Высокие нравы коммунальной квартиры

Размер шрифта: - +

Зима

Когда пришла зима у нас в доме прорвало трубу. В ЖКХ сказали — от старости и изношенности, чинить будут долго. Сергеич вытащил из кладовки старые обогреватели и расставил их в коридоре вереницей. Было теплее. Позже, где-то через неделю после того, как перестали топить, а ремонт все ещё не начали — ушла горячая вода. Анька поначалу бегала мыться к Маме, меня же Мама к себе в дом не пускала, и я себе грел большие тазы дома.

В один из таких дней все случилось. Анька убежала в магазин и не пришла домой. У нее бывало такое, что ветреная голова решила заскочить к подружке и забыла, что шла за гречкой. Но тогда она хотя бы брала телефон. Тогда же она не отвечала. В квартире было холодно, воду отключили. Свет стали давать перебоями. На улицах чаще ходили какие-то гопники весьма бандитского вида, и у каждого из них было по пистолету с собой.

Мир вокруг стал меняться от лучшего к худшему — цветочный ларек наш закрыли, а я переместился в антиквариатный магазин. Магазин этот существует уже почти шестьдесят лет и кажется переживет ещё и меня. В этом месте я занимался тем, что сдувал пыль со старых стеллажей и пианино, которые здесь собирались армиями и следил, чтобы все было на месте.

Анька не вернулась и на следующий день. Я взял отгул на работе и решил найти ее. С чего начать — не знал. Казалось, что она может быть абсолютно везде, как и абсолютно нигде. Подул сильный ветер и я задрожал. На свою дурную голову я оделся совсем не по погоде. Шурка тогда, будто поняв, что я иду не работать, визжа, бросился ко мне с поводком в зубах. Пёс не был на улице уже очень давно — все время уставшая Вика с ним не гуляла, а Сергеич около месяца валялся дома с пневмонией.

Я сжалился над ним и, взяв с собой шарф Анны, надеясь на то, что собака возможно учует ее, вышел на улицу. Шурка бежал по лужам, радостно гавкая. Я подозвал его к себе и дал понюхать ему вещь. Тот некоторое время посидел, но через секунду уже бежал в сторону, прямо противоположную от нашего дома. Я ничего не ждал, ни на что не надеялся. Шурка добежал до перекрестка и остановился.

— Потерял? — спросил я и потрепал его по макушке. Пёс проскулил. Оглядевшись, я понял, что собака привела меня к отделению полиции. — Не понял. — Я посмотрел на пса, тот гавкнул. — Ты уверен? — Он гавкнул ещё раз. Мы прошли в здание. Я мог бы привязать его где-то, но не нашел ничего, где можно было бы это сделать. Да и не остался бы он один, непременно бы что-нибудь натворил.

— Мужчина, а вы к кому? — услышал я сразу, зайдя в участок. — И почему это вы с собакой? Нашли, что ли? Или что-то нашли? Вы не стесняйтесь, проходите! Заявление? Или вы кого-то ищете? — из всего этого буйства вопросов я не сумел выбрать те, на которые мне надо ответить. Шурка припал к шарфу, который я держал в другой руке, и чуть было не повалил меня на пол. — Что это ваша собака унюхала?

— Это не моя собака, — ответил я. — То есть как… Это пёс моего соседа по коммунальной квартире. Я с ним гулял.

— А шарф женский вам зачем? — проницательность его меня поразила.

— Это моей жены. Я ее ищу. Пёс привел меня сюда, к вашим дверям. Я хотел лишь удостовериться, что её здесь нет. Ее здесь скорее всего нет. Аня не могла сюда попасть. Это далеко, да и документов у нее нет, да и телефон у нее должен быть. Она бы обязательно позвонила.

Держурный нажал пару кнопок на телефоне и вызвал ещё одного человека.

— Товарищ майор, тут женщину какую-то ищут. Собака к нам привела, — пришедший мужчина посмотрел на Шурка и подмигнул ему. — Поговорите с молодым человеком?

— Поговорю, что ж делать-то… Пройдемте. Только собачку оставьте здесь. Она не убежит, — Шурка снова протяжно заскулил.

— Это он. И он боится незнакомых.

— Такой большой умный пёс и боится? Не верю! Ладно, пусть идёт с нами. Пройдемте. Так что, говорите, у вас случилось?

Я рассказал ему про Аньку, что она куда-то делась, описал ее внешность, потом понял, что сделал глупость и показал фото. Мужчина посмотрел на меня. Мы встретились взглядами и некоторое время молчали.

— Пёс вас действительно привел туда, куда нужно. Но… Видите ли… Ваша жена мертва. — Он сказал это быстро, не растягивая. Казалось, что он, увидев меня, знал все заранее. Шурка встал и отошёл к двери. Не знаю, сколько я ещё так сидел. — Воды? — я покачал головой. — Желаете увидеть тело? — я кивнул, хотя и до конца не был уверен, действительно ли я хочу этого.

Шурика я оставил возле дежурного. Дальше все как в тумане. Помню, лицо. Лицо, которое ничего не выражало, которое ничего не показывало. Маленькое безмятежное лицо Анны Константиновны. Помню, что я оставил номер телефона майору, что забрал вещи, которые были при ней, забрал пустой кошелек, разбитый мобильник, сумку почти пустую, продукты, за которыми она пошла. Помню, что домой шли долго, был снег, была метель, я поскальзывался, падал и сидел на холодном асфальте, пока Шурик не начинал тыкаться в меня лапами и носом. Помню, я пришел домой и лег спать. Мне ничего не хотелось делать. И на следующее утро мне нужно было идти обратно к майору.



Марина Катасонова

Отредактировано: 17.10.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться