченная ее словами, села на свободный стул. Мне что, тоже так делать?

Глория рассмеялась, ее позабавила реакция и выражение на моем лице. Вновь вошли служанки, внеся какую-то выпечку. Она замолчала, пристально наблюдая за их движениями. Я только вдохнула аромат, идущий от сдобы, как в голове запустились воспоминания о маминых кексах, невыносимо яркие, и в ушах зазвучал мамин голос. Комок подступил к горлу, захотелось вновь обнять ее и посмотреть в наполненные любовью глаза.

Дождавшись, пока служанки уйдут, хозяйка дома сделала приглашающий жесть рукой, предлагая приступить к еде. Протянув дрожащую руку, машинально откусила кусочек, и воспоминания начали меркнуть, вкус оказался совершенно иным. Я облегченно вздохнула, ведь справляться с подобным мне всегда было нелегко, несмотря на то, что прошло столько лет.



Maiyonaka

Отредактировано: 28.07.2021

Добавить в библиотеку


Пожаловаться