Вязь времен-2. Стань моей тенью

13. Ожидание

Локвуд осуществлял второй принцип строительства крепостей, скорее оборонительный, но тоже весьма распространенный. Он находился в долине, и рассмотреть его с перевала было совсем непросто. Темные камни, из которых он был сложен в незапамятные даже по здешним понятиям времена, странным образом сливались с ландшафтом.

Наш эскорт почти в полном составе шептался, что замок строили, должно быть, эльфы, раз он невидим постороннему глазу. Марго тут же записали в потомки волшебного народа, чему она очень смеялась.

-Нет худа без добра, - заявила она, проследив, как от нее испуганно шарахнулся парнишка-конюх, - зато будут слушаться, и, быть может, лучше работать. А то всех заколдую! С меня станется.

Мало того, что замок терялся на фоне ландшафта, его еще окружала совершенно первозданная лесная чаща. Я бы сказала, что в этом лесу ни разу не срубили ни одного дерева. И никаких проезжих дорог, как вокруг Скай-Холла. Не знаю, какими тропками мы пользовались, но обратной дороги я не нашла бы даже при угрозе для жизни. Тем не менее, наш довольно большой отряд прошел сквозь чащобу, как нож сквозь масло, без малейшего труда. Люди, населяющие Средневековье, учились сосуществовать с природой, и пока не помышляли бороться с ней, отстаивая свои права. Скорее, они обращались с ней, как с могущественным соседом, чья помощь может понадобиться в трудную минуту.

Но как бы там ни было, эту дорогу я перенесла куда хуже, нежели путь до Скай-Холла. Оно и понятно: в этот раз я ехала не одна. Тошнота прекратилась, зато меня одолевала постоянная усталость и сонливость. Кроме того, все время на подходе были слезы, что я считала признаком самой крайней слабости. Я боролась с приступами жалости к себе как могла, но ни разу не одержала победы.

От полной капитуляции меня удерживала только невозмутимая стойкость Властителя, сносившего походные неудобства без всякого видимого неудовольствия. Он покидал возок лишь в полной темноте, а длинные дневные часы коротал за задернутыми шторами, не то в полудреме, не то в размышлениях. Во всяком случае, мешать ему никто не смел.

Не посмела бы и я, но он послал за мной уже на второй день.

-Проведи пару часов со своим государем, - предложил он.

Я послушно разместилась на мягких подушках возка и приготовилась слушать. Не таков он был, чтобы напрасно потратить этот холодный осенний денек.

-Мы обставим их, - уверенно улыбнулся Властитель.

Я так и не смогла до сих пор привыкнуть к его улыбке – одновременно властной и смущенной, и хулиганской, и скованной одному ему ведомыми условностями.

-Государь, - с трудом произнесла я, - в нашей власти не столь много, как мне кажется. Возможно, мы могли бы…

-Мы могли бы сохранить себе жизнь, женщина, - все чувства исчезли из его голоса, все, кроме властности, - И еще мы могли бы сохранить трон для наследника. И наказать мятежников. Но придется потрудиться. Не смотри так - нам не придется махать оружием. Всего лишь сплести паутину, в которой запутаются те, кто хочет выбраться из моей тени.

Он помолчал, и сказал то, чего я не поняла сразу:

-Они начали слишком рано.

Следующие часы прошли в подробном обсуждении стратегии и тактики, и я наконец на себе убедилась, насколько неотразимо обаяние «великого вождя» и «любимого руководителя» в одном лице. Он говорил со мной не как с женщиной, а как с равноправным партнером в трудном предприятии. Если я чего-то не понимала сразу, он повторял, но так, что его мысль становилась моей, и никто не убедил бы меня в обратном. Пока я мыслила с ним заодно, ситуация перестала казаться мне безнадежной.

Его власть выглядела крепкой, как никогда. Его личная охрана готова была воевать хоть со всем миром, лишь бы вывести из-под удара сюзерена. И у нас в самом деле был шанс на победу.

Проговорив со мной так долго, что за окном возка бледный день сменился глубокой ночью, Властитель, вроде бы, не утомился. Но я следила за ним с повышенным вниманием, и заметила кое-что, не предназначенное для посторонних глаз. Паузы в его речи стали чуть длиннее, поза самую малость напряженнее, голос – немного глуше. Он устал. Но не подал бы виду ни за что на свете, ибо Властителю не полагалось этого простого человеческого чувства. Он утратил право быть калекой, получивши взамен право на огромную власть.

Я уважала его стойкость, но не могла игнорировать очевидное: нам обоим нужен отдых.

-Мне нужен отдых, - тихо призналась я с виноватой усмешкой, и даже слегка зевнула, прикрыв ладонью рот.

Если бы я чувствовала его чуть хуже, решила бы, что в его ответном кивке нет ничего, кроме снисхождения.

-Отдыхай, леди, - сказал он, - Нам еще понадобятся силы. И ничего не бойся.

-Я не боюсь, - пожав плечами, я вяло удивилась собственному каменному спокойствию.

Я и в самом деле не боялась ничего из того, что меня ожидало, и менее всего – смерти.

Не прошло и нескольких часов следующего утра, как мы уже въезжали в ворота Локвуда. Я и не заметила за всеми своими проблемами, как быстро мы проделали остаток пути.

-Будь как дома, - улыбнулась мне Марго.

Ее улыбка светилась такой безмятежностью, что я тут же ей позавидовала. Мне-то до безмятежности было неизмеримо далеко. Нахально большой живот забрал себе мою жизнь, и диктовал мое поведение на все сто процентов. Когда он хотел, я ела, я спала, когда он требовал сна, если бывал чем-нибудь недоволен, я чувствовала себя отвратительно. Временами мне казалось, что и вместо мозгов у меня только это огромное, наглое пузо.