Высшие курсы беспалевных выскочек

Размер шрифта: - +

Глава 28. Орёл молодой

Много раз мне доводилось бывать и в изоляторах, и в тюрьмах. Но всегда я приходил снаружи, меня вели по длинным коридорам, а потом – просто садился за стол и выполнял свою работу. Сначала – брал объяснения и показания. После – становился связующим звеном между задержанным человеком и его свободой. Миром внешним. Но ни разу мне не доводилось оказаться в изоляторе с другой стороны.

Сама мысль об этом казалась смешной. Ни разу – до этого дня. События развивались, словно сюжет второсортной драмы. Сначала доблестный сотрудник ГИБДД остановил меня, чтобы проверить документы. Рутинная процедура, к тому же, бумаги были в порядке. Потом – почему-то забрал их и ушёл в свою машину. А затем – вернулся со своим напарником и предложил выйти из-за руля. Даже пистолет демонстрировал для острастки.

- Вы находитесь в федеральном розыске, - с каким-то удивлением в голосе произнёс сотрудник. – Выйдите, или мы будем вынуждены применить физическую силу.

- И спецсредства! – важно добавил его коллега, указывая в меня своим перстом.

Чтобы не вынуждать полнеющих гаишников покидать зону комфорта, я вышел сам – из своей. В голове сразу прокрутилось несколько вариантов, почему всё произошло именно так, но все они имели массу допусков. Всего час или два - и я сижу в изоляторе, буквально завтра суд будет решать вопрос о мере пресечения… Дожился!

Как и в других моих проблемах, в этой я тоже виноват сам – целиком и полностью. Не сообщил следователю о перемене места жительства. Об увольнении работы. Не дал свой актуальный номер телефона. Неудивительно, что он меня в розыск объявил! Вместо камеры меня отвели в следственный кабинет.

В таких помещениях я тоже бывал не один десяток раз: на окнах – решётки, а на двери глазок, только смотрит он внутрь. Замки открываются с глухим стуком, как будто древний робот отходит ото сна. Здесь ты всё время шагаешь с кем-то, даже если и сам – силовик.

- Нашёлся! Вы посмотрите, - сказал тот самый следователь, присаживаясь за столом. На лице у полицейского – всё та же глуповатая улыбочка.

- Я и не пропадал, - ответил ему. – Просто никак не мог выбрать время, чтобы заехать.

- Очень смешно. Я не могу следственный эксперимент провести! Из-за тебя, между прочим. Буду ходатайствовать перед судом об аресте. На два месяца.

- Так я ведь только подозреваемый, - сказал ему я. – Потом компенсацию платить, когда меня невиновным признают.

- Эксперимент проведём, обвинение предъявим, не боись, - парировал полицейский. – Ты у меня уже вот, в печёнках сидишь. Этот… Второй герой, как бишь его?

- Олег Иванович, - подсказал я. Память на клиентов у меня отличная.

- Ага, - кивнул следователь. – Четвёртую неделю сидит. И ничего. И ты посидишь. Главное, чтобы не в одной камере.

- Как коллега коллеге… - прошу я. – Разрешите позвонить. Завтра утром очень важная встреча. Нужно предупредить.

Удивительно, но я был настолько обескуражен своим задержанием, что даже не догадался сделать звонок Диме или Дёме. А телефон изъяли ещё ГИБДДшники… Ладно, «Путь», скорее всего, обо всём узнает – надо же им машину передать. А что делать с Деметрой? Она и так уже настрадалась из-за меня. Ещё и сгоряча из «Апаты» ушла. Кто в здравом уме уволится из такой крутой фирмы?

- Как коллега коллеге… - ответил следователь на мою просьбу и потянулся в карман. – Вот!

Он извлёк оттуда свою руку, демонстрируя неприличный жест. Странно, но эта его выходка меня развеселила. Сколько раз мне приходилось, фигурально выражаясь, демонстрировать нечто подобное полицейским? Не один раз, правда, я бы не стал опускаться до прямых оскорблений. Видимо, этому следаку представился шанс рассчитаться со мной за всех свои поруганных коллег.

- Стража – плохой вариант. У меня будет много свободного времени, - предупредил я. – Начну жаловаться. Никто не работает без нарушений. Обязательно что-нибудь всплывёт.

- Жалуйся! – обрадовался следователь. – Давай! Только не забывай, адвокат, что тут цензура. И такие письма не выпустят. Ха-ха.

«Так вот оно что! Он считает меня адвокатом!»

- Конечно, считаю, - подтвердил полицейский. – Я не прав, разве? Из-за таких, как ты… Из-за таких… Работать невозможно вообще!

- Но я больше по гражданским делам, - оправдываюсь. – Очень, очень редко за уголовные кейсы брался. Это не из-за меня.

- Можешь теперь браться за выступающие части своего тела, - сказал следователь, поднимаясь. В допросных кабинетах и столы, и стулья крепко привинчены к полу, что делает их использование несколько неудобным. – Встретимся завтра, слабак. В суде.

- Хорошо, - ответил я. – Но вы подумайте ещё раз над мерой пресечения. Быть может, ограничимся домашним арестом?

- У тебя и дома-то нет, бомжара! – захохотал следователь. – Я про тебя всё знаю, слышишь? У, неудачник. Лузер. Ты себя в зеркале видел вообще? Выглядишь, как коровья лепёшка.

Я промолчал, потому что возразить ему было нечего – полицейский по-своему прав. А во-вторых, какой смысл отвечать на оскорбления? В обычной ситуации я бы всё это записал на телефон… Эх, такой материал пропадает. Мне не оставалось ничего другого, как пожать плечами в знак согласия.



Ломаный Грош

Отредактировано: 11.09.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться