Выбор Ведьмы. Хроники Магических Земель.

Глава 18. Безвыходных ситуаций не бывает

 Стояла пасмурная погода. В классе, где сидели ученики, царил полумрак. Тарас что-то тихо обсуждал с Костей, сидящим за соседним столом, но Лера не вслушивалась. Письменные тесты в Академии были частым явлением, однако привыкнуть к ним ей не удавалось. Сколько бы она не слушала лекций, сколько бы ни читала – во время письменных ответов с ее вниманием начинали твориться странные вещи: от нее неумолимо ускользала суть вопроса, а, перечитывая написанное, она нередко обнаруживала повторение одного и того же предложения. Попытки дать развернутый ответ приводили к безнадежно испорченному бланку с заданиями и неизбежным устным пересдачам. Стул, на котором сидела Лера, несколько раз толкнули. Обернувшись, она встретилась с задумчивым взглядом Валентина:
— А тебе это зачем? — продолжая рассматривать Леру, спросил Валик.
— А тебе?
— Мне нужно, чтоб допустили к практическим зачетам. А ты пиши – не пиши, к практике тебя не допустят, но все равно переведут.
– Это почему же?
– Да уж мы знаем, почему, – уклончиво ответил Коваленко.
– Если ты не видишь, я сижу здесь и собираюсь писать этот тест так же, как и все, – намеки Валентина Лере не нравились. 
– Ну и что из этого? У тебя от этого теста ничего не зависит. Ты появилась из ниоткуда, посреди семестра, тебя взяли седьмой в группу, хотя во всех группах по шесть человек. Участвуешь в зачетах, и даже если ты тему не проходила со всеми, все делают вид, что так и должно быть. Потом приходит Снегов или Милена и без всяких пересдач допускают тебя к следующим темам. Ты же ни разу еще ничего не пересдавала!
– Почему не зависит? По-твоему, мне не нужно учиться? Тогда почему бы Снегову или Милене сразу не перевести меня на другой курс? Зачем же тратить столько времени? – Лера ощутила всплеск раздражения.
– Вот. – Валентин многозначительно посмотрел на нее: – Мне до сих пор не понятно, по каким причинам ты в нашей группе. Кто-то кому-то где-то сказал и тебя приняли. Так и сейчас: скажут – и будет тебе зачет. От твоих возможностей здесь ничего не зависит.
Лера не выдержала и возмущенно повернулась:
– Ты говоришь об Учителе?
Маг, сидящий за учительским столом, поднял голову:
– Тихо, не нарушайте дисциплины.
– Но тебя же взяли! Посреди года! – Валик стрельнул глазами в сторону мага, но, увидев, что тот занят, добавил: – Я видел людей с хорошими магическими способностями, которых отчислили или не приняли вообще. А у тебя учитель из НИХ. Ты думаешь, они своих не вытягивают? На нашем потоке нет никого, с кем бы занимались Измененные. Есть один парень на втором курсе, но он старше нас и ни с кем не общается. Говорят, что он очень талантлив. И, конечно же, умнее тебя.
– Ну и что? 
– Подумали бы лучше о тестах, – вмешался Тарас. – Тебе, Валентин, о себе думать надо, а не следить за тем, кто и как сюда попал. Если бы тебя спрашивали…
Договорить Тарик не успел: в класс, со стопкой листков в руках, вошел Тимур — высокий темноволосый Измененный, которого, за нетрадиционные подходы в оценке их познаний, студенты опасались больше, чем самих зачетов. Он положил свою ношу на первую парту и поставил рядом широкую банку с заточенными карандашами. 
– Вы экономите электроэнергию? – Измененный посмотрел на мага. – Включите свет.
Зажглись люминесцентные лампы, и класс залил белый свет, от которого хмурый день показался еще сумрачней. 
– Предлагаю сдать все шпаргалки сразу, до начала работы, — Тимур окинул взглядом класс. Несколько учеников нехотя достали клочки бумаги. С удивлением Лера наблюдала, как он внимательно изучает каждую записку.
– О, вот здесь допущена ошибка, – Измененный ткнул исписанную вдоль и поперек бумажку ее владельцу – идите, если ошибка допущена в шпаргалке, на тесте делать нечего. Вас я не допускаю.
– А вы? Настолько уверены в своих знаниях, что не сочли нужным подстраховаться? – равнодушно поинтересовался он у Валика, и, не дожидаясь ответа, вернулся к кафедре. 
Маг вяло попытался уступить место, но тот отказался, сославшись, что за партой ему будет удобней.
– Перед вами тестовые задания, карандаши на первой парте, на случай, если кому-то понадобится запасной. Можете приступать, у вас час.
– А где девочки? – тихо спросила Лера у Валика.
– Они сдавали до обеда. 
 
 Задания, доставшиеся Лере, оказались не сложными. При прочтении. Она выбрала несколько ответов из приведенных альтернатив и задумалась над двумя открытыми вопросами. Написание даже простого предложения упорно не давалось и казалось, что все вокруг состоит в заговоре против нее. Свет, стоило ей сосредоточиться над бумагой, тускнел; лист с заданиями то приближался, так, что Лера могла бы пересчитать промежутки между древесными волокнами, то отдалялся; сознание заполняли образы, реалистичность которых заставляла усомниться в самой реальности. Сделав несколько попыток, она отложила это бесполезное занятие. 
«Интересно, – машинально выводя на полях смеющееся солнышко, принялась размышлять девушка, – почему у меня не получается писать? Другие вон как строчат. Как же я дальше буду сдавать все эти письменные тесты»? 
– Ты ведь не на всех лекциях присутствовала? – на соседний стул опустился Тимур. 
Лера, погруженная в свои мысли вздрогнула и подняла на него глаза. Прямые волосы, тонкий прямой нос, пристальный взгляд и безразлично-отстраненное выражение лица, вместе со спокойным и слегка ироничным тоном, создавали неуловимое сходство с Александром и еще многими Измененными, которых ей доводилось видеть в Академии. 
«Что же отличает их от людей? Почему маги считают их чужими»? – Лера изучающее смотрела на Тимура, пока он рассматривал цветочки, мордочки и неведомые орнаменты, украшающие ее работу. 
– Не обязательно сдавать тесты, если не знаешь материала.
– Я знаю, – возразила она – но у меня не выходит писать. 
– Тогда, – тихо ответил Измененный, – найди другой способ выразить свое знание.
Он вернул ей листок и поднялся. 
«В них нет суетливости, присущей людям, вот что их отличает», – вдруг поняла Лера. И тут ее осенило: если она не может написать ответ, то она может его нарисовать!
– Результаты узнаете у своих инструкторов, – через час, собирая работы, объявил Измененный.
 Выходя, Лера остановилась у первой парты. Карандаши, оставленные в банке, оказались очень удобными. Деревянные, с закругленными гранями, они писали мягко и ярко, совсем не так, как пишут обычные. 
«Просто находка для рисования», – подумала она, прихватив несколько штук. 
– Он тебе подсказал? Я же говорил, что они вытягивают своих, – сразу за дверью кабинета пристал Валик.
– Никто мне не подсказывал. Хочешь спросить это у него?
– Пошли, – позвал всех Костя.
На улицу вышли вместе. В воздухе витал запах озона и свежескошенной травы. В ближайшую пару часов занятий не было и Лере захотелось пройтись. Кивнув ребятам, она свернула с дорожки, оставив их обсуждать свои работы.
– Наверное, к своему учителю пошла, – донеслись до нее слова Валика, – и почему всегда так…
– Смотри, нажалуется, – предупредил Костя.
Лера усмехнулась: жаловаться ей и в голову не приходило. Постепенно она начала привыкать к своему обособленному положению в группе, и оно начало ее устраивать.
 
 В доме, кроме Вики, никого не было. Она включила в их комнате свет и, уютно устроившись на кровати, читала. 
– Привет, я тебя на тестах не видела, – Лера положила на свою тумбочку карандаши и села на подоконник: ей нравилось созерцать тихую аллейку и аккуратные белые домики  жилой части учебного городка. 
– Я утром сдавала. А ты что, тоже писала?
– Ага. А где девчонки? 
– Ушли. Они вечно где-то пропадают. Ты мне не мешай, я чувствую, что не сдала этот тест и готовлюсь к пересдаче.
 
 Вика снова уткнулась в книгу. В комнату Валика, окна которой были как раз напротив Леры, вошла девушка. Первокурсникам под страхом отчисления было запрещено посещать спальни противоположного пола, поэтому подобный визит не мог не привлечь внимания. Стекла немного отсвечивали, но различить происходящее в комнате удавалось. Присмотревшись, Лера с удивлением узнала Таню. Таня прошлась по комнате, заглянула в шкаф, скинула с кровати Валентина какую-то одежду, и, сев на кровать, принялась делать пометки в блокноте.
– Вик, что Таня делает у Валика? Зачем она его вещи кинула на пол? Вот дает… – она продолжала наблюдать за Таней. Девушка оторвалась от записей и взглянула на Леру.
Краем глаза Воронцова заметила Валика, приближающегося к дому со стороны учебных корпусов.
– Вика, а если ее кто-то там застанет, что будет?
Валерьянова нехотя оторвалась от книги:
– Где?
Лера помахала Тане рукой, пытаясь предупредить ее о возвращении Валентина.
– Да что ж ты делаешь?! – вдруг крикнула Вика. – Отойди от окна, быстро!
Она сорвалась с кровати, выключила свет и принялась поспешно собирать и запихивать в шкаф разбросанные по всей комнате вещи.
– Черт ее принес, сейчас к нам явится, – нервно пояснила она свои действия.
– Ты что? – Лере никак не удавалось понять такую бурную реакцию.
– Да это Милена, а не Таня, стала бы Таня туда заходить, она Валентина в упор не видит.
– Да? Ой. Я ее не узнала.
– Удружила, спасибо, – Вика закончила уборку и опять улеглась. 
Милена появилась через несколько минут:
– Добрый день, девочки, – она положила на Лерину кровать две аккуратно сложенные черные куртки и огляделась.
Лера поняла, почему перепутала ее с Таней: обе одного роста, одной комплекции и носили похожие прически. Только волосы Тани были темные и сцеплены в хвост, а у Милены светлые и собранные заколкой. Сегодня она впервые увидела, как волшебница сделала такую же прическу, как у Кузнецовой. Волосы у нее были влажными и от этого казались темнее. Несмотря на летнюю погоду, она была одета в синий, гольфом, свитер и теплые спортивные брюки.
– Не знала, что ты рада меня видеть, – сказала Милена Лере и тут же обратилась к Вике: – Почему в комнате девочек никогда не бывает такого беспорядка, как у тебя?
Инструктор подошла к шкафу, открыла его и выбросила на пол все убранные Викой вещи. Лера про себя охнула, а Валерьянова напряженно наблюдала за происходящим. 
– Сложи все аккуратно. Через сорок минут у нас разбор письменных работ. Я полагаю, что все об этом помнят. Поторопись, Вика.
Девушка принялась собирать с пола одежду и складывать ее в шкаф. Милена поморщилась:
– В шкафу не место грязным вещам, собери их в пакет, сдашь в прачечную, если не хочешь стирать.
Инструктор повернулась к Лере и, указав на карандаши, поинтересовалась:
– Это чье?
– Не моё, – поспешно выпалила Валерьянова.
– Зачем они тебе? – задала Милена глупый, по мнению Леры, вопрос.
– Рисовать.
– А где ты их взяла?
– На тестах. Сказали, что можно брать, если понадобятся. Они все равно остались.
– И ты решила их взять? – вкрадчиво спросила инструктор.
– Да, но там есть еще, если хочешь, я тебе дам, – до Леры, наконец, дошла суть проявленного Миленой интереса.
Несколько мгновений инструктор оценивающе смотрела на Леру.
– Не нужно, – ее тон смягчился. – Не возражаете, если я посижу у вас?
Поскольку никто не возражал, волшебница прислонила к стене подушку и устроилась на Лериной кровати. Лера вернулась на подоконник.
– Завтра проведут зачет. Его сделают в игровой форме. Опять будет соревнование между группами. После разбора тестов я вам все объясню.
– Только если опять надо будет прыгать, я не буду, – предупредила Вика.
– Для меня до сих пор остается загадкой, что ты делаешь в Академии, – усмехнулась Милена.
– А если я не сдала тест? – Валерьянова предпочла не обращать внимания на насмешку.
– По-моему, я твою работу видела. Ошибки есть, но минимум баллов ты набрала.
– Правда? А я боялась, что придется пересдавать, – девушка захлопнула книгу и заметно повеселела.  – Ты была в бассейне?
– Нет. Чувствую себя разбитой, приняла душ, чтоб прийти в себя.
– Могла бы взять больничный.
– Пустяки.
Лера глянула на Милену и только теперь заметила, что ее лицо было бледнее обычного, под глазами залегли тени, а губы неестественно алели. Время от времени она зябко ежилась.
– Тебе нехорошо? – сочувственно спросила Лера.
– Что? А, немного, – не сразу поняла вопрос инструктор.
– Ты ее испугала, когда к Валентину зашла и бросила на пол его вещи, — фыркнула Вика.
– Его одежда в песке, а он ее на кровать кинул. Взрослые люди, а ведете себя как подростки в летнем лагере. Порой ощущаю себя не магом, а какой-то пионервожатой.
– Так перевелась бы, – предложила Вика, – что, кроме как здесь, работы нет?
– Не терпится от меня избавиться? – беззлобно спросила Милена.
Валерьянова смутилась:
– Да нет.
– А почему ты все время молчишь? – неожиданно обратилась инструктор к Лере. – Расскажи что-нибудь.
– Она еще не освоилась, – вставила Вика, – или поняла, что здесь лучше ни с кем не откровенничать.
– Твое мнение я знаю, – в серых глазах Милены мелькнул стальной блеск, но она тут же погасила его, прикрыв веки. – Почему ты не пытаешься ни с кем общаться, Лера? 
Лера заерзала на подоконнике: объяснять, что ей вполне хватает общения с Учителем, не хотелось, но инструктор ждала ответа. На помощь опять пришла осмелевшая соседка:
– А ты будто ничего не знаешь, не видишь? Или тебе нужно объяснять, что таким, как Таня с Женей, можно все, а все остальные должны сидеть тихо, не высовываться, чтоб не получить, от тебя, в частности. Или думаешь, никто не видит, что они опускают, кого хотят, а тебе все равно? Очень нужно такое общение.
– Если они тебя так обижают, почему ты не скажешь об этом? 
– Достала, Милена! Ты и сама все знаешь. Что говорить? Что ты отпускаешь их с занятий, что они почти не ходят на отработки? Здесь пожаловаться – все равно, что одеть на себя красную тряпку и шагнуть в загон к быкам. Не все такие способные и языкатые.
– Учиться надо, Вика, а не завидовать. Вместо того чтоб флиртовать направо и налево, работать над собой.
– Просто ты такая же, как и они, – обиженно ответила девушка.
– Пора собираться, – оставив без внимания Викино обвинение, Милена поднялась с кровати, поправила ее, заколола волосы. 
– Одевай, – она протянула Лере куртку.
– Зачем? – Воронцова испуганно вытаращилась на длинную, черную, прямого покроя ветровку с капюшоном, подозрительно смахивавшую на монашеское одеяние.
– Вот-вот начнется дождь. 
— С чего вдруг ты стала так о ней заботиться? — Валерьянова с нескрываемым любопытством воззрилась на наставницу.
Лера посмотрела на пасмурное небо и на учеников на улице. Они были в рясах или спортивных костюмах. В куртках, да еще таких мрачных, никого не было.
– Мне не холодно, – Лера попыталась прошмыгнуть к двери.
– Где ты их откопала? – фыркнула Вика, натягивая поверх своей традиционной мини-юбки рясу – казенные что ли?
Инструктор кивнула и ловким движением накинула куртку на Леру.
– Милена, сейчас лето! – уже откровенно запротестовала деушка, но осеклась, встретив уставший и раздраженный взгляд.
– Сейчас пойдет дождь, ряса промокнет, пока мы дойдем до корпуса. Если будешь сидеть в мокром – простудишься. Или ты считаешь, что Учитель принесет тебе сухую одежду? – уже зло закончила волшебница.
Последний аргумент был решающим и Лера сдалась. 
– А Вику дождь не намочит, – с осторожным ехидством заметила Лера, хоть так пытаясь выразить свой протест.
– Она знает, что делает. Возможно, ей нравится сидеть в мокрой одежде, — повязав вокруг талии вторую ветровку, равнодушно ответила Милена.
Все вместе спустились и вышли из дома. Лера чувствовала себя не комфортно: длинные рукава сползали и никак не удавалось их поправить, к тому же ей казалось, что все вокруг пялятся на ее нелепый наряд. Вдруг, на полдороги к корпусу, хлынул проливной ливень. 
– Теперь вместо занятий Валерьянова будет думать о своем виде. Да, Вика? Чего ты стоишь? Беги в корпус! – волшебница сунула девушке куртку. Лера тут же стянула свою и раскинула ее над собой и Миленой вместо зонтика.
– С ней ты ничему не научишься, — глядя вслед удаляющейся девушке, сказала инструктор. 
– У тебя температура, – заметила Лера, случайно дотронувшись до ее руки.
– Знаю. Переохладилась в реке. Бежим, мы и так задержались.
 
 Небо немного прояснилось. К тому моменту, как они добежали до корпуса, дождь почти прекратился. В вестибюле уже собралась вся группа. Дежурный маг отдал Милене ключ от кабинета и стопку работ. Поднялись на второй этаж. Пока волшебница возилась с замком, Лера увидела, что дверь в кабинет Учителя, расположенного в конце коридора, приоткрыта. В животе возникло тоскливо-сжимающее чувство. Не в силах ему сопротивляться, понимая, что готова нарушить все правила и приличия, Лера решилась. Ожидая каждую секунду окрика, она пошла к кабинету Измененного. Будучи уже на пороге и оглянувшись, она увидела, что инструктор, проводив ее долгим взглядом, закрыла дверь. 
 
 Снегов стоял у доски и сворачивал в трубочку какой-то плакат.
– Проходи, – не поворачиваясь, пригласил он, – оставь куртку на вешалке.
Вешалка располагалась за дверью, как раз напротив Лериного места для медитации. Развешивая мокрую ветровку, Лера обратила внимание, что на вешалке появилась одежда, не соответствующая летнему климату реальности. На мгновение вид висящего черного пальто всколыхнул яркое воспоминание: перед глазами возник заснеженный город. Медленно падая, снежинки искрились в свете фонаря и ложились на ладонь. В воздухе витал аромат морозной свежести. Лера моргнула и наваждение пропало. 
– Там зима? В Киеве?
Измененный кивнул. Лера подошла к окну, за которым в вечерних сумерках зеленели мокрые клены. Подоконники и часть столов были заставлены причудливыми и непонятными вещицами: астролябиями разных размеров, сферами, компасами. Задумавшись, она провела пальцем по стрелке одного из загадочных приборов.
– Ничего не трогай, — предупредил Снегов, — здесь все отлажено для лабораторных работ. Я сейчас ухожу, у меня занятия в другом месте.  Где твоя группа?
– Там, – Лера махнула в сторону класса. – Разбирают тесты, которые сдавали сегодня.
– Собери, пожалуйста, в стопку все работы с моего стола. Потом, когда я уду, сложишь плакаты, вон в ту корзину, – Учитель окинул взглядом кабинет, прикидывая, что еще можно было бы поручить сделать, но, не найдя ничего подходящего, предложил:
– В том шкафу есть книги, можешь читать. Как у тебя прошел день?
– Нормально. Сдавала тест, потом перепутала Милену с Таней, – Лера засмеялась и рассказала о визите инструктора. Учитель внимательно слушал. Но когда в рассказе она дошла до карандашей, сразу посерьезнел и спросил:
– Ты их взяла?
– Да. Тебе тоже нужно? Я могу еще взять, там много осталось. 
– Их специально оставили для тех, у кого письменные работы, и приносят по счету. У нас не принято забирать что-то себе, если только тебе это не дали.
– Но сказали, что можно взять запасные.
– Да, если во время письма сломается грифель. В следующий раз, если тебе что-то понадобится, обратись ко мне. 
– Я не знала, что уносить нельзя, – растерялась девушка.
– Вернешь, мне или Милене.
– Хорошо, – согласилась она. – А завтра у нас опять зачет. 
– Завтра с утра у меня занятий нет, кабинет будет свободен, пока группа занята, придешь сюда медитировать.
– Не могу, я еще не знаю, когда моя очередь сдавать.
Александр озадаченно посмотрел на ученицу:
– Милена что, допустила тебя к зачету? Она не могла этого сделать, потому что допуск дают учителя, принимающие тесты.
– Но Милена сказала, что допустили всю группу.
– Посиди здесь, я сейчас вернусь, – Измененный вышел из кабинета. Он вернулся через несколько минут, неся в руках лист бумаги. Лера узнала свою работу. Присев на край стола, он принялся изучать ее художества.
– Что же, – наконец сказал он, – неточности есть, на мой взгляд, серьезные, но тебе поставили проходной балл. Напрасно, конечно.
Несмотря на суровую критику, Лера обрадовалась: это был первый сданный ею до конца тест. А, значит, к зачету она была не условно допущена, как все предыдущие разы, а допущена официально, полноправно и назло Валику с его вполне обоснованными подозрениями! 
– Работу исправишь и покажешь мне. Никаких неточностей быть не должно: мысли надо формулировать и выражать предельно точно. Ясно?
Она кивнула. Снегов подумал и продолжил:
– Я договорился с Миленой, что она определит тебя во второй поток. Зачет начинается сразу после завтрака, в десять утра. Второй поток начнет с полудня. Сбор будет у главного корпуса. С самого утра пройди вдоль всего маршрута, изучи его хорошенько, посмотри, как проходят другие. Когда наступит твоя очередь – не спеши выполнять задания, выбери те, которые наверняка сможешь пройти. В данном случае сделай ставку на количество баллов. По всему маршруту будут спрятаны бонусы. Найти их трудно, но за каждые три сданных подряд задания, инструктора будут выдавать карточку с местом тайника. Если же сумеешь найти тайник сама – тоже засчитается. Времени на поиски будет мало, поэтому обрати внимание на разные несоответствия вдоль маршрута. Не все может быть тем, чем кажется на первый взгляд. Все, больше задерживаться не могу. Не забудь здесь прибрать. Подумай еще раз над своей работой. Успеешь ее исправить – оставишь на столе. Когда будешь уходить, прикрой дверь.



Майя Ли

Отредактировано: 16.06.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться