Выше меня

6.3

Поспорил на тебя. Поспорил на тебя. Поспорил на тебя. Поспорил на тебя. Эти слова эхом отдаются в моей голове. Поверить не могу человек, который утром, днём и ночью засыпал меня комплиментами поспорил на меня. Да нет, быть такого не может, он шутит, скажите мне что он шутит?
— Ты шутишь, да? - в ответ вижу виноватый взгляд.
— Нет, Крис, это правда, прости…
Что за день такой дурацкий, а?! Я так и застыла с поднятой рукой возле лица Андрея, стою и не двигаюсь. Дронов берёт меня и усаживает на стул, берёт мои ладони в руки.
— Кристин, послушай…
— Расскажи мне всё про спор.
Дикое желание пойти и добить Громова.
— Хорошо, ты точно это хочешь знать?
В ответ киваю.
— Ладно. В общем, у нас в университете так часто. На новеньких забиваются группа людей, там исключительно парни.
— В чём заключается пари?
— На девственность.
— На что?! Ты что серьезно?
— Да, Кристин.
— А как они их вычисляют?
— Никак, когда переспишь, тогда и узнаешь.
— Кошмар…а ты…ты тоже в этой группе?
— Нет, я состою в группе, но никогда не забивался, не ставил ставки, просто компания с которой общаюсь. Я тебя сразу хотел уберечь, ещё тогда, когда представил тебя Лехе своей девушкой, чтобы они не стали на тебя спорить.
— Вот почему ты так сделал…
— Да, Кристин, прости. Я тогда тебе в комнате нагрубил, я не хотел, алкоголь в крови закипал, а ещё когда ты сказала, что он твой парень, вообще крышу сорвало.
— Это не ты должен извиняться. Что дальше по спору должно быть?
— Он должен был предоставить в скором времени улики.
— Улики?
— Да, фотки или видео.
— И много таких девушек?
— Я не знаю, честно.
Беру стакан, отпиваю немного из него воды. Перед глазами стоит Никита, как он целует меня, говорит, что единственная и неповторимая у него. Кидаю стакан в стену, закрываю ладонями глаза и начинаю плакать.
— Кристин, тише, тише, девочка. Не плачь, он не достоин твоих слёз.
— Андрея, я же…верила ему…всё для него, а он…
— Тише, девочка, идём спать, - Андрей поднимает меня на руки и относит на кровать.
Прошёл час с того момента, как я успокоилась, на дворе уже глубокая ночь, а мы всё так и лежим. Я на груди у Андрея, он гладит меня по волосам и придерживает за талию.
— Кристин, а можно вопрос?
— Давай.
— А у тебя…ну, в общем, с Громовым что-то было?
Рука на талии сжалась, грудь напряглась, по волосам гладить меня перестали, а дыхание участилось.
— Нет, мы только целовались с ним.
— Ну и хорошо, слава богу.
Дыхание возобновилось, руки расслабились, а по голове начали опять поглаживать.
— Андрей, скажи, что со мной не так? Я может некрасивая?
Мою голову подняли за подбородок и я встретилась с глазами Дронова.
— Не смей так говорить, никогда. Слышишь? Ты самая красивая.
— Правда?
— Да. После меня конечно.
— Дурак, - пихаю в плечо и укладываюсь обратно на грудь. Настроение немного улучшилось после таких слов. Я и не заметила, как уснула на груди Андрея.