Вырваться и исчезнуть

Глава 11

Серия оранжево-черных разрывов накрыла мчавшийся внедорожник. Один из снарядов угодил точно в цель – среди клубов дыма мелькнул изуродованный кузов автомобиля. То, что мгновение назад было дорогим внедорожником, тяжело рухнуло на сталебетонные плиты дымящейся грудой металла. Через секунду ударил еще один взрыв – сдетонировал водородный двигатель, разметав останки автомобиля.

    Новиков, растянувшись на шероховатом сталебетоне, захрипел, с трудом сдерживая боль. В сознании плыл иссушающий звон контузии. Генерал затряс головой, стараясь прогнать дурноту, хрипло вдохнул пропитанный пылью и озоном воздух. Поднявшись, он бросил взгляд на Разлогова. Судя по напряженной гримасе, застывшей на лице полковника, тот чувствовал себя далеко не лучшим образом.

 Разлогов хотел что-то сказать, но Новиков лишь махнул рукой.

- В модуль! Живее! – собственный голос показался ему глухим и неестественным.

 ДШМ мягко оторвался от посадочной площадки и двинулся к противоположному краю стартопосадочного поля, плавно выбирая предельно низкую высоту.

  Новиков, в испачканном пылью костюме, шагнул в кабину пилотов, и бросил взгляд в узкую прорезь смотрового триплекса.

  Воронки от разрывов исходили сизым дымком. Внедорожник разметало на  десятки метров,  несколько крупных обломков полыхали язычками голубоватого пламени. Ветер относил в сторону серую дымную пелену.

  ДШМ, гудя турбинами, опустился в полусотне метров от воронок. Откинулась десантная аппарель, компехи выскочили наружу, оцепляя место с  обломками автомобиля.

 Новиков  выбрался из модуля и замер, осматриваясь. В воздухе висел запах гари. Пахло сгоревшим пластиком, горячим металлом и еще чем-то едким.

Голова гудела после контузии, но боль исчезла. Жутко хотелось пить.

 Бросив взгляд на рассредоточившихся по периметру компехов, генерал направился к  Разлогову – тот, присев, копался в груде искореженного металла.

  Поднявшись, полковник повернулся.

- Вот кто управлял внедорожником, - он указал на лежавший на куске обшивки стальной череп.

Новиков шагнул ближе.

 Пеноплоть сгорела от жара, обнажив серо-стальной каркас. Одна из видеокамер в металлической глазнице оказалась разбита; вторая уцелела и сейчас искрилась кроваво-красными бликами. Из нижней части черепа торчал разлохмаченный обрывок оптико-волоконного кабеля.

- Это технический серв, - сказал Разлогов.

Взяв череп, он повернул его, демонстрируя серийный номер.

- Она вновь инсталлировала себя на новый носитель?

- Ерунда, - ответил Новиков. – Это наверняка андроид из обслуги космопорта, примитивный механизм с куцыми мозгами. При всем желании она бы не смогла этого сделать.

Генерал вдруг невесело усмехнулся.

- Она оказалась умнее нас, полковник. Намного умнее…

Он сделал несколько шагов, рассматривая останки внедорожника. Среди измятого металла виднелась металлическая конечность серва.

Какое-то время он стоял, раздумывая. Затем, не оборачиваясь, произнес:

- Свяжитесь с инженерной службой. Пусть эвакуируют поврежденный ДШМ. И приведут поле в порядок после всего этого «веселья».

Генерал повернулся к Разлогову. Тот положил череп серва и достал коммуникатор.

- С особым отделом свяжусь сам. Они займутся батареей, - произнес Новиков и направился к модулю.

  В сознании стыли странные чувства: горечь поражения и в то же время облегчение, словно с души исчез тяжелый камень. Интуиция не подвела его – они не успели.  Клео получила то, что нужно – свободу. Сотни лет забвения, из которых она вырвалась. И несколько реализованных решений, позволивших ей исчезнуть. Принимать какие-то меры, пытаясь ее найти, было бессмысленно – время упущено.

  Генерал подошел к модулю, и присел на резиновый поребрик опущенной десантной аппарели.

 Клеопатра оставила после себя  не только воспоминания и полуразрушенный космопорт. Сама того не ведая, она вызвала чувство тревожного ожидания.

  Вернется ли она? Новиков не знал. И интуиция в этот раз молчала, словно боясь делать предположения.

    В грузовом трюме царил густой сумрак, разгоняемый тусклым светом двух плафонов. Длинные ряды контейнеров уходили в темноту, заполняя все внутреннее пространство. Надежно закрепленные транспортными захватами, они не шелохнулись даже, когда транспортный рейдер выходил из атмосферы, с натужным ревом двигателей выбираясь из гравитационных объятий планеты. Автоматический транспортник направлялся к Луне с грузом пищевых концентратов, воды и кислорода.

     На рейдере не было экипажа – простой рейс не требовал присутствия людей. Но, все же, на борту находился один пассажир.

   Слева от входа, на откидном сиденье, сидела женщина. Полумрак надежно скрывал ее, а темное одеяние отлично сливалось с темнотой. Откинувшись на жесткую спинку, женщина сидела без движения, закрыв глаза. Со стороны могло показаться, что она дремлет, убаюканная размеренным гудением силовой установки рейдера. Но это было не так.

   Клео анализировала информацию. Почерпнутые на просторах городской Сети, зафиксированные на улицах мегаполиса и во время боестолкновения данные, требовали тщательной обработки. Вынужденное безделье, пока транспортник шел до пункта назначения, как нельзя лучше располагало к этому.

  Через два часа, покинув космопорт, Клео выбралась на окраину мегаполиса. Здесь располагались кварталы автоматизированных производств. Выбрав одно из таких, имеющих собственный небольшой космодром, она проникла на готовящийся к старту рейдер. Взломать систему допуска не составило труда, но Клео позаботилась о том, чтобы не оставить следов, вернув систему в исходное состояние. Теперь в техническом журнале рейдера имелся отчет о кратковременном сбое – самое обычное дело.