Выбор Ведьмы. Хроники Магических Земель.

Размер шрифта: - +

Глава 12. Спящие

 Затекшая шея отозвалась тупой ноющей болью, заставив Леру оторваться от образов сна и открыть глаза. Темно и тихо. Лежать было неудобно, вдобавок она ощутила, что замерзла. Она пошевелилась и обнаружила, что спала с приоткрытым ртом на чьем-то плече.
«А вдруг я пустила слюни? Вот будет неловко», — мелькнула дурацкая мысль и Лера осторожно скосила глаза, пытаясь разглядеть, где она находится и с кем спит в одной кровати. Память предательски молчала, предоставив ей возможность разбираться самостоятельно. 
Лера закрыла рот и приподнялась на локте. Плечо, послужившее ей подушкой, было голым. На нем, широкой полоской, белела шлейка майки. Растрепавшиеся волосы скрывали лицо. Она скользнула взглядом ниже, обнаружила округлость груди и поняла, что лежит рядом с женщиной. Это открытие немного успокоило, но никак не прояснило, как она оказалась в чужой постели. Пристально глядя в темноту расширившимися от усиленной мозговой деятельности глазами, девушка медленно легла обратно, стараясь не разбудить таинственную незнакомку. Но, когда ее голова соприкоснулась с плечом, женщина вздрогнула. Она выдернула руку и резко повернулась. Волосы слетели с лица, и Лера узнала Милену. Инструктор сонно посмотрела на нее и вернула руку на прежнее место:
— Пододвигайся сюда.
Лера открыла рот, собираясь задать вопрос, но Милена ее опередила:
— Потом. Спи, еще рано.
Лера придвинулась к ней вплотную и, согревшись теплом ее тела, провалилась в сон.
 
 Она проснулась в той же комнате. Милены рядом не было, зато появился светлый плюшевый плед, укрывавший ее ноги. Откинув одеяла, Лера села. За окном серели утренние сумерки, темнота комнаты сменилась полумраком. Справа от прямоугольного проема двери стоял высокий шкаф. Между ним и кроватью оставалось узкое пространство. Напротив выхода, в углу, примостился столик с электрочайником и чашками. Левее двери, на узкой кушетке, лежали стопки одеял и чистого постельного белья. Лера поёжилась — в комнате было холодно.
«Можно было бы и обогреватель поставить, раз не топят», — брюзгливо подумала она, сползая ногами на пол. 
На мгновение ее внимание привлекли носки из грубой шерсти, доходившие ей почти до середины икры. Таких она у себя не помнила. Поморщившись, она их стянула, но холодный пол вынудил передумать. Все еще не зная, где она находится, девушка выглянула из комнаты. Дверь выходила в большой прямоугольный зал. Дальние стены помещения тонули в сумраке, и Лере трудно было оценить его размеры. Почти всю площадь зала занимали четыре ряда коек, на которых, под темными шерстяными одеялами, спали люди. Горящие под потолком ночники тускло освещали их восковые лица. Насчитав сорок спящих, она заметила трех женщин, тихо беседовавших в дальнем конце огромной спальни. Но, стоило сделать несколько шагов в зал, как одна из них повернулась и быстрым шагом поспешила к ней. Милена, уже одетая в узкие темные джинсы и теплый свитер, выглядела уставшей. Растрепанные волосы слегка вились и казались темнее обычного. 
— Милена, — Лера вопросительно указала глазами на ряды коек, ожидая хоть какого-то пояснения, — что это?
— Ты зачем встала? — тихо спросила инструктор вместо ответа. — Иди, ложись, спи еще.
— Мне холодно. Милена, — Лера ткнула рукой в сторону спящих, пытаясь подобрать слова, — это…
— Пойдем, я тебя укрою, — волшебница увлекала ее в комнату и, подтолкнув к кровати, помогла лечь. Потом достала из шкафа еще одно одеяло и просторный свитер. 
Лера оделось. Стало теплее. Инструктор прилегла рядом, облокотившись локтем о подушку:
— Из этой комнаты тебе выходить нельзя. 
— Что это, Милена? — Лера ощущала, как внутри нарастает тревога. — Эти люди, они спят? Они из Ордена? Это маги? 
— Да, — инструктор задумалась, словно решая, стоит ли ей продолжать. — Это те, кого мы знаем, как магов. Они спят. Их сон очень глубок и их нельзя тревожить.
— Почему?
— Они сейчас далеко. Очень далеко. Не здесь.
— А где?! — Лера, озаренная страшной догадкой, приподнялась: — В Ордене? В Академии?
Милена приложила палец к губам, призывая говорить тише, и кивнула.
— Какой ужас. Здесь очень холодно.
— Чтобы сохранять их тела в состоянии анабиоза, приходится поддерживать определенную температуру и состав воздуха.
— Это похоже на морг, — Леру передернуло. — Они живы?
— Конечно. Они сейчас проживают свою жизнь в другом месте и там им лучше.
Милена говорила очень тихо. Ее присутствие успокаивало, но то, что находилось сразу за дверью, воздействовало на девушку угнетающе.
— Что мы здесь делаем? Как мы сюда попали? 
— А ты не помнишь? Мы вытащили тебя из реальности, захваченной пауками. 
Несколько мгновений Воронцова с непониманием смотрела в серые глаза волшебницы, потом вспомнила. События последних дней потоком хлынули в ее разум.
— А где Учитель? Он знает, где я?
— Не думаю, что сейчас это должно тебя волновать, — усмехнулась Милена. — Вижу, ты окончательно восстановилась и пришла в себя.
— Что мы здесь делаем? — не обращая внимания на ее иронию, повторила Лера вопрос.
Милена сделала глубокий вдох. Насмешка, игравшая в ее глазах, погасла, уступив место спокойствию:
— Нам с тобой нужно было восстановиться: мы потратили много энергии. Здесь нас никто не потревожил бы. Не волнуйся, утром моя смена закончится, и мы уйдем.
— Что это за место? Где мы? — губы и язык Лере едва подчинялись. К нарастающей тревоге добавился страх. Она пристально вглядывалась в лицо Милены, с каждой секундой осознавая, что во внешности инструктора что-то изменилось. Что-то неуловимое. Перед ней была другая женщина, и все-таки это была Милена. 
— Тсс! Не пугайся, мы только что восстановили свою энергию, не стоит опять нарушать баланс. Это я, — заверила Милена, словно понимая, что творилось внутри Леры. — Вижу, Александр не спешил посвящать тебя в секреты Ордена. Мы в Исследовательском Центре.
Заметив промелькнувшее на лице Леры облегчение, она уточнила:
— В самом Исследовательском Центре.
— Да, я поняла, мы в Академии.
— Нет. Это они, — Милена кивнула в сторону двери, — в Академии. А мы в Исследовательском Центре. В настоящем, — она замолчала, ожидая какое впечатление произведут на ученицу ее слова.
— Он же в Академии, такое высокое здание, ты сама нас туда водила, помнишь?
Волшебница едва заметно кивнула, потом села.
— Что ж, так тому и быть. — Милена попыталась улыбнуться, но, решив, что серьезный тон подойдет больше, передумала: — Представь себе многоэтажное здание. Представила?
Лера кивнула, неотрывно следя за ее мимикой.
— Каждый этаж этого здания означает уровень. На каждом этаже-уровне много комнат — это реальности. Орден занимает два этажа, разумеется, условно. Один из них — Академия. Где-то, на каком-то, из этажей, находится реальность, где мы живем, но еще не знакомы. На дальних этажах обитают Зеленые. А несколько этажей, среди которых и этаж с Орденом и с Академией, принадлежат Исследовательскому центру. Мы с тобой сейчас находимся на основном этаже Центра. Здесь проходят настоящие исследования, изучается человеческая природа и возможности восприятия. Орден и Академия — это уже погружение на глубину. Относительно нас сейчас — это мир сновидений. Настоящими же магами являются те, кто может путешествовать по этажам, то есть перемещаться по уровням своего восприятия, а не вовлекаться в игру в пределах одного этажа. Не смотри на меня так, — Милена улыбнулась, — на каждом уровне мы можем выглядеть несколько иначе. Мы узнаем друг друга по энергии, а не опираясь на внешний вид.
Лера молчала, обдумывая услышанное. Какая-то часть ее чувствовала себя обманутой, но рассудок подсказывал, что сейчас не время обижаться. 
— Ты ведь изначально знала, что все, с кем мы общаемся в Академии, лежат здесь? Они это помнят?
— Не только здесь. Зачем им помнить? Там, во снах, у них другая, яркая жизнь. Ты ведь читаешь сказки? В сказках всегда воплощаются все мечты. Кто из нас не мечтал о жизни, полной приключений? Кто не мечтал попасть в сказку? Они сейчас именно там.
— Валик, Вика, Таня — они тоже там?
— Я не знаю. В Академию попадают не только отсюда. И не все, чьи тела лежат здесь, находятся в Академии. 
— Значит, она не реальна, — Лера всеми силами старалась сохранить самообладание.
— Она реальна для всех, кто ее воспринимает. Вопрос реальности определяется возможностями восприятия. Если ты что-то воспринимаешь, то оно становится для тебя реальным. О любом уровне нашей «многоэтажки» можно сказать, что он не реален, и в то же время он существует. 
Милена улыбнулась и продолжила:
— Ты, как и многие, пытаешься найти точку отсчета. Для кого-то такой нулевой точкой стала Академия, для кого-то — другая реальность. Но, правда в том, что ни одно из воспринимаемых измерений не главнее и «настоящее» другого. Равнозначное отношение позволит тебе не попадать в ловушку их реальности, и свободно перемещаться между ними, разумеется, если у тебя будет достаточно для этого энергии.
— Но мы ведь родились в какой-то одной реальности? Разве не она основная?
— Я уже сказала, что в мире все равнозначно. Факт рождения в конкретной реальности не привязывает тебя к этой реальности, а лишь определяет потенциальные качества и возможности твоей энергии, полученные при рождении. И только мы сами можем отождествлять себя с каким-то местом, связывать или отпускать на свободу. 
— Зная все это, ты все-таки ходишь в Академию и живешь там, будто ничего другого нет. Значит, ты за что-то выбрала ее для себя?
Улыбка Милены стала печальной. Она открыла рот, но ответить не успела: в комнату стремительно вошла женщина. Щелкнул выключатель, и помещение заполнилось тусклым светом.
— Она умерла, — тихо сказала женщина.
С лица Милены слетела улыбка. Инструктор поднялась:
— Когда?
— Только что, пока ты тут сидела с этой, — вошедшая зло кивнула в сторону Леры. — Иди, регистрируй смерть.
— Ее зовут Лера. И не срывай зло на моей ученице.
— Еще б часа два и дневная смена. Нет, она умерла в нашу, — уже спокойнее сказала женщина.
— А если не оформлять? Вроде бы все нормально, мы спали, ничего не заметили, — предложила Милена хмурясь.
— Там тоже не дураки. Повесят на нас халатность, будет еще хуже. Идем.
Милена повернулась к Лере:
— Не выходи, жди меня здесь.

 Лера осталась одна. Присутствие в соседнем помещении покойницы окончательно выбило ее из колеи.  
«Вдруг у них еще кто-то умер и просто лежит?» — мелькнула мрачная мысль.
Она осторожно выглянула из комнаты и проводила волшебниц взглядом. Третья женщина стояла у дальней койки, справа от двери, и что-то записывала. Лере стало не по себе, но догнать Милену она не рискнула, предпочтя наблюдать издали. Инструктор и ее коллега подошли к покойной. Они проверили ее пульс, прослушали грудную клетку, что-то записали, после чего Милена накрыла ее простыней. 
 
 Женщины стояли у постели усопшей и тихо переговаривались. До Леры не долетало ни одного звука. Наконец любопытство пересилило, и она решилась. Стараясь ступать бесшумно, проскользнула в зал. Освещение было тусклым, но рассмотреть спящих позволяло. Она медленно шла между рядами коек, вглядываясь в лица людей. Они казались изможденными и безжизненными. Некоторые из них давно не просыпались, о чем свидетельствовал тяжелый запах рядом с ними. Остановившись у кровати мужчины, чьи впалые щеки покрывала пепельная щетина, Воронцова провела над его лицом рукой, проверяя дыхание. Ладонь ощутила слабое тепло. Осмелев, она потыкала его пальцем, но мужчина не пошевелился. 
«Под наркозом они что ли?» — подумала она и, присев, шепнула ему на ухо:
— Не спи, замерзнешь.
Реакции не последовало. 
— Учти, одна женщина уже замерзла и умерла, — продолжала шептать Лера, которой во что бы то ни стало, хотелось разбудить его и расспросить, — да проснись же, от тебя уже воняет! А пролежней у тебя нет?
Человек продолжал спать глубоким сном праведника. Девушка разочарованно поднялась и увидела приближавшуюся к ней Милену. Ее лицо было разгневано. Лера поспешила назад, но не успела: инструктор перехватила ее за руку, и, почти протащив, с силой втолкнула в комнату. Задохнувшись от возмущения, Лера собралась выразить протест, но Милена, тут же вышла, плотно прикрыв за собой дверь.
«Если это Исследовательский Центр, то, выходит, над этими людьми ставят опыты? Знают ли они об этом? И почему Учитель ничего не рассказывал?» — девушка решила при первой же возможности расспросить обо всем Измененного. 
Дожидаясь инструктора, она осмотрела стол, в надежде найти что-то съестное. Но чай был холодным, чашки грязными, а умывальника поблизости не наблюдалось. 
 
 Дверь приоткрылась, и в комнату вошли напарницы Милены. Они выглядели уставшими и раздраженными. Одна из них, та, что сообщила печальную новость, неприязненно глянула на девушку:
— От тебя одни неприятности, адское создание.
Лера изумленно воззрилась на женщину. Высокая, худощавая, с копной светлых волос, большими голубыми глазами и тонкими бледными губами, она походила на эльфийку. 
— Вон с моего стула! — эльфийка с силой дернула стул.
Лера поднялась и отошла. Создавать Милене неприятности, вступая в дискуссии относительно своей природы, она не хотела. Вторая женщина, пониже, с черными глазами и детским овалом лица, обрамленного темными кудрями, молчала. 
— Милене сразу надо было отказаться. Связалось с ней и, поверь, проблем не оберется, — не унималась светловолосая. 
— Пойдем, — позвала ее подруга, — сейчас не самое подходящее время.
— Да ты пойми, Милена привела ее сюда! Мало было того, что случилось в Академии! Она опасна!
Женщины вышли. Лера выглянула в зал. Двое санитаров грузили на каталку тело. Милена была там же и продолжала возиться с бумагами. Когда покойницу увезли, женщины занялись сменой белья. Закончив дела в зале, все трое вернулись в комнатку, служившей местом отдыха. 
— Скорее бы уже закончилась смена. Я не люблю оставлять здесь дочку на ночь, все же не здоровая для ребенка атмосфера. Но мне ее не с кем оставить. Пойду, приведу ее, — эльфийка вышла. 
Милена занялась волосами, приводя их в порядок. 
— Ну и погода. И ночка, — посетовала темноволосая напарница, — нервы не выдерживают.
— Ничего, бывало и хуже, — стараясь придать голосу бодрость, ответила Милена.
Возвратилась эльфийка, приведя с собой белокурую девочку лет семи. Она вбежала в комнату и затараторила:
— Мама говорит, что у меня самые красивые в мире волосы, — малышка накрутила на палец золотистый локон.
— Что надо сказать тетям? — напомнила женщина.
— Доброе утро, — отмахнулась она, отвечая скорее матери, чем всем. 
— Настюша, ты уже совсем невестой стала! — вторая женщина наклонилась к ребенку. 
Лера покосилась на Милену: на губах инструктора играла дежурная улыбка, а взгляд оставался безразличным. Она продолжала заниматься прической. Вырвавшись из объятий маминой коллеги, Настя подошла к Милене и, сопровождая слова активной мимикой, сказала:
—Мама говорит, что тебе сильно не повезло с ученицей. Бедная, если бы у тебя ученицей была я, ты была бы счастлива? Но ты не огорчайся, мама говорит, что ты можешь от нее отказаться. А я буду к тебе приходить, и тебе не будет так плохо.
Лера с интересом наблюдала за происходящим. Лицо Милены не дрогнуло. Она погладила девочку по голове и легко чмокнула в макушку:
— Спасибо, милая.
Потом, отложив расческу, волшебница выпрямилась и посмотрела на ее мать:
— Что еще говорит мама? С кем еще ты обсуждаешь мою личную жизнь? — ледяным тоном поинтересовалась она.
— Это моя дочь, мне нечего от нее скрывать!
— Она ребенок. Какое у тебя право обсуждать с ней такие вещи? Какое право ты вообще имеешь обсуждать мою жизнь?
— Да брось, мы давно знакомы, здесь все обо всех знают!
— Это не дает тебе права так говорить.
— Пойду напою дочку чаем, а то здесь все такие нервные, — женщина забрала ребенка и вышла.
— Надо обход сделать перед сдачей смены, — сказала темноволосая.
— Идем, — согласно кивнула инструктор.
Лера опять осталась одна. За окном уже окончательно рассвело, а по жестяному карнизу моросил мелкий дождь. Она не заметила, как задремала.
 
 Ей снилось мокрый от дождя и росы луг, подернутый утренней дымкой. Она шла по нему, стараясь как можно дальше уйти от мрачного холода Исследовательского Центра. Дойдя до границы тумана, она вспомнила, что там осталась Милена, которую она даже не поблагодарила за свое вызволение из паучьего плена. Не желая выглядеть неблагодарной, Лера вернулась. 
 
 Она проснулась все в той же комнате, на кровати. Кто-то укрыл ее одеялами. Рядом опять никого не было. Справа, на стуле, висела ее одежда, и Лера решила переодеться. Она скинула выданные ей свитер и халат, собралась натянуть джинсы и застыла: на обеих ногах алели, наливаясь синевой, свежие кровоподтеки. Они выглядели так, словно ее огрели по ногам чем-то тяжелым.
«Когда я засыпала, у меня такого не было, что произошло?» — Лера поспешно оделась, и вовремя: в комнату ворвалась эльфийка.
— Где моя дочь, чудовище? Говори, где она?
— Я не знаю, — отшатнулась от неуравновешенной особы Лера.
Вошли Милена с напарницей. Они выглядели растерянными и озабоченными.
— Что она сделала с моей девочкой? — женщина сорвалась на истеричный крик. 
— Я ничего не делала, я спала, — Лера повернулась к Милене. — Я вообще не понимаю, что здесь происходит!
— Она спала. И она ничего бы не сделала ребенку, — подтвердила инструктор.
— Да ты вспомни, кем она может быть! — Женщина зарыдала, потом крикнула: — Почему ты притащила ее сюда? Оставила бы там! 
Обезумевшая мать ринулась к Лере, но Милена проворно оттолкнула свою ученицу назад, вставая между ней и женщиной:
— Света! Да она играет в каком-нибудь из залов. Сейчас сдадим смену и ее найдем.
Света выбежала. Ее подруга поспешила за ней. Милена повернулась к Лере:
— Собирайся, мы уходим.
— Я, правда, ничего не знаю, — повторила Лера, решив ничего не говорить ей о кровоподтеках. Краем глаза она заметила в углу комнаты опрокинутый стул с металлическими ножками, вполне соответствующими формам синяков. 
Инструктор кивнула. Она выглядела спокойной и равнодушной, словно ничего не произошло. 
 
 Наконец они покинули комнату и, миновав несколько облицованных кафелем коридоров, вошли в прямоугольный холл, ведущий к раздевалкам. Через приоткрытые двери Лера заметила шкафчики, возле которых толпились пришедшие на работу маги. 
— Спасибо, что приняли покойницу, — весело крикнул Милене один из них. — Не хотелось бы обнаружить такое на своей смене.
— Если такое еще раз повторится, то можно будет забыть и об отпуске и о премии, — отшутилась инструктор. 
Лера во все глаза следила за циничным диалогом. Не выдержав, она потянула Милену за рукав:
— Тебе не кажется такое отношение к смерти довольно странным? Все те люди, что спят, они для вас кто? Лабораторный материал? Ты раньше всегда принимала сторону людей. 
— Ты не понимаешь. Мне жаль тех людей и ту женщину, но у каждой игры есть свои правила. И мы должны соответствовать правилам той игры, в которой находимся. 
— Вы слышали, — к ним подошел молодой парень, — у Светы дочка пропала. Все здание обыскали, ее нигде нет. Мы даже в морге смотрели. И никаких следов. Уйти она не могла, если, конечно, ее никто не увел, но здесь только свои. 
— Да, слышала. Увидимся. 
Лера еще раз внимательно посмотрела на Милену, поражаясь, как та может оставаться безразличной.
— Пошли, — инструктор направилась к выходу.
— Если я найду девочку, они примут меня? — не сдвигаясь с места, спросила Лера.
Милена удивленно подняла бровь. Потом повторила:
— Мы уходим.
— Я знаю, что смогу найти ее. И ты знаешь, что могу. Ты тоже можешь, так ведь? Если я найду ее, и она будет в порядке, они перестанут считать меня монстром? 
Волшебница пристально посмотрела на Леру:
— Здесь хватает людей. 
— Тебе не кажется, что ты странно себя ведешь? Ты что-то знаешь? 
Милена продолжала сверлить ее взглядом.
— Она жива? — Лере стало дурно. — Ее найдут? Я не знаю что думать, Милена!
Воображение буйно рисовало картины возможных вариантов случившегося, и она вынужденно прислонилась к стене: ноги начали предательски слабеть. Милена отрицательно качнула головой:
— Мы сейчас уходим.
— Подожди, — Воронцова прикрыла глаза, сканируя пространство, как ее обучал Измененный. — Она в здании или поблизости. 
— Пошли, — инструктор резко дернула ее за руку, сбивая настройку.
— Я не пойду.
Пожав плечами, Милена быстрым движением дотронулась до Лериного лба, выталкивая из реальности. 
 
 Она опять оказалась посреди мокрого луга. Моросящий дождь каплями стекал по ее лицу. Прошло несколько томительных минут неопределенности, прежде чем появилась Милена. 
— Я думаю, Александр не будет теперь возражать против наших встреч. И я по-прежнему считаю, что тебе в его Отделе делать нечего. Это его мир, не твой. 
— А какой мир мой? 
— В котором ты будешь независима.
— Почему мы не стали искать девочку?
— Я ведь говорила, что мы в Исследовательском Центре. Сделать что-то большее, чем оговоренные условия, означает принять задаваемый тебе сценарий. Нам не нужно принимать сценарий Светы. Нам, чтобы оставаться вольными и иметь возможность перемещаться между уровнями восприятия, нельзя делать чью-то игру своей.
— Разве для Светы это была игра?
— Нет, конечно, — поспешно сказала Милена. — Но в реальностях Исследовательского Центра проходят исследования, и любой может оказаться их объектом. 
— Кто за этим стоит? Ты должна знать, ты же там работаешь!
— Только работаю, а не живу их жизнью. Именно потому, что я отношусь к этому как к работе, мы смогли уйти. Я не знаю, кто за этим стоит. Да и не хочу знать, потому что для меня есть вопросы и поважнее. А сейчас давай выбираться. Уверена, Александру не терпится тебя увидеть.
Милена отрицательно качнула головой, когда Лера попыталась задать еще вопрос, и, легонько подтолкнув ее к стене тумана, шагнула следом.



Майя Ли

Отредактировано: 16.06.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться