Выпускница Бартонского пансиона

Глава 1. Выпускной в Бартонском пансионе. Накануне.

788 год.
Столица Полийской империи, город Бартон.
Пансион императорских воспитанниц

– Чем это вы занимаетесь? – громко спросил противный голос.

Мы с Данкой сразу же отскочили от распахнутого окна купальни, спрятавшись за ставнями. Наша кураторша, совершенно не стесняясь обнажённого вида, выглянула в окно, и перед ней предстала ябеда № 1 всего курса лери Тома Линктор.

В щёлочку от ставни была отлично видна пышная грудь лери куратора с приставшим листочком от веника, которым виртуозно орудовал её любовник. А ещё у него были восхитительная спина и смешные волосы в подмышках. Увы, в купальне он обмотал бёдра полотенцем, и нам с Данкой не удалось посмотреть на "мужика живьём", как изначально задумывалось.

– Подойдите сюда, лери, – безапелляционным тоном скомандовала куратор, грудь колыхнулась, и за окно протянулась рука.

Тома сделала несколько шагов, как под взглядом удава, была схвачена за пояс и сильной рукой втянута внутрь.

– А для вас, девочки, практическое занятие закончено, – пропела куратор и захлопнула ставни.

Мы с Данкой переглянулись, на цыпочках отошли от злополучного окна и – рванули от купальни. Только выбежав на аллею, мы упали на скамейку и расхохотались.

– Ты видела её лицо? – простонала я.

– Ещё бы! Была бы художником – запечатлела в веках! – заливалась Данка.

– И ещё картину – как она от статуй отворачивалась и краснела, помнишь?

– Как можно быть такой ледышкой, если это только не притворство, – нахмурилась подружка и тут же переключилась, – ох, Варьянка, знаешь, я жду – не дождусь дня выбора. ОН подойдёт ко мне и сразу почувствует, да? – она мечтательно вздохнула. – Мы не вылезем из кровати, пока он не влюбится в меня по уши! Будет думать только обо мне, мечтать даже среди дня, я стану для него самой, самой...

– Станешь, – беззаботно подтвердила я, а у самой внутри тоже всё затрепыхалось. – Скоро уже. Кастелянша сказала, что вчера утвердили списки.

– Тома первая? – Данка чувственно закусила губку. – Я расплавлюсь, пока до меня дойдёт очередь.

– Дан, – с тревогой спросила я, заподозрив неладное, – ты что, до дна выпиваешь это пойло?

В последнюю неделю по утрам нам выдавали флакончики с лёгким возбуждающим средством. Среди девчонок зелье имело успех, но мне самой было страшновато дурманить голову, поэтому один раз попробовала это сомнительное удовольствие, сделала выводы и больше не пила.

– Так дают же! – вытаращила глаза дурёха.

– Дают, чтобы такие, как Томка, хоть чуток разогрелись, – с досадой пояснила я наивной девушке, – а у тебя отнимать надо, а то вместо робкой лилии парень получит медузу.

Данка задумалась, но принятая недавно доза оказалась слишком велика, и пальчики подруги с силой провели вниз по животу:

– Думаешь, парень? Мне нравятся и мужчины постарше, они такие знающие.

– Эк тебя расплющило, пошли-ка к лекарю, тебе бы успокоительное принять, – я всерьёз забеспокоилась, встала и потянула подругу.

– Я и твою дозу выпила, – призналась она, обнимая меня за талию и прижимаясь чересчур крепко. – Ты всё равно не пьёшь, а зря.

– Руку убери, – прошипела я, перехватывая локоть разошедшейся Данки.

В медпункте нас встретил недовольный лекарь:

– Уже третья за сегодня, вы что – читать не умеете? Каждая же подписывалась под инструкцией безопасности! Оставляйте свою подругу.

– Какой милый, – жарко изогнулась Данка, а я поторопилась за дверь. Не хватало ещё и здесь практику наблюдать.

Томка-ябеда вернулась в дортуар с мокрыми волосами и полыхающими щеками, уткнувшись взглядом в пол. Легла на кровать и отвернулась к стеночке. Пожалеть паршивку? Как же, счас!

Я плюхнулась на её кровать и, чтоб уж точно привлечь внимание, костяшками кулака постучала по лопатке.

– Чем это ты занимаешься? – издевательски спародировала Томкин вопрос.

– Что надо? – вызверилась наша вечно правильная девочка, развернувшись и толкнув меня своим острым локтем.

– Ты почему не пьёшь распаляющее средство? – хмуро спросила я.

– Какое твоё дело? Ты... ты... жаба! – выпалила эта тощая дохлятина.

Девчонки, привлеченные перспективой скандала, подтянулись поближе.

– Такой активный язычок, когда слишком много болтает, – с насмешкой протянула я, – скоро муженёк оценит его в деле.

Девушка беспомощно пыхтела, прижатая к постели моей рукой.

– Девчонки, у кого осталась заначка, я с утра у троих видела, – не оборачиваясь, попросила я. И действительно мне сразу подали небольшой пузырёк, вмещающий ровно три глотка.

– Сейчас ты выпьешь до дна, а потом мы с тобой будем разговаривать, поняла? И не надейся разлить, осталось ещё два флакона, и девочки очень рассердятся, если сегодня ночью останутся без волнительных снов.

Я поднесла пузырёк к губам нашей ледышки, и она покорно присосалась к содержимому.