Выбор Ведьмы. Хроники Магических Земель.

Размер шрифта: - +

Вместо эпилога

 В учебном городке по-прежнему стояло лето. Наполненный студенческой суетой, веселыми голосами, ученическими проказами и ощущением волшебства, он окутывал своих обитателей аурой юношеской дерзости, для которой не существует непроходимых или запретных дорог. Попадая в Академию, каждый ученик окунался в атмосферу магии и, хоть раз испытав на себе ее чары, был не в силах отказаться от ее власти. Магия освобождала и пленила одновременно, истощая слабых, и открываясь сильным. 

Лера сидела на лавочке у главного корпуса и, щурясь от полуденного солнца, разглядывала учеников. Она давно перестала встречать знакомые лица бывших одногруппников, развеянных учебной системой Академии по разным Школам. Или исключенным. Наверняка она не знала, а задавать вопросы, не имеющие к тебе отношения, было не принято. Как и задавать любые вопросы, не имеющие отношения к учебной программе. И сейчас, глядя на озабоченные или веселые лица студентов и учителей, она вдруг поняла, что переросла их. Их заботы и волнения больше не казались ей важными, а преподаватели всемогущими. Ее не привлекало желание доказывать кому-то свои умения и способности. Не привлекали победы в многочисленных зачетах. Ей хотелось понять, зачем она здесь. Не удовлетвориться приятными для нее ответами, а понять свое предназначение. Понять, кто она, и почему ее хищная ипостась вдруг отказалась убивать. Философские размышления прервал Учитель, появившийся прямо из воздуха:
— Давай прогуляемся.
Он галантно протянул ей руку и Лера, приняв приглашение, вложила в его ладонь свою. Молниеносно притянув ее к себе, Александр телепортировался. 
— Зачем все эти порталы, когда есть телепортация? — переведя дух, смеясь, спросила девушка. Присутствие Измененного ее всегда радовало, отвлекая от невеселых мыслей. 
— Телепортация требует годы практики, — довольно улыбнулся Учитель.

Они шли по ухоженной набережной вдоль заключенной в бетонные берега Мооры. Где-то на другом конце города, на окраине, располагалась оборудованная в промышленной зоне мотоплощадка. 
— Смотри, — Измененный показал руку. Через мгновения ее контуры стали вытягиваться, ногти — удлиняться и темнеть, превращаясь в слегка изогнутые когти. Полюбовавшись несколько секунд трансформацией, он вернул руке обычный вид.
— Ты так быстро взял ипостась под контроль?! — восхитилась Лера. — У меня на это ушло почти два года!
— Превращения мне не чужды, — с притворным хвастовством заявил он. — Раньше оборотничество было широко распространенным явлением. Любой маг, ведьма или колдун могли превратиться по своему желанию. Но, постепенно городская жизнь не оставила магам ни времени, ни места для превращений.
— Почему?
— Превращения, связанные с животным миром, берут энергию от Земли. Для вызова у себя ощущений зверя, необходимо находиться в его среде обитания, чувствовать как он, мыслить как он. У горожан нет на это времени, а у сельских жителей уже нет тех просторов. Анимагов становится все меньше и меньше.

Свернув с набережной, они прошли через тихий зеленый спальный микрорайон, и вышли к небольшому торговому центру. Александр с увлечением рассказывал о сказках и мифах. Лера поглядывала на его спокойное лицо и думала о том, что давно не видела Учителя таким расслабленным и беззаботным. 
— Идем, купим тебе что-нибудь, — он потянул ее к  магазинчику, в витрине которого, одетые в пестрые летние платья, кокетливо позировали три манекена.
— Нет-нет, спасибо, мне ничего не нужно, — попыталась сопротивляться девушка, но он наотрез отказался ее слушать.
— Подберите пару платьев в голубых тонах, — велел он подскочившей продавщице.
Пока та суетилась, он вложил Лере в руку кредитку:
— Я отлучусь. Встретимся у выхода.
Пересмотрев ворох платьев, принесенных шустрой женщиной, она прошлась по магазинчику и остановилась на голубой рубашке и джинсах. 
— Я бы настоятельно рекомендовала вам взять вот это платьице, ему должно понравиться, — озадаченная выбором покупательницы, продавщица протянула воздушный полупрозрачный наряд.
— Думаете, он будет его носить? 
— Нет, что вы… — женщина растерялась.
— Для себя я одежду выбираю самостоятельно.
  
Снегов уже дожидался возле дверей. Заглянув краешком глаза в ее пакет, он хмыкнул, но ничего не сказал.
— А это что? — Лера кивнула на стопку плоских коробок у него под мышкой.
— Местный мастер создает очень приличные зеркала для поиска сущностей. Прикупил у него несколько для Отдела и парочку для практики в учебке. 
При воспоминании об учебном городке, Лера нахмурилась: возвращаться в ставшую для нее чужой реальность не хотелось. 
— Так-так-так, какая неожиданная встреча! — раздался рядом насмешливый женский голос. 
Измененный и девушка одновременно обернулись: к ним не спеша подходила Полина, в сопровождении двух немолодых дам и бессменного Виктора. 
— Сегодня удачный для прогулок и покупок день, не правда ли? — волшебница, продолжая изображать удивление, улыбнулась.
— Рад тебя видеть, — не очень искренне поздоровался Александр, вмиг становясь серьезным и настороженным.
— А мы тоже решили здесь прогуляться, побаловать себя приятной компанией и покупками, — сообщила Полина, и, повернувшись к подругам, сказала: — Это Эдгар, тот Измененный со своей ученицей, о которых я вам говорила. 
Учитель слегка поклонился навстречу любопытным взглядам двух дам, и едва заметно кивнув Лере в сторону улицы, сказал:
— Приятного вам дня.
— Эдгар, — Полина перестала улыбаться, — будь добр, подвези нас до учебного поселения. Есть разговор.
— Что ж, — Снегов остановился, — придется подкорректировать наши планы. Пойдемте, я оставил машину неподалеку.
Пригласив всех следовать за ним, Измененный направился к ближайшим домам. 
«Значит, Александр телепортировался в учебку отсюда, — поняла Лера. — Но как мы все поместимся? «Черный ворон», конечно, не маленькая машина, но вшестером там будет тесновато».

Измененный свернул в похожий на колодец  двор, и остановился возле большого черного внедорожника:
— Прошу.
«Но это не «Черный ворон»», — с восхищением разглядывая темную блестящую поверхность кузова и выделанный бежевой кожей салон, с тремя рядами кресел, подумала Лера.
— Забирайся на самое заднее сиденье, — распорядился Учитель, наблюдая, как остальные занимали свои места. 
Вопреки предложению Измененного, Полина села рядом с Лерой.
— Никогда не думал, что окажусь в машине с двумя монстрами, — фыркнул Виктор, размещаясь рядом с Александром. — Может, еще и загаданное желание сбудется, если сесть между вами? Эльвира, ты как раз так сидишь, не стесняйся, загадывай, проверим.
— Не принимай его слова всерьез, — шепнула Полина, — не считая характера, он хороший человек.
Учитель, проигнорировав шутку, завел машину.
— Тенебрис один из любимых городов магов. Многие предпочитают селиться здесь из-за его близости к Академии, — вновь сказала волшебница, обращаясь к Лере. — Он напоминает сразу несколько городов. По сути, он и состоит из нескольких городов. Они как слои кальки, наложенные друг на друга. На каждом слое нанесена карта магических зон отдельного города. Если их совместить, получится Тенебрис. 
— Значит, через эти зоны можно пройти в тот город, которому они принадлежат? — для поддержания беседы, спросила Воронцова.
— Верно. Ты хорошо соображаешь!
— Когда мы разговаривали в нашу последнюю встречу, вы сказали, что та Лера, которая в Киеве, не сможет вспомнить, чему я здесь обучаюсь.
— Нет, — Полина перебила, — ты выхватываешь отдельные моменты из целой мысли. Ты спрашивала о том, как вспомнить. И я ответила «никак». Память избирательна и капризна, и даже твои мысли о ходе события способны повлиять на воспоминание о событии. Какие-то обрывки вспомнятся, но они будут искажены твоими представлениями. Ты здесь не помнишь часть своей жизни там, потому что отличаются формы проявления сознания и их приоритеты, соответственно тоже. 
— Но есть какой-нибудь выход?
— Выход есть, — волшебница посмотрела на Леру взглядом, полным недоумения, как можно не понимать таких простых вещей. — Убери приоритеты. Добейся чистого сознания, ядра, а не форм его проявления. И для тебя не будет различий между играми собственного света. 

Машина въехала в лес и покатила по ровному пустынному шоссе. 
— Пешком мы были бы уже на месте, — глядя в окно, недовольно проворчал Виктор.
— А я давно не путешествовала на транспорте, по-моему, такая прогулка отличное завершение наших посиделок, — весело отозвалась дама, которую маг назвал Эльвирой. 
Остальные промолчали. Наконец показались дома магов рядом с учебным городком. Женщины попросили остановить и вышли. Александр через зеркало вопросительно взглянул на Полину.
— Поговорим в моем павильоне, — решила она.
Оставив машину у ворот в учебку, Измененный открыл портал.
— Девочка, которая выступила на Совете в ее защиту, ушла, — проходя в павильон, где она проводила занятия, начала Полина. — Вы уже думали о ваших дальнейших планах? 
— Мы об этом думаем, — сообщил Измененный.
— Только ради бога, Эдгар, не приставляй к ней какого-нибудь клоуна, если не хочешь, чтобы она здесь все разнесла. Поверь моему жизненному опыту, Воронцова не примет никого на место Милены. 
— Я учту твой совет, Полина, — сдержанно ответил Снегов. — Ты за этим пришла?
— Эдгар, — волшебница укоризненно улыбнулась, — я пришла только из уважения к тебе. И, разумеется, не для того, чтоб раздавать советы. Вопрос времени, когда маги поднимут на Совете тему о разделении опеки между тобой и представителем людской части Ордена. И выбор Совета может быть для тебя неожиданным и не таким приятным, как бывшая инструкторша. 
Лера настороженно переводила взгляд с одного говорившего на второго, в то время как Виктор, по-хозяйски расположившийся на диване, буравил глазами ее саму. 
— Самое время перевести ее в нашу Школу, — закончила Полина.
— Не беспокойся, Совет не пойдет против Главы Отдела, — улыбнулся Измененный. — Признаю, что обратился к тебе за помощью в прошлый раз, но с тех пор ситуация изменилась. А из твоей Школы еще никто из учеников в Орден не возвращался.
— Боже правый, да зачем им Орден?! — рассмеялась женщина. — Достаточно того, что мы помогаем, когда Совет или отдельные лица обращаются к нам за помощью. 
— Лера здесь, спроси у нее сама, хочет ли она в твою Школу, — Снегов вопросительно повернулся к ученице.
Девушка отрицательно качнула головой. 
— У влюбленных женщин такие вещи не спрашивают, — отмахнулась Полина. — Проблема, на самом деле, не в Воронцовой. Просто ты, Эдгар, до сих пор не определился, в качестве кого хочешь видеть ее рядом с собой. Полагаю, на этом наш разговор можно завершить. Хотя нет, последний вопрос.
Волшебница подошла к Лере и долго изучала ее пристальным взглядом. 
— А тебя что волнует сейчас? Спрашивай, если это не будет какая-нибудь чушь о воспоминаниях, может быть и получишь ответ, — с легкой насмешкой предложила она.
— Я хочу знать, как Милена. Где она и все ли с ней в порядке.
— О, — Полина удивленно подняла бровь, — ты можешь проверить это лично, если твой Учитель пойдет на некоторые нарушения. А теперь я попрошу вас покинуть павильон.
— Ты поможешь мне узнать о ней? — когда они вышли на улицу, Лера с мольбой посмотрела на Александра.
На лице Измененного ничего не отражалось, но она чувствовала, что он колеблется. Наконец он кивнул:
— Я зайду за тобой в час ночи, будь готова.

Время до назначенной встречи пролетело незаметно. Ровно в час, как и обещал, Снегов возник на пороге ее комнаты, и, сделав знак соблюдать тишину, жестом пригласил следовать за ним. В полном безмолвии они вышли из корпуса. Учебный городок спал, и на его темных аллейках не было ни души.
— Куда мы идем? — уже в парке осмелилась спросить Лера.
— В карантин. Студентам туда нельзя.
Возле высотки, на этажах которой виднелся свет, Измененный остановился:
— Я не хотел, чтобы ты видела ее в таком состоянии. Готова?
Девушка кивнула.

Они поднялись на второй этаж, и, миновав несколько разветвлений длинного коридора, освещенного тусклым больничным светом, остановились у белой двери. Постучав, Измененный вошел в двухкомнатный бокс. На мгновение Лера задержалась на пороге: в памяти вспыхнули картины ее пребывания в карантине и первая встреча с Миленой. 
— Закрой дверь, — тихо велел Учитель.
Она повиновалась. Под потолком висел тусклый светящийся шар, свет от которого наполнял царивший в помещении полумрак тенями. Стол, пара стульев и кушеток вдоль стен. На одной из них сидел молодой маг. Лера узнала в нем влюбленного в Милену парня из Лесной Школы. Второго мага она заметила не сразу, но тоже узнала — им был инструктор, с которым волшебница встречалась во времена ее работы в учебке.
— У нас не много времени, — мельком глянув на магов, Измененный прошел во вторую комнату.

Милена лежала на кровати под двумя одеялами. В свете ночника, оставленного кем-то на тумбочке, ее лицо казалось матово-бледным, с глубокими синеватыми тенями, залегшими вокруг глаз. Обычно аккуратно уложенные волосы растрепались и в беспорядке рассыпались по подушке. Казалось, она спала, но, стоило Лере подойти вплотную к кровати, ресницы волшебницы дрогнули, и она открыла глаза.
— Ты пришла, — она собрала все силы, чтоб ее голос не казался слабым и улыбнулась. 
— Я люблю тебя, — Лера погладила ее руку. — Останься. Если ты уйдешь, ты забудешь обо всем, что было здесь! Память не сохраняется!
— Отпусти ее, — попросил Измененный, — ты хорошая чародейка, но пришло время разрушить чары и друг друга отпустить. Отпусти, так ты сможешь уйти спокойно. Верни ей ее энергию, забери свою.
Опираясь на кровать, Милена села. Притянув Леру за руку, она обняла ее, и какое-то время удерживала.
— Я не забуду, — шепнула волшебница, — я буду помнить здесь, — она приложила правую руку к сердцу. — Нас связывают не чары, а чувство. Ты свободна. И мы еще увидимся.
Обессиленная, волшебница откинулась на подушку:
— Она свободна, Александр. Уходите.
— Идем, — Учитель взял Леру за плечи и направил к двери.
— Подожди, — девушка попыталась задержаться, но Милена отрицательно мотнула головой и прикрыла глаза. Свидание, а встреча напоминала именно свидание в тюрьме, было окончено. 
— Позаботьтесь о ней, и не будите, — тихо сказал на прощание несчастным влюбленным, Измененный.
— Что с ней? Она больна? — на улице Лера остановилась. Несмотря на теплую ночь, ее морозило.
— Милена уходит. Ей сняли настройку на наш мир, но сила привычки еще работает и она пока здесь, хоть больше и не является его частью. Ее внимание блуждает и через какое-то время рассеется. Когда это произойдет, она полностью для этого мира исчезнет, растворится… 

Пролетела еще одна неделя. Лера честно посещала занятия, пытаясь заглушить в себе все громче звучащее: «Что я здесь делаю?». Несмотря на все ее старания, навязчивый вопрос не исчезал, а учеба в Академии окончательно перестала ее интересовать. Накануне зачетов, которые Снегов по-прежнему принимал у старшекурсников, она вошла в его кабинет. Измененный сидел за столом и проверял работы студентов. Приход ученицы его не удивил. Он аккуратно отложил стопку исписанных листов и, налив из небольшого чайника чай, поставил перед ней чашку.
— Ты приняла окончательное решение? — тихо спросил он.
— Да, — Лера облегченно вздохнула: Александр был прекрасным телепатом и ее мысли никогда не являлись для него секретом.
— Тебе не вернуть ее, это иллюзия, — ровным голосом сказал он.
— Иллюзия была раньше. Учеба в магической Академии, Орден магов, нелюди, ты, Милена — из этого состоял мой мир. А потом он начал разрушаться. Большинство магов, кроме собственной силы ничего не волнует, а вместо дружбы здесь конкуренция. Человек может исчезнуть и никто не поинтересуется, куда он пропал и что произошло. Бездушие — это основное правило Академии. А жизнь магов Ордена ничем не отличается от обывательской жизни обычных людей. Магия привлекательна до тех пор, пока ею не владеешь. Милена ушла, потому что устала играть в чужие игры и в одиночку искать ответы. А у тебя своя жизнь и очень много правил, которые в силу своего положения здесь, ты вынужден соблюдать. Иллюзия была, когда я считала, что учеба будет длиться вечно, а впереди увлекательное будущее с близкими для меня людьми. 
— Я знал, что однажды это произойдет, — Учитель вздохнул, — понял, когда обратился к Полине за помощью. Обычно она или ее люди назначают цену за свои услуги, чаще всего ответной услугой. А в тот раз она ни о чем не попросила. Что ж. На что ты рассчитываешь?
— Найти Милену. 
— Зачем? 
— Чтобы дальше идти вместе. Одному труднее. Я думаю, что можно развиваться, искать пути и выйти за пределы Глубины группой. Когда все, кто тебе дорог, с тобой, легче отправляться в путешествие, ведь тебя ничего не держит.
— Это тоже иллюзия.
— Нет! — убежденно возразила она.
Измененный не спорил. Он задумчиво глядел на ученицу.
— Она пьет. Ты сама видела, в каком состоянии ее привел Тимур.
— Я тебе не верю, — Лера нахмурилась. — Вы ее выдернули с вечеринки. 
— Милена не будет той Миленой, которую ты знаешь. У нее даже имя может быть другим.
— Где-то же в канцелярии Ордена должна быть информация о ней. Кто-то же ее направил в Академию! 
— Вся информация засекречена и выдается только по запросу Совета. У меня нет полномочий требовать. 
— Она мне рассказывала, что родилась в небольшом городке, что была замужем, и занималась боевыми искусствами. 
— Не густо, — усмехнулся Учитель.
— Ну да, — улыбнулась Лера. — Мне бы хоть какую-то зацепку. 
— Когда человек выходит из Ордена, его прежний образ жизни разрушается. Можно сказать, он начинает с нуля. Это правило Ордена. Все, что я точно знаю — у нее начался именно такой период. Старое разрушено, нового нет. У нее не будет ничего. Может так случиться, что у нее не будет ни одежды, ни еды, ни жилья. 
— Ты хочешь сказать, что с уходом из Ордена она потеряла все и стала бездомной нищей? — недоверчиво уточнила Лера.
— Нет. Я не знаю, что у нее будет, а чего нет, но знаю, что она будет далека от комфортных условий.
— Тем более мне нужно идти за ней. У меня там есть семья и Милену мы уж как-нибудь поддержим. 
— Условия выхода из Ордена для всех одинаковы. Совет магов не отпустит тебя просто так. 
— Да какое мне дело до Совета! — Лера вскочила. — Я не вступала в ваш Орден! Никакой Совет не имеет ко мне отношения. 
— Любой студент Академии автоматически становится членом Ордена, и при возникновении особых ситуаций, его судьбу решает Совет.
— О Совете не волнуйся, — заявила Полина, входя в кабинет. — Извини, Эдгар, дверь была приоткрыта. Совет Воронцову не тронет и никакого рассмотрения ее дела не будет. Я как раз пришла к тебе по этому поводу.
Измененный поднялся и вышел из-за стола на встречу волшебнице: 
— Откуда такая уверенность? 
— Перед уходом Милена, как ее опекун со стороны людей, подписала свое согласие на перевод студентки Базовой школы Академии в мою Школу. Вот заявление, вот подпись, вот подтверждение о ее принятии нашего Совета учителей, ознакомься. 
Она положила на стол тонкую черную папку с несколькими листами.
— Что?! — одновременно воскликнули Лера с Александром.
— Раз Милена подписала, вот пусть сама и учится! Я своего согласия не давала! Хватит за меня все решать, — задохнувшись от возмущения, крикнула девушка и уже спокойнее добавила: — Я ухожу из Академии и возвращаюсь в свой мир.
— Конечно, уходишь, — согласилась Полина. — Помнится, я говорила, что для обучения у меня, Академию придется оставить. 
— Как она могла так сделать и ничего мне не сказать? — повторно пересматривая бумаги, с недоумением произнес Учитель.
— Вероятно, у нее были основания так поступить, — невозмутимо заметила женщина, — ты, конечно, можешь попытаться оспорить ее решение в Совете, но, учитывая желание твоей ученицы покинуть Академию… Не думаю, что тебе очень хочется лишить ее памяти еще раз. А та девочка умная, ты сделал отличный выбор, взяв ее в инструктора.
— Да уж вижу, — Измененный отложил папку. 
— Ну-ну, не огорчайся, — по-дружески похлопала его по плечу волшебница, — я не намерена выставлять тебе условия и ограничения. Давайте не будем сейчас тратить время на все эти учтивости и возражения. 
Полина повернулась к Лере:
— Каждый человек имеет свои энергетические особенности. Речь не о привычках и чертах характера, а о присущих ему индивидуальных частотах, которые неизменны для любого его проявления в любой реальности. Своим студентам я привожу в пример…
— Я не ваша студентка, — упрямо и не очень вежливо перебила Воронцова.
Женщина рассмеялась. Отсмеявшись, она продолжила уже прохладным тоном:
— Разумеется, нет! Ни один из моих студентов не позволил бы себе дерзости меня перебить. А для того, чтобы считаться студенткой моей Школы, тебе еще предстоит доказать способность к обучению, решив поставленную перед тобой задачу.
«Да не нужна мне ваша Школа и не собираюсь я ничего решать», — огрызнулась Лера уже про себя.
— Задача, которую мы выбрали для твоего испытания, — ровным тоном продолжила Полина, — научит тебя ориентироваться в энергетических потоках и, с их помощью, находить нужное. Тебе предстоит отыскать человека, который не раз, подвергая себя риску, делал то же самое для тебя. Найди Милену.
— Но…
Лера хотела объяснить, что именно этим она и собралась заниматься, но что-то внутри нее подсказывало, что волшебница ждет не объяснений, а правильно поставленных вопросов, ибо на обычные вопросы отвечать не станет, а пояснения ее не интересуют. Вот только, как назло, правильные вопросы на ум не приходили. Не зная, как ей следует реагировать, она посмотрела на Александра.
Учитель кивнул:
— Соглашайся.
— Я ведь могу даже не вспомнить о задании, — теперь, когда ей не нужно было отстаивать свою позицию, Лера растерялась.
— Неужели ты настолько себе не доверяешь? — с легкой насмешкой удивилась Полина. — Не беспокойся, о наших заданиях еще никто не забывал. В качестве компаса используй ощущения. Воспоминания могут быть спорными, на них не полагайся, как и на эмоции. Выбери одно из ощущений, связанных с той девушкой и ищи, что вызывает у тебя подобную реакцию. Воссоздавай модель из ощущений, как мы делали это на берегу пруда, чтобы настроиться на владения Эдгара. 
— Так просто? — с недоверием уточнила Лера.
— Действия, которые попадают под определение «магических», сами по себе просты. Сложно научиться разбираться в себе и различать, что является истинным, а что иллюзорным. Но без этого умения, моя дорогая, ты никуда не попадешь. 
Волшебница окинула взглядом кабинет, легонько провела пальцем по стоявшей у окна астролябии, и направилась к выходу. У дверей она остановилась, и, пристально посмотрела на Леру:
— Нет смысла сидеть здесь дальше, отправляйся, начинай свой путь.
— К-когда? — растерялась девушка.
— Сейчас. А что мешает? Или тебе требуется время собрать чемоданы, которые ты каким-то волшебным образом собираешься взять с собой?
— Нет, но, — в ожидании поддержки, Лера повернулась к Учителю.
Александр с бесстрастным лицом наблюдал за происходящим, казалось, беседа перестала его интересовать и он терпит присутствие гостей из вежливости.
— Ладно, — она вздохнула, — мне идти в карантин?
— Полагаю, Эдгар захочет тебя проводить, — Полина кивнула на прощанье и вышла.
Тишина, повисшая в кабинете после ухода волшебницы, показалась Лере вечностью. 
— Ты всегда будешь для меня Учителем, — она попыталась улыбнуться, но улыбка вышла грустной.
— Мы не будем прощаться, — Измененный небрежно бросил на стол черную папку, содержимое которой изучил повторно, и открыл портал: — Ты готова?

Карантин, разместившийся на втором этаже многоэтажки, встретил их безмолвным покоем. Изредка, стараясь не нарушать царящей тишины, по коридорам проскальзывали работающие здесь маги. Они бросали на неожиданных посетителей удивленные взгляды, и, не произнося ни слова, скрывались в недрах здания. Александр задержался у поста дежурного, и, просмотрев лежавшую под стеклом табличку, привел Леру в свободную комнату без окна, в которой кроме кровати и тумбочки ничего не было. 
— Располагайся, — он щелкнул выключателем и под потолком вспыхнул белый неоновый свет.
— Не очень-то располагает к засыпанию, — непроизвольно зажмурившись, попыталась пошутить Лера.
— Не поздно передумать. 
— Не могу, — она вздохнула и села на кровати.
— Послушай, — Измененный опустился рядом, — с момента, как я нарушу настройку, исчезнет фиксация твоего внимания здесь, и Академия будет для тебя закрыта. У тебя уже раз она сбивалась, после борьбы с тем существом, которое ты увела со Слета. То, что иногда вместо тебя здесь пробуждалась Лера из другой реальности, дало возможность восстановиться. У тебя останется знание об Академии. Полина права, память может подвести и, скорее всего, так и случится. Но рано или поздно ты ее вернешь. Не совсем ты, а Лера из Киева. Она узнает о тебе. По сути, вы одно целое, одно существо, но с двумя головами-личностями, которые однажды воссоединятся. Когда ты все вспомнишь, возвращайся. Я буду ждать. Если ты преодолеешь этот барьер и вернешься, никто не сможет запретить тебе бывать в Академии, приходить и уходить по своему желанию. 
— Я вернусь, — Лера убежденно кивнула.
— Слушай внимательно, — Александр положил обе руки ей на плечи: — Проход возможен только через энергетическое тело, не ищи его среди мира форм. Однажды ты спросила, почему в учебном городке всегда лето. Это маяк для настройки. Полина дала рекомендацию, с чего начать поиск Милены. Используй тот же принцип, но обратив взор вовнутрь. Смотри не на реальность, а сквозь нее. Научившись видеть пустоту, ты поймешь природу реальностей и сможешь увидеть переходы между ними. 
— Я постараюсь, — пообещала она. 
— И, если ты все-таки сумеешь разыскать Милену, передай ей, что я восхищен. Чтобы так обойти Измененного, нужны удача и талант. Я бы признал свое поражение, но не в моих правилах отступать, — Учитель улыбнулся и, притянув Леру к себе, заключил в объятья. 
— До встречи, — шепнул он, и она ощутила, как ее сознание заскользило, проваливаясь в сон.

Сотни образов слились в причудливом хороводе, заполняя собой мысли и навязчиво мельтеша перед внутренним взором. Лица, обрывки фраз, вспышки эмоций, опять лица, — Лере казалось, что ее захватила в плен огромная карусель. И она, не в силах сойти, вынуждена наматывать бесконечные круги. Иногда пляска замедлялась, выдергивая из общей массы чье-то лицо. Оно приближалось, делаясь большим, и поглощало ее. В ушах стоял гул странных, искаженных голосов, звучавших на все лады. Утомленная хаотичной круговертью, Лера перестала различать, кому принадлежат образы, она начала забывать, как зовут этих людей и что ее с ними связывало.
— Я люблю рисовать. Мне нравится, когда отдельные линии и штрихи начинают объединяться в единую картину. Каждая точка, поставленная на листе — часть целого, часть узора, понимаешь? Но, в начале, это просто точка, сама по себе она ничего не значит, но уже является началом чего-то большего,  — один из голосов зазвучал настойчиво.
Он становился громче, притягивая ее, заставляя следовать за собой. Повинуясь ему, Лера открыла глаза: рядом с ней стоял высокий светловолосый мужчина в легкой белоснежной рубашке и серых брюках. 
— Думала уйти, не попрощавшись? — с веселой иронией спросил он.
Некоторое время она с непониманием смотрела на него. Узнавание приходило медленно:
— Ромео?
Он улыбнулся.
— Что ты делаешь у меня дома? — Лера приподнялась на постели: за окнами только-только начинало светать. — А, это сновидение?
— Почти, — он оглянулся, остановил взгляд на мирно спящей в своей клетке на жердочке вороне: — Настоящая?
— Угу, — не сразу уловив в его голосе шутливость, кивнула она.
— Эдгар, конечно, уже почувствовал, что я вошел в твой сон, и будет жутко злиться, — продолжая улыбаться, сказал Ромео, — но ему нечего возразить, правила не нарушены: я ведь сейчас для тебя персонаж сна. Преимущества снов в том, что в них нет ограничений, нет выдуманных обязательств, нет запретов и правил. Мы можем сыграть в игру, или потанцевать, или поболтать, мы можем делать, что хотим — никто не в силах ограничить сны другого, никто не в праве на них претендовать. И мы все частички одного узора. 
— Раз Учитель будет злиться, тебе лучше уйти, так будет правильнее. 
— Потанцуешь со мной? — не обращая внимание на ее слова, поинтересовался Измененный.
— Нет! — Лера вскочила с постели, не зная, возмущаться ей бесцеремонностью Ромео, или оставить без внимания.
— Ну, как хочешь. Ухожу, ухожу, — он шутливо поклонился и отступил. — Помнишь, в нашу первую встречу, ты хотела увидеть фокус?
Темные глаза девушки смотрели на него с настороженным непониманием. Она не помнила.
— Нет, — Лера медленно качнула головой. Она знала, что светловолосого мага зовут Ромео и он друг Учителя. Она помнила, что встречала его раньше, но при каких обстоятельствах и где, как ни силилась, вспомнить не получалось. 
— Э, так ты совсем перестанешь меня узнавать! А меня еще никто так быстро не забывал! — он весело подмигнул. — Отдел, битва с королевой пауков, наша прогулка с Эдгаром в Киев, голодные духи. Пиши. Запиши все, что помнишь, любые обрывки и эпизоды. Просыпайся и пиши. И, если мои слова ни о чем тебе не говорят, то уж его жену-то ты запомнила?
Лера застыла: Людмилу, жену Эдгара, она помнила. Разве она могла бы забыть свое наибольшее удивление и разочарование? В памяти, короткими вспышками начали всплывать воспоминания. 
— Фокус, — рассмеялся Ромео, и, махнув на прощанье, растворился.
Она открыла глаза и обнаружила себя сидящей на кровати в своей комнате в Киеве. Протянув руку, на ощупь взяла с тумбочки блокнот и ручку. Светало. Лера вышла на кухню и раздвинула шторы: медленно падали снежинки, скрывая под белоснежным покрывалом раскисшую после осенних дождей землю. Где-то там, за окном, среди миллионов людей, жила волшебница, назначившая Лере встречу в этой реальности.  
«Я обязательно отыщу тебя, Милена», — мысленно улыбнувшись, пообещала она, приступая к записям…
                                                                                                 (Киев, 2013—2016)
(с)Корсак Вера, 2016



Майя Ли

Отредактировано: 16.06.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться