Вверх тормашками в наоборот

Размер шрифта: - +

Глава 34. Предупреждение. Лерра̀н

Никогда не подавать виду – такая тактика его куражила. Не останавливаться, не прибавлять шаг, раз уж ничего изменить нельзя. Проверка нервов на прочность и правило номер один.

Сделав шаг за поворот, Лерран резко пригнулся, а затем плавно, в прыжке, рванул ожидавшего за плащ, поменялся с ним местами, прижался спиной к шершавой стене и приставил нож к шее неловкого идиота. Он мог убить гайдана три раза, но предпочёл узнать, почему тот торчал за углом.

Сверкнули ненавистью глаза, обнажились острые клыки. Быстрым движением правой руки Лерран начертил знак, обездвижив пальцы, из которых уже росли длинные когти. Маха. Не так прост, не так безопасен. Но Лерран готов к нападению и ловок, а потому – быстрее и в выигрыше.

Мгновение – когти спрятались, клыки исчезли, глаза опущены. Лерран чуть сильнее нажал на кинжал, жаждая проколоть тёмно-золотую кожу и увидеть каплю крови.

– Кто послал тебя, маха? – голос вкрадчив, негромок, властен, как уверенный нажим лезвия.

– Не надо, динн. Властитель Панграв желает тебя видеть.

Маха говорит плоско и монотонно. Чуть повыше тон, и он бы подвывал, как дурной пёсоглав.

– С каких пор властительный Панграв посылает за гостями раба? Да ещё такого медлительного и неуклюжего? Сомнительная честь – получить приглашение в подворотне.

Лерран, бросая слова, видит. как появился и исчез желвак на щеке махи, и не спешит убирать нож.

– Властитель сказал, что ты можешь не согласиться, но просил переубедить. Я не собирался убивать.

– Да ты бы и не смог, – Лерран чувствует брезгливое отвращение. – Что, животные инстинкты берут верх? Привык охотиться из засады?

Маха не поднимает глаз.

– Я терял тебя на рынке дважды. В городе найти человека сложнее, поэтому решил подождать здесь, зная, что из этого переулка другого пути нет.

– Но ты ждал впереди, а не шел сзади, – укол ножом в шею, очень близко от артерии.

– У переулка два конца. Так я встретился бы с тобой наверняка… динн.

Лерран ловит эту запинку перед вежливым обращением и нехорошо скалит зубы:

– Ты шёл по запаху, маха. Не мне напоминать, что мохнаткам запрещено использовать животные инстинкты. Хочешь умереть на огненном колесе?

Маха стоит не дрогнув. Он давно расслабился и не шевелился. Только грудь чуть заметно приподнимается от дыхания. Грудь с красивыми рельефными мышцами. Чуть меньше осторожности – и можно навсегда остаться кучей тлена с перегрызенным горлом.

Лерран медленно убирает нож.

– Ну, и зачем я понадобился властительному Панграву?

– Об этом ты спросишь у него, если последуешь за мной. Рабам властители не озвучивают своих мыслей и желаний.

Что-то не нравилось Леррану в махе. То ли манера держаться слишком вольно, то ли недостаточное подобострастие, а может, ощущение опасности, так и не рассосавшееся после выяснения, кто есть кто в этом театральном действии. Спорить и выяснять сейчас бесполезно: легче плыть по течению и не думать, куда тебя вынесет в этот раз.

– Веди. Ты – впереди, я – за тобой.

Маха мягко отступил и пошёл вперёд, будто совершенно не заботился о защите своей спины. Он выше Леррана на полторы головы, шире в плечах, мускулы так и играли под тонкой кожаной одеждой – дорогой, отлично пошитой. Такую не носят рабы, а тем более – мохнатки с хищной сущностью: кожаные вещи способны обострять звериные инстинкты, поэтому всем, кто способен обнажить клыки, на ношение кожаной одежды наложен запрет. Видать, маха либо безумен, либо несёт в себе тайну, которая позволяет ему быть таким дерзким.

Лерран почувствовал, что злится, поэтому чуть замедлил шаг и на миг прикрыл глаза. Спокойно, всё ещё впереди: ясная голова нужна больше, чем низменные эмоции.

Маха привёл его не в замок властительного мерзавца, а в один из домов развлечений – богато-кричащий, слишком яркий и приметный. По крайней мере, здесь не всадят нож в спину – не то место, где избавляются от неугодных.

Панграв развалился на огромном диване, то ли сидел, то ли лежал. По кругу облепили его стройные молодые тела девиц в прозрачных одеяниях, которые больше открывали, чем скрывали. Властитель Зоуинмархага курил какую-то мерзость из длинной ядовито-розовой трубки, похожей на гудок бродячих музыкантов.

– Так-так-так, – проворковал Панграв, выпуская клуб фиолетового дыма, – Таки ты нашёл его, Рагра̀̀сс.

Маха улыбнулся одними губами, слегка кивнул и встал за диваном, точно в том месте, где развалился его властитель. Встал и поднял на Леррана ясные очи. Такие же, как у Панграва. Две пары одинаковых глаз смотрят с одинаковым выражением: внимательно, чуть насмешливо, пытливо.

Лерран понял: к чему-то подобному внутренне готовился, а потому в лице не изменился и вообще ничем не выдал, что разгадал маленькую игру Панграва. Властитель Зоуинмархага обожал шокировать, подчёркивать собственную исключительность и власть, безграничную в этом городишке.



Ева Ночь

Отредактировано: 30.03.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться