Высота

Размер шрифта: - +

Глава 6

Право Крови

Не буду описывать весь болезненный процесс превращения в вампира. Скажу только, что неполный месяц, пока мое тело менялось, я провел взаперти, в промежутке между припадками видя одного отца и чувствуя вкус только его крови. Он говорил, что дойдя до состояния крайнего истощения, я сам спровоцировал столь затяжное перерождение. А еще он злился, поскольку день ото дня слабел все больше. Человеческая кровь спасала его от смерти, но уже не помогала полностью восстанавливаться – даже получая достаточно питания, организм не успевал восполнять собственные регулярные и обильные потери.  Причину того, что барон – эгоист до глубины своего естества – действовал себе во вред, упрямо не меняя мой «рацион» до конца перерождения, я узнал немного позже. А пока был бесконечно благодарен ему за подставленные запястья и шею.

Но наступил момент, когда стало ясно − я перерожден. Периоды беспамятства отступили, боль прошла, сознание прояснилось, силы увеличились в несколько раз, а клыки выросли и заострились. Пытаясь испытать меня, барон под каким-то пустячным предлогом привел в дом молоденькую девушку – торговку пряниками. Ей было приблизительно столько же лет, сколько и мне. Маленькая, хрупкая и наивная она, упрятав под фартук плату, бойко водрузила на стол в гостиной огромную корзину со сладкой выпечкой и одарила меня той светлой улыбкой, которая стала мне недоступна.

Я ясно видел мерцание и пульсацию вен и артерий на ничем не прикрытой шее девушки. Ее кожа была тонкой и белой, в россыпях веснушек, что походили на цветочную пыльцу. Да и запах гостьи оказался неповторимо-притягательным: то ли ванильным, то ли пряным.

− Из-за болезни ты пропустил собственное пятнадцатилетие. Держи свой запоздалый подарок, сын! И приятного аппетита − можешь не ограничивать себя.

Взглянув на барона и его насмешливую ухмылку, я оторопел. Мне «даровали» живого человека, мне «даровали» чужую жизнь… Это оказалось за пределами моего принятия.

− Нет.

− Ты опять берешься за старое? Хочешь заморить себя голодом? Смотри мне в глаза и отвечай, когда я к тебе обращаюсь.

Окунувшись в бездну его взгляда, я начал чувствовать тошноту и слабость в ногах. Невидимая сила сдавила мое горло и подмяла под себя. Казалось, еще чуть-чуть – и меня раздавит, размажет по паркету.

− Анри, я не слышу?

− Хорошо, отец.

Мгновенное облегчение.

Можно дышать, можно думать… и нужно выполнять приказ.

Я на мгновение прикрыл глаза, пытаясь унять панику и взять под контроль собственные чувства. Медленно подошел к корзине с пряниками, взял один и протянул порядком озадаченной девушке.

− Возьмите, пожалуйста.

− Спасибо, но месье купил пряники вам – чтобы вы быстрее выздоравливали. Попробуйте − мы с мамой их испекли сегодня ранним утром. Говорят, таких ароматных больше нигде в нашем квартале не сыскать.

− Все же возьмите – я угощаю.

Улыбнувшись, она его приняла и скромно потупила взор, немного наклонив набок головку с туго заплетенной рыжей косой. Так бедняжка сама предоставила мне доступ к своей шее.

− Как вас зовут?

− Агнис.

− Вы одна у матери?

− … Да.

Надеясь хотя бы на элементарное проявление жалости, я быстро глянул на барона, но взор его прищуренных глаз не выражал ничего, кроме раздражения и нетерпения. Осталось только покориться.

«Боже, что я делаю?!»

Молниеносным движением я устремился к обнаженной шее Агнис, заключив одновременно девушку в крепкие объятия – чтобы она не дернулась в сторону и не распорола собственное горло моими же клыками.

Впервые мои руки находились в такой опасной близости к девичьим изгибам. Впервые губы узнали нежность девичьей кожи. И впервые я испил человеческую кровь. Она была иная, чем у отца. Не столь солено-резкая, сладковатая, ароматная. От наслаждения я на мгновение забылся, но все же вовремя остановился. Перевел дыхание. Интуитивно передавил прокушенную вену,  подхватил на руки безвольное тело своей жертвы и почти ласково опустил его на диван.

− Она выживет?

Барон довольно хмыкнул, небрежно осмотрев шею несчастной:

− Как ни странно, но да. К тому же помнить ничегошеньки не будет – наш укус забирает у человеческой памяти несколько последних часов… Знаешь, первый раз вижу, чтобы новоперерожденный вампир был так аккуратен.

− Я не хотел причинить вред.

− И тебе это удалось. Браво, Анри! Давай, оставим ее для тебя? Если не будешь слишком увлекаться подобными «поцелуями» – эта пташка еще долго сможет радовать твой взор своей миловидностью, а твою постель…

− Нет! – краска стыда залила мое лицо, что еще более развеселило барона.

− Вот уж не думал, что вампир способен краснеть! Послушай, мой мальчик, желания твоего тела нормальны – ты становишься мужчиной. А мужчине нужна женщина для полноты жизни. При этом связывать себя узами брака не всегда необходимо, а иногда и вредно. Посмотри на нее. Чего ждать этому нежному созданию от жестокой реальности? Еще несколько лет, и она влюбится в какого-нибудь бакалейщика или мясника. Выйдет замуж, в муках нарожает ему целую кучу детворы. Быстро подурнеет от бессонных ночей и тяжелой работы, а муженек начнет ее поколачивать, возвращаясь вечерком пьяным после посиделок с друзьями. Она будет много страдать и помрет, не дожив и до сорока. Хороша ее будущая  жизнь? Нужна ли она ей?

− Я не думаю, что все сложится как плохо.

− А я знаю, поскольку подольше твоего живу, и поболее вижу. Люди по своей природе слабы и жестоки. Они лишь хотят казаться лучше, а в действительности губят все, что непорочно и прекрасно. Потому подобные Агнис цветы нужно срывать еще бутонами – пускай уж лучше они расцветают в твоей гостиной, чем тешат собой прожорливую саранчу.



Алекс Варна

Отредактировано: 26.07.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться