Выбор Ведьмы. Хроники Магических Земель.

Глава 9. Первая битва

Лера сидела в павильоне, который Александр любезно предоставил для сбора команды Отдела. Напротив нее, в кресле, устроился Николай. Марина, в черном облегающем спортивном костюме плюхнулась на диван. Из собравшихся она чувствовала себя непринужденней всех. Кроме Ника и девушки, у окон, будто часовые, стояли еще двое магов: оба с короткими стрижками, лет тридцати, худощавые, подтянутые, с колкими цепкими взглядами. Их Лера видела впервые, но они не спешили знакомиться. 
— Так, все, кто не в группе, покиньте, пожалуйста, помещение, — в павильон влетела, нет, ворвалась, и заполнила собой все пространство невысокая коротко стриженная женщина.
Александр, беседующий о чем-то с Николаем, поднялся, и, шутливо откланявшись, вышел. Лера проводила его растерянным взглядом: ей предстояло участвовать в каком-то задании без Учителя, с незнакомыми магами, которые все были профессионалами. А если она облажается? 
— Та-ак, я вижу, у нас пополнение, — женщина повернулась к Лере и слегка мотнула головой.
Непроизвольно Лера отшатнулась и выбросила вперед руку, стараясь уклониться от летящей в нее искры.
— Сновидящая, значит, — женщина отступила, и хлопнула в ладоши, привлекая внимание магов. — Начнем. Послезавтра в Академии состоится слет магических школ. Вы себе представляете, что это значит? Подтянутся наши провинции, повылезают из своих лесов любители природы, объявятся стихийщики. Я молчу о наших недоученных «яжемагах». И все они разместятся ни где-нибудь, а на этом пятачке, именуемом учебным городком. Оценили перспективы?
— Клара, эти слеты стали почти ежегодными. Чего кипишевать? Ну, покараулим «детишек», подчистим, если придется. Да и у Академии все отработано: есть дежурные, они будут следить за порядком. Мы же только в качестве крайней меры, как тяжелая артиллерия, выступим. 
Женщина вспыхнула:
— Ник, Григорий не даром общался с видящими. Они предупреждали, что в пространстве что-то меняется. Мы должны быть готовы ко всему. 
— В этот раз с нами нет ни одного Измененного. Если бы была вероятность чего-то серьезного, без представителя «той стороны» не обошлось бы. 
— Ник, дело веду я. Мы собрались не обсуждать вероятности, а разработать план охраны этого сборища. 
Маг откинулся на спинку кресла, всем видом давая понять, что оспаривать Кларино руководство он не намерен. 
— Итак, — Клара окинула взглядом своих подчиненных, — Филипп и Ян. Будете гасить магические всплески выше второго уровня.
Мужчины, как по команде, кивнули. 
— Клара, так многие школы на слет едут ради того, чтоб похвастаться своими успехами. А ты — «гасить». Что им, дружеские матчи игры в пинг-понг с помощью телекинеза устраивать? На большее ты им шанса не оставляешь, — не выдержав, опять вмешался Николай.
— Мы отвечаем за их безопасность. А ты хочешь, чтоб они друг друга перекалечили?
— Так у них учителя есть, не допустят!
— Ник, Григорий дал это дело мне. Если бы он был не согласен с моими методами, выбрал бы другого человека. 
— Так я не спорю, — примирительно ответил маг.
— Марина, — Клара повернулась к девушке, которая с интересом следила за перепалкой, — на тебе порталы. Участники соберутся — закроешь все. Никакого свободного перемещения до окончания слета. На магов Академии это правило тоже распространяется. Нужно выйти — фиксируешь переход. Ясно?
— Да кто из них меня слушать будет? — Марина приподнялась.
— Мы все будем в форме Отдела, нашей работе никто препятствовать не станет.
— Если что, я на тебя ссылаюсь, — предупредила девушка.
— Ник, проверишь личные дела всех участников с периферии, особенно всё, что касается их возможностей. На самих участников тоже погляди. Мало ли, кто чем инфицирован. Мы должны знать, с кем имеем дело.
— Клара, за что же ты меня так не любишь? — вздохнул маг. — На это недели не хватит!
— Ты справишься. Я возьму на себя периметр. 
Раздав поручения, женщина облегченно вздохнула. Потом, словно что-то вспомнив, обратилась к Воронцовой:
— Что касается тебя — отправишься на слет как участница. 
— И все? — разочарованно спросила Лера.
— И все. 
— А что мне там делать?
— Участвовать. Присутствовать. Будешь нашими глазами и ушами изнутри. 
Марина фыркнула. Лера скривилась: признаться, после дела с привидениями, она ожидала большего. Ее же просто проигнорировали, избавившись как от обузы. 
— Можно идти? Не терпится приступить к выполнению задания, — Ник поднялся.
— Иди. Все свободны, начинаем утром с проверки пространства, не опаздывайте, — отпустила всех Клара. 
Лера выходила из павильона последней. Закрывая дверь, она почувствовала что-то странное, чье-то присутствие, словно за ее спиной кто-то стоял. Она обернулась, но рядом никого не было. 
— Ты ощущаешь больше, чем видишь, — справа от нее, из ниоткуда возникла Клара. — О, ты зря обиделась. Ты осознаешь, что сновидишь. Это дает тебе преимущество в восприятии. Нам нужно контролировать не только внешнюю ситуацию, но и внутреннюю. Поэтому ты, будучи студенткой Академии и участницей слета, сможешь видеть все, что происходит среди участников. 
— Я отстранена от занятий, вряд ли меня пустят на этот слет.
— Пустят, — Клара кивнула на прощанье и исчезла.
«Даже порталами не пользуется», — усмехнулась про себя Лера.
 
 С наступлением утра в учебном городке началось суета. Самые большие аудитории, кроме конференц-зала были переоборудованы под спальни для гостей, которых ожидалось немало. На пустыре, размеченном на квадраты, организовывали площадки для магических поединков и демонстраций. К вечеру начали прибывать участники из других реальностей. Дежурные маги регистрировали каждого прибывшего, после чего его отправляли устраиваться на ночевку. За весь день Лера так и не увидела ни разу никого из Отдела, хотя время от времени ощущала их незримое присутствие. Поздно вечером, пока прием гостей продолжался, постоянных жителей учебного городка собрали в конференц-зале.
— На период слета все учащиеся Базовой школы будут переформированы по отрядам. Каждый отряд будет состоять из наших студентов и студентов, прибывших к нам из других Школ, — сообщил новость высокий статный маг. — Тесное взаимодействие с учащимися и практикующими разных традиций создаст для всех прекрасную возможность обмена опытом. Совместные игры помогут вам увидеть различные магические техники в действии…
 
 Лера не слушала и откровенно скучала. Назидательные беседы ее и раньше мало занимали, а сейчас она и вовсе потеряла к ним интерес, считая пустой тратой времени. Униформу Отдела, состоящую из серых френчей и удобных брюк, ей не выдали, сославшись, что она ничем не должна отличаться от студентов Академии. На вечернем собрании она заметила Марину. Девушка, кинув свою новенькую казенную куртку на пол, уселась на ней по-турецки, наблюдая за происходящим из дальнего угла зала.
— Я должен буду покинуть на время учебку, — сзади незаметно подошел Александр и остановился рядом с Лерой, — вернусь дня через два. Если что по делу понадобится — обращайся к Нику. 
— Хорошо. Но, думаю, ничего не понадобится. Я, как бы, не в деле, — Воронцова пожала плечами.
— Каждый на своем месте. В Отделе иначе не бывает. 
— А чем занимается Марина в Отделе? Она тоже боевой маг? — полюбопытствовала Лера, которую удивляли вольные манеры девушки.
— Она — Проводник. То, что она работает на Орден — ее добрая воля. Если она не захочет здесь оставаться, никто не сможет ее удержать.
— Но она сама говорила, что даже порталы открывает не очень хорошо?
— А зачем Проводнику порталы? — Александр рассмеялся. — Она портал для тебя открывала. 
— О, — только и смогла ответить Лера, поглядев на девушку с вдруг возникшим уважением. — А Клара?
— Боевой маг. У нее потрясающая интуиция, но, как и у многих женщин, повышенная эмоциональность. 
— А теперь определимся с дежурными по отрядам, — донеслось до Леры.
— Мне пора, — шепнул Учитель и покинул зал.
 
 Нехотя Лера вернулась вниманием к собранию. Оживленный гул голосов возвестил о том, что выборы дежурных начались.
«Странные они. Как можно хотеть добровольно взваливать на себя ответственность за толпу народа?» — удивилась про себя Воронцова и поискала глазами Марину: девушки в зале не было.
— Раз вы никак не придете к соглашению, — проводящий сбор маг хлопнул в ладоши, призывая всех замолчать, — то ответственных по отрядам назначим мы. Прошу соблюдать тишину.
«Хи, а то не ясно было, что у них уже все давно продумано», — усмехнулась про себя Лера.
Постепенно в зале все угомонились. Через несколько минут маг опять поднялся. Началось оглашение списка дежурных. 
— Воронцова.
Ее имя прозвучало неожиданно, как выстрел. Лера подняла голову, оторвавшись от созерцания пола. 
— Она же ни в одной группе не числится! — крикнул кто-то.
Все еще пытаясь понять, что от нее хотят, Лера озиралась.
— Мы ее даже не знаем!
— Ее же отстранили! — студенты вновь загалдели.
До нее, наконец, дошло.
«Нет, нет, нет! Решайте свои вопросы сами», — Лера протиснулась к руководству:
— Я в этом не участвую!
— Как это? — не ожидая услышать такое заявление, удивился маг.
— Никак. Для меня все, что здесь происходит — сон. А еще я неадекватна и социально опасна, меня ведь по этой причине отстранили от занятий?
— Но, — маг растерялся, — ты могла бы…
— Нет, — твердо сказала Воронцова.
— Ну ладно, желающих, между прочим, много.
 Собрание закончилось. Ответственные пошли разыскивать гостей, распределенных в их отряды, а остальные, включая Леру, спать.
 
 Следующий день, после торжественного открытия Слета, проходил в сборах и разборках: студенты всех школ активно притирались друг к другу, стремясь донести до «тупых» оппонентов, что именно за их магическим направлением, и сокрыты магические истина и будущее. Мирных бесед не получалось и любая дискуссия перерастала в стычку. Несколько раз, переходя от отряда к отряду, Лера замечала Филиппа и Яна, с отстраненными сосредоточенными лицами, наблюдавших за поединками. 
 
 Стемнело. На отрядных площадках запылали костры. Их огни напомнили о приближении ночи и усталости от насыщенного дня. Притихшие и подозрительно быстро нашедшие общий язык, участники Слета захрустели поджаренным на костре хлебом и зашкварчали гирляндами нанизанных на шампура сосисок. На одной из площадок Лера увидела Ника. Маг махнул ей рукой, предлагая присоединиться к импровизированному ужину. Внезапно, среди вечерней тишины раздались крики. Они доносились со стороны старого корпуса, но, утомленные за день шумом и суетой, выяснять причины нарушения общественного спокойствия, никто не стремился. Через несколько минут к костру подошел Филипп. 
— Весь отряд, размещенный в старом корпусе, лишился магической силы, — стараясь говорить как можно тише, сообщил он Николаю. — Пострадали и свои и приезжие. Надо предупреждать дежурных учителей, чтоб были готовы к любой ситуации.
— Здесь все в порядке, ничего подозрительного, — так же тихо ответил подоспевший дежурный. 
— Осторожнее, может быть серьезный конфликт, — предупредил Филипп и повернулся к Лере.
— Я ни при чем, даже не пытайтесь меня обвинить в чем-то, — девушка напряглась.
— Что-то происходит. Мобилизуемся, но паника нам не нужна. 
— Может они там просто перетратились, — предположила Лера.
— Вот вы где! — подбежавшая Клара выглядела обеспокоенной. — Учителям дали команду разводить свои отряды по корпусам. Еще один отряд лишился силы. И бывшие с ним учителя тоже. 
— Что? — новость вызвала переполох, у подслушавших беседу магов и студентов.
Ученики, повскакивав со своих мест, заспешили к корпусам. 
—Хорошо, что мы закрыли Городок еще утром, — Клара терла лоб, пытаясь решить, какие меры предпринять еще и с чего начать.
— Это эпидемия? — спросила Лера, обращаясь к Нику.
— Нет, невозможно. 
— Но оно может быть заразным?
— Уже не знаю. 
— Давайте разделимся, каждый сканирует и охраняет свой участок, надо выяснить, с чем имеем дело, — распорядилась Клара. 
 
 Несмотря на позднее время, в городке никто не спал. Студенты, сильно напуганные, собирались в вестибюлях корпусов и не спешили расходиться по комнатам. Учителя, не менее испуганные, ходили по двое-трое и не знали, что делать. Им удалось выяснить, что почти все лишившиеся силы, либо спали, либо дремали. Ночь тянулась бесконечно долго. Спать никто не ложился. Несли вахты, расталкивая случайно задремавших. Лера осталась в вестибюле главного корпуса, куда ее направила Клара в качестве наблюдателя. Связи с остальными магами Отдела у нее не было, и она не имела ни малейшего представления о положении дел. 
— Вряд ли они восстановятся. Скорее всего, им всем придется покинуть Академию, — стараясь не привлекать внимания, прошептал один маг другому. 
Второй кивнул, озираясь на измотанных волнением и бессонной ночью студентов. 
Приближался рассвет. Прямоугольники окон посерели.
— Сколько нам нельзя будет спать? — спросил у шепчущихся учителей кто-то из студентов.
— Пока ситуация не прояснится.
— Это может быть и не один день?
— Может быть. Но будем надеяться, что наши специалисты выяснят все раньше, — устало ответил пожилой маг.
— Давайте хоть по очереди поспим, хоть по часу, — предложил парень. 
Лера отыскала глазами говорившего. Темноволосый парень стоял напротив лестницы, на которой, вопреки принятому решению не спать, дремали студенты. Она собралась отвернуться, когда в последний миг, краем глаза, заметила что-то странное: в вестибюле, между учениками, мелькала узкая длинная, напоминавшая кусок трубы, тень. Тень приближалась к студентам, но их жестикуляция или движения, заставляли ее отступать, будто ее сносило потоком воздуха. Возле спящих учеников тень остановилась, и Лера смогла ее рассмотреть: без лица, без рук и ног, высокая, метра два, толщиной с руку. 
«Что это?» — скорее риторически задала она себе вопрос, а вслух, громко, чтоб слышали все, сказала:
— Я его вижу.
— Кого? — спросил темноволосый парень.
— Неорганического. Он недалеко от тебя.
Разбуженные громким разговором, студенты, вертя головами по сторонам, вскочили на ноги:
— Ты видишь, а мы нет? Решила пошутить? Очень смешно!
— Нет, — она не сводила глаз с темной «трубы», — просто я помню, что это сон. А в сновидении любой может видеть.
Тень, спугнутая студентами, молниеносным движением преодолела расстояние до темноволосого парня и погрузилась в него. 
— Стой! Он в тебе, — испугавшись и удивившись одновременно, крикнула Лера, но парень и сам это ощутил: схватившись рукой за сердце, он повалился на пол.
Несколько студентов закричали, зовя на помощь учителей. Помня, насколько неприятными бывают контакты с неорганическими, Лера подскочила к парню и, ударив ладонями в грудь, выбила из него существо. При соприкосновении с ним ее прошиб озноб. Тень, вылетев из парня, замерла напротив Воронцовой. Отчего-то она знала, что существо на нее «смотрит».
— Уходи, — трясущимися от нервного перевозбуждения губами, попросила девушка.
Тень приблизилась. Теперь она нависала над Лерой высоким темным шлангом. Лера замерла. А потом оно напало. Протаранив и проскочив сквозь нее, Тень метнулось к близстоящему ученику, и вошла в него. Испытав что-то среднее между ударом тока и сильным ознобом, Воронцова развернулась. 
— Смотрите! — крикнул кто-то, и все увидели, как студента, в которого вскочила Тень, подняло над полом и швырнуло в сторону. 
Ученики закричали. Подбежавший маг получил удар в живот и согнулся. 
— Он сильный, очень сильный. И не Зеленый. И не ледяной призрак, и, я не знаю, кто это, — зачем-то пробормотала Лера. Глядя на длинную прозрачную фигуру, она поняла, что он пришел охотиться, и без добычи не уйдет. 
Контакт с магом наполнил пришельца силой и теперь темную «трубу» увидели все. Студенты заметались, стараясь отбежать подальше.
— Прекратите паниковать, вы делаете его сильнее, — успела крикнуть Воронцова, а в следующий миг агрессивный неорганический ринулся на нее. 
 
 Лера увернулась от внезапной атаки. Время для нее остановилось: одна за другой через ее тело проходили волны ледяного холода. Страх исчез. Ему на смену подымалась ярость. Собрав всю свою волю, она ударила по существу импульсом так, как обучал Александр на занятиях по концентрации. Тень уклонилась. Но Лера и без попадания поняла, что любые попытки нанести энергетический удар, играют на руку пришельцу. И тогда она напала. Волны ярости, усиленные болью от атак неорганического, опустошили ее ум. Она не знала, как собирается победить, но знала, что не отступит. Они оба – и Лера и существо, вступили в гонку, победителем которой мог стать только кто-то один. Все вокруг слилось в стену разноцветного тумана. По мелькающим светящимся пятнам она понимала, что проносится мимо студентов. Во время коротких схваток, когда противники пытались ослабить друг друга, ее подхватывала неведомая сила и швыряла об потолок, стены, пол. Она же, в свою очередь, крепко вцепившись в вибрирующий воздух, каким воспринимался при прикосновении неорганический, пыталась, как безумный вампир-пылесос, вобрать в себя, «выпить» всю его силу. Ее спасало только знание, что она сновидит. Вдруг существо заметалось, уворачиваясь, и выпустило свою осатаневшую «добычу». Лера рухнула на пол, но тут же вскочила. Вернулось нормальное зрение, и она увидела, что к ней присоединились маги Отдела. Рядом, посылая непрерывные магические удары, стоял Николай. Филипп и Ян загоняли незваного гостя с другой стороны, где его встречала Клара. Тень остановилась, будто в нерешительности, а потом исчезла.
— Оно исчезло, — тяжело дыша, сказала Лера.
— Ян, отправь в лазарет этих троих, — кивнув на пострадавших от контакта с пришельцем, велела Клара. 
— Я никогда не видел такого, что вы вытворяли, — шепнул Лере темноволосый парень, прежде чем последовать за Яном, — вы висели в воздухе и прыгали по стенам.
— Я и не заметила, — усмехнулась Воронцова. Для нее, во время битвы, пространство выглядело как светящаяся паутина, натянутая в густом тумане.
— Думаю, теперь можно отдыхать, — устало сказал Николай. 
— Не уверена, но нам всем нужно восстановиться. Измененные уже должны были быть здесь, — Клара медленно, словно прислушиваясь, осматривала сбившихся в кучки студентов.
— Они здесь, прочесывают городок, — откликнулся Филипп, — я с ними говорил как раз до того, как мы его обнаружили.
— Хорошо, — женщина кивнула, — Марина, отправляйся с Лерой, и отдохните.
— У тебя хоть удобная комната? — с небрежной веселостью, словно и не было никакой битвы, поинтересовалась Марина, когда девушки вышли из корпуса.
— Ничего, меня устраивает.
 
 Перед тем, как лечь спать, Лера приняла короткий душ. Тело болело, но ее это не тревожило: после тренировок с Учителем, она ощущала себя намного разбитей. Возле умывальников она остановилась и посмотрела на свое отражение в большом зеркале: ничего необычного, кроме светящихся белым сиянием глаз, но на эту особенность своего тела она давно перестала обращать внимание. 
— Ты чего? — окликнула ее Марина, вошедшая в душевую. — Чего застыла?
— Ничего, — ей не хотелось объяснять, что внутри нее все замерло, как перед бурей, и она прислушивается к своим ощущениям.
Внезапно она почувствовала, что-то инородное во рту. Сердце от страха ёкнуло и забилось быстрее. Поборов испуг, Лера открыла рот и сплюнула зуб. За ним второй, третий… Они падали с глухим стуком в раковину, окрашивая ее в красный цвет. Плохо слушающимися пальцами девушка ощупала свое лицо. Она разрушалась, рассыпалась. Кожа отслаивалась, превращаясь в тонкий сухой пергамент. Марина завизжала, глядя полными от ужаса глазами на напарницу.
— Тихо, — губы едва шевелились, и Лере показался чужим свой голос, — все нормально, просто повредилась форма. Мне нужно лечь спать. Я усну и восстановлюсь.
— Тебе к врачу нужно!!! Я позову на помощь! — Марина кинулась к двери.
— Позови лучше хирурга-имплантолога или протезиста, — усмехнулась Воронцова: — она уже поняла, что битва не прошла для нее бесследно.
Девушка выбежала, что-то крича  уже в коридоре. Лера попыталась собрать зубы. Весь ее правый бок обдало ледяной воздушной волной. Она обернулась: в этот же момент неорганический атаковал. Его удар был настолько мощным и неожиданным, что Лера погрузилась в густой темный туман. 
 
 …Она обнаружила себя стоящей посреди шумной улицы незнакомого города. С обеих сторон улицу окружали небоскребы, а мимо, задевая ее, спешили люди. Лера попыталась пошевелиться, но тело не повиновалось. Но, самым неприятным открытием оказалось присутствие в теле еще кого-то. Испуганного ее вторжением и забившегося куда-то. Куда именно, Лера не представляла.
«Ты кто?» — мысленно (а иного выбора и не было) спросила она, но ответа не последовало. Ее или не слышали, или не понимали.
«Надо выбираться, не можем же мы вдвоем сидеть в одном теле», — она сделала вторую попытку пошевелиться, или, хотя бы, скосить глаза, чтоб рассмотреть в кого ее занесло. 
«Если бы они были живы, этот ублюдок бы не посмел так со мной разговаривать», — пронеслась четкая мысль. Она была чужой.
— Эй! — вновь попыталась наладить контакт Лера. Безуспешно.
«Меня не слышат. Но почему я тогда вынуждена слушать весь этот бред?!» — ей хотелось остановить хлынувший вдруг поток из образов, реплик, воспоминаний, перемежевывающийся мыслями о гамбургере, забытом в стиральной машине белье, и домоганиями какого-то темнокожего парня. 
«Значит, я попала в тело девушки», — подытожила Лера, обреченно принимая роль наблюдателя и в тайне рассчитывая, что кошмар вот-вот прекратится. 
 
 Нэнси, так звали восемнадцатилетнюю девушку-негритянку, брела по улице, останавливаясь, чтобы рассмотреть очередную яркую сумочку в витрине или прочитать рекламную вывеску. Ее только что уволили, и настроение у нее было паршивым. Ей хотелось вновь стать маленькой и чтоб с ней опять были родители, погибшие в автокатастрофе, когда ей исполнилось одиннадцать. Их хоронили в закрытых гробах, и ни Нэнси, ни бабушке — единственной ее родственнице, так и не удалось с ними попрощаться. Может оттого Нэнси всегда внимательно всматривалась в лица женщин, похожих на мать, пытаясь вспомнить черты ее лица, которые постепенно стирались из памяти. Год назад бабушка умерла, и девушка осталась совсем одна. 
 
 Лера, заключенная как джин в лампу, в тело Нэнси, грустно взирала на мелькающие перед их общими теперь глазами, лица. Вдруг девушка остановилась как вкопанная: на противоположной стороне улицы, кутаясь  длинную фуфайку, стояла темнокожая женщина. Их взгляды встретились, и женщина, опустив низко голову, заспешила прочь. Нэнси, сорвалась с места. Не обращая внимания на машины, она в несколько прыжков догнала женщину и дотронулась до ее локтя:
— Простите, мне показалось…
Женщина повернулась и Нэнси, выпустив ее руку, отпрянула:
— Мама? Но этого не может быть!
Негритянка крепко прижала девушку к груди, потом сказала: 
— Ты не должна была меня увидеть. Мы с отцом уже много лет скрываемся.
— Мама! — Нэнси все никак не могла поверить в случившееся. Слезы ручьями текли из ее глаз. 
Лера хмуро взирала сквозь мокрые ресницы на радостную встречу. В счастливые истории подобного рода она не верила. Как и не верила, что высокая, с горделивой осанкой, женщина, за семь лет не постарела ни на одну морщинку, ни на один седой волосок. 
— Почему вы меня бросили? — допытывалась Нэнси, когда они устроились в ближайшей кофейне. 
— Мы работали под прикрытием, внедрились в одну преступную группировку, а когда задание провалилось, нам пришлось инициировать свою смерть. Мы сменили имена и уехали. Если бы кто-то заподозрил, что мы живы, ты была бы в опасности, как и мы.
— Я хочу увидеть папу, — попросила Нэнси.
— Он тоже хочет увидеть тебя, детка. Пойдем домой, я позвоню ему, и он придет. Ты ведь все еще живешь в нашей квартире?
 
 Воссоединение семьи походило на сцену из мыльной оперы: женщины плакали, мать обнимала дочь, дочь обнимала всех, отец увещевал жену, объясняя, по какой причине они не могут остаться или взять с собой Нэнси. 
 
 Лера ощутила усталость. Эмоции девушки, невольной пленницей которой она оказалась, оглушали, а хаотичные мысли не давали сосредоточиться.
«Ну хоть бы уже вытащила свое белье из стиралки, сколько можно о нем вспоминать!» — возмутилась Лера, но ее, разумеется, никто не услышал. Ее вообще никто не слышал, даже Александр, настроиться на которого, она пыталась в течение всего дня. 
«Хм, а она похорошела, прямо как черная вдова из виртуалки, — удивленно отметила Лера, разглядывая мать девушки, благо, Нэнси не сводила с нее глаз. — Утром она показалась мне болезненной, серой какой-то. А сейчас расцвела: глаза блестят, щеки пылают».
 
 К ночи Нэнси начало знобить, появилась боль в горле.
— Наверное, я простыла, — решила девушка. — И спать хочется. Ничего, к утру все пройдет.
«Несправедливо! Ее боль я ощущаю, а управлять телом не могу! Пусть бы мы по очереди распоряжались. Я уже согласна на раздвоение личности».
Мать хлопотала у постели дочери, то принося ей теплое молоко, то поправляя одеяло. Наконец все легли спать, и в доме стало тихо. Лера облегченно вздохнула: гул чужих мыслей ее утомлял. Женщина улеглась рядом с девушкой, а глава семейства устроился на диване в соседней комнате. 
«Какая же она холодная», — непроизвольно подумала Лера, когда Нэнси забылась тяжелым сном, и она ощутила густую, тягучую силу, исходившую от матери. Девушку сотрясал озноб, но, вместо того, чтоб дать ей лекарство или вызвать скорую, родительница лишь приговаривала утешительные слова и сжимала ее руку. 
«Мать бы не вела себя так. И отец странный. Будто ему безразлично состояние дочери. Да кто они на самом деле? — размышляла Лера. Глаза Нэнси были закрыты, и она могла лишь теряться в догадках, что происходит в комнате, наполненной гробовой тишиной. — Почему я не слышу дыхания матери? Она что, еще и не дышит?»
 
 Лера чувствовала, как слабеет девушка. Каждый вдох давался ей труднее, а ноги и руки наливались холодной тяжестью.
«Что же делать? Присутствие мамаши убивает нас. Не родители, а упыри какие-то», — Лера представила, что будет, если Нэнси умрет. Варианта было три: она, Лера, навсегда останется в этом теле, умрет вместе с девушкой или вернется в свое тело. О том, что ее тело развалилось в прямом смысле слова, она предпочитала не думать. 
 
 Внезапно, повинуясь внутреннему толчку, Нэнси открыла глаза. Она попыталась пошевелиться, но тело ее не слушалось. Сознание девушки затопил страх. Пользуясь случаем, Лера взглянула на похорошевшую мать, вытянувшуюся на спине рядом. Женщина лежала неподвижно, напоминая манекен. 
«Нэнси, давай, валим отсюда, ну же, соберись!» — теперь страх ощутила и Лера: она не знала, как ей отсюда выбраться и кто эти люди, но точно знала одно — людьми они не являлись. 
Сознание Нэнси металось в теле, но было слишком слабым, чтоб противиться воле женщины. Сжавшись, как кролик перед удавом, Нэнси сдалась, и отключилась, поддавшись парализующей ее волю холодной волне. 
«Нет!» — Воронцова изо всех сил дернулась, и, о чудо, ей удалось сдвинуть тело с места! С трудом передвигая чужими руками, у Леры получилось перевалиться через край кровати, но, сколько она ни старалась — ноги не слушались. Медленно, борясь за каждое движение и каждый сантиметр, Лера поползла из комнаты. В холле силы почти покинули тело, но, даже на расстоянии трех метров от лежавшего на кровати существа, девушке стало легче, и Нэнси начала приходить в себя.
— Куда же ты, моя милая? — раздался за спиной спокойный голос, и в дверях комнаты показалась «мать». — Возвращайся в постель, мамочка позаботится о тебе. Я обниму тебя — и все пройдет.
«Ага, вместе с жизнью», — Лера удвоила усилия, барахтаясь на полу и пытаясь грести к выходу из квартиры. 
Женщина медленно приближалась. На ее лице не отражалось ни одной эмоции. Из соседней комнаты вышел «отец» и с таким же безразличным выражением пошел прямо к дочери. Лера чувствовала, как энергия покидает и тело, и Нэнси и ее саму. 
«Просыпайся! Скорее, открой глаза! Просыпайся!» — голос Учителя ворвался в ее сознание оглушающей волной. 
Инстинктивно подчинившись, она открыла глаза как раз в тот момент, когда женщина схватила девушку за руку. Несколько мгновений, ничего не понимая, Лера смотрела в темноту, потом ощутила рывок и вновь оказалась в квартире Нэнси. «Мать», не смотря на свое хрупкое телосложение, без труда тащила тело в спальню. 
«Нет, просыпайся! Не смей спать! Просыпайся!» — зов Александра опять вырвал ее из кошмара, но, стоило Лере на мгновение прикрыть глаза — она возвращалась в тело негритянки. 
«Не спи! Не закрывай глаза! Поднимайся! Нельзя лежать!» — Измененный заставил ее вынырнуть из образов «сна» как раз в тот момент, когда женщина склонилась над лицом Нэнси.
«Вставай!» — гремело в сознании, и Лера резко села на кровати. 
Была ночь. Когда ее глаза привыкли к темноте, она различила очертания кабинетной стенки, которой в ее комнате никак быть не могло.
«Где я?» — она огляделась: справа серел прямоугольник окна, слева — тумбочка, дверь в другую комнату и арка. Место показалось ей смутно знакомым. Она уже бывала здесь. В своих воспоминаниях и во время ее первого занятия с Миленой, когда инструктор тренировала ее концентрацию. 
«Значит, я проснулась у себя дома, у другой себя», — Лера продолжала сидеть на кровати и бороться со сном. Ее легко знобило. Внезапно кто-то схватил ее за правую руку. Она дернулась, пытаясь вырваться, но рядом никого не увидела. Что-то холодное сжимало кисть и медленно вползало в тело. Рука начала неметь и отниматься.
«Он вползает в меня», — Лера поняла, что неорганический, напавший на нее в Академии, продолжает свою битву и не собирается от нее, Леры, отставать.
«Только не спи. Ты протащила его за собой в свое измерение. Сейчас спать нельзя. Походи», — прозвучал у нее в голове голос Александра.
«Как я смогу вернутся в Академию? Что с моим телом там?»  — спросила Лера. Она хоть и стремилась объединить обе реальности, но не планировала становиться узницей одной из них.
«Сейчас ты не можешь вернуться. Это опасно для всех. Но ты вернешься, не волнуйся», — уклончиво ответил Измененный. 
 
 Вот теперь Лере стало по-настоящему страшно. До этого, на занятиях, и на Слете, вступая в битву с неорганическими, она была уверена, что, в случае критической ситуации, Учитель подстрахует ее. А сейчас, когда какая-то тварь почти дотянулась до ее шеи, обездвижила руку, и собирается лишить силы или убить, она осталась одна. И не в Академии, не в магическом пространстве, где у нее были хоть какие-то возможности, а здесь, в самой обычной реальности, в которой и в магию-то не верят! Отчаяние придало сил. Лера заставила себя подняться и выйти на кухню. Часы показывали половину пятого. Скоро должен был начаться рассвет.
— Хорошо. Либо ты — либо я, — тихо, но твердо сказала Воронцова, обращаясь к неорганическому. 
Она прикрыла глаза и сделала несколько глубоких вдохов. Холодное онемение уже распространялось на грудь. 
«Я есть Она. Все выходит из Великой Матери и все в Нее возвращается. Нет другой силы, кроме Ее силы. Нет другой воли, кроме Ее воли», — Лера расслабилась. Неорганический больше не являлся для нее чем-то инородным или посторонним. Они  оба вышли из одного Источника. Рассказы Стража о детях Тьмы и уроки Измененного о поиске подобия совпали: два разных описания приводили к общему результату. Она сконцентрировала свое внимание на онемевшем теле, принимая новое состояние, как естественное, растворяя границу между Лерой и напавшем на нее существом. Ее энергия была его энергией и наоборот. Волна тепла прокатилась по позвоночнику, растекаясь в конечности. Озноб и онемение отступали. Лера не знала, ушел неорганический или растворился в ней, но она перестала его ощущать. 
 
 Когда первые рассветные лучи осветили кухню, она заварила кофе. Крепкий, чтоб яснее думалось. Перед ней стояла нелегкая задача: объединить обеих Лер в одну и вернуться в Академию. 



Майя Ли

Отредактировано: 16.06.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться