Высшие курсы беспалевных выскочек

Размер шрифта: - +

Глава 35. Триста тридцать тысяч серебряников

- Дмитрий, когда ты уже успокоишься? – снова спросил Митя и пристально посмотрел мне в глаза. – Надо это всё отпустить. Отпустить.

- Да я спокоен! – ответил я, махнув рукой. – Нет, ну ты подумай! Теперь меня весь интернет называет не «защитником семнадцати», а котярой. Котярой! Ещё и вытащили на свет божий все мои грешки. Сволочи!

Сидя в Митином офисе, мы выпили уже по три кружки чая, но спокойствие ко мне так и не шло. Китайский крупнолистовой – не мусор какой-то. Сам директор «Пути» был доволен заседанием: о его организации в Москве не написал только ленивый.

- Вот, полюбуйся, Дмитрий, - сказал он, разворачивая ноутбук и показывая мне какую-то статистику. – У нас посещаемость сайта подскочила до максимума за всё время существования. Очень значимый рост пожертвований и обращений. Подписки. Я ведь утверждал, что помогать необходимо.

- Согласен, - ответил ему нехотя. – Необходимо. Дёма, может, пройдёмся? Голова гудит.

- Ой, Димка, - сказала она. – Может, сам прогуляешься? Мне тут Митька поручил то и сё. Надо бы заняться. А ты всё равно взвинчен, делать ничего не сможешь.

Понять не могу, что так расстроило меня в словах Анфисы! Правда? Нет, на такое не обижаются. Всё дело в том, что моя бывшая конкурентка очень тонко зацепила один момент – мою мотивацию, а вернее, её отсутствие. Деметра сопереживает семнадцати семьям, которые хотят выселить из дома. Митя на стороне Агнии, а остальное для него - долг. Журналистам нужен хайп, столкновения комментаторов стенка на стенку. А что нужно мне?

Но самое главное – в душе возникло нехорошее предчувствие. Подозрение. Я что-то не замечаю, что-то упускаю, и это мешает мне грамотно оценить ситуацию. В чём подвох? С этими мыслями я незаметно для себя дошёл до перекрёстка и собирался перейти его, чтобы попасть в парк. Погода отличная для этого времени года: не холодно и не жарко, нет ветра.

В Москве, когда дорогу переходишь, нужно смотреть не только направо. Не только налево. Нужно ещё глянуть вверх, заглянуть под землю и себе в душу, и лишь после этого делать шаг. Этим правилом я руководствовался всегда, и тот день не был исключением.

На перекрёстке правым боком ко мне остановилась машина с тонированными стёклами. Не самая дорогая, но и недешёвая: свежая Toyota Camry, чёрный цвет. Я помахал рукой, типа, проезжай. Но машина не двинулась с места, а стекло опустилось, и моему взору предстал мужчина. В его чертах лица смутно угадывалось что-то знакомое. Где же я мог его видеть?

- Дмитрий Фёдорович, - сказал он радушно. – Мы по-хорошему впечатлены Вашей речью. На небе только и разговоров, что о Вашем словесном море! У нас есть тема для беседы.

- Я на улице не общаюсь, - ответил и начал демонстративно обходить машину.

- Так в чём же проблема! – просиял незнакомец. Он быстро покинул машину и подошёл ко мне. – Я представляю компанию «Годзилла». Строительные технологии нового тысячелетия.

- Прекрасный слоган, - ответил я, но на всякий случай остановился. – Какими только красивыми словами человек не прикрывает свою алчность и цинизм.

- Вот об этом и речь, Дмитрий, - продолжил мужчина. Мои колкости его нисколько не смущали. – Зовите меня Николай. Так как насчёт разговора? Мы могли бы прогуляться по парку или выпить кофе вон в том кафе. Обещаю, что это не отнимет много времени.

- Ладно, - пожал я плечами после секунды раздумий. – Давайте прогуляемся. Поговорим о том, как Вы, господин Николай, докатились до такой жизни.

На одной из лавочек трое мужчин с длинными бородами по очереди пили вино из большой бутылки. Бомжи или хипстеры? Я с ужасом понял, как мало отделяет нас от такого состояния. Меня, например. Всего лишь работа, жалкий угол (если хотите, можно назвать его евродвушкой) и девушка. Но надо ли мне всё это? Именно это? Или лучше пить вино в парке, наслаждаясь прекрасной компанией?

- Мне горько видеть, как руководитель твоего ранга, Дмитрий, занимается такой ерундой, - начал Николай. Если это его настоящее имя, конечно.

- Почему горько? – удивился я. – И какой такой ерундой?

- Благотворительностью, - сплюнул собеседник. – Это же просто ужасно, смертельно ужасно. Помогать многодетным. Ради чего? Чтобы они нарожали новых детей?! Помогать неизлечимо больным. Во имя чего, простите? Чтобы они дальше мучились?!

- Как-то всё в кучу у Вас, Николай, - ответил я. – Руководители, многодетные, неизлечимо больные. У меня такое ощущение, что Вы меня пытаетесь заговорить и обмануть.

- Ах, прости, Дмитрий, - улыбнулся собеседник – весьма доброжелательно. – Мне говорили, что ты такой – конкретный, сильный юрист. Недаром тебя все боятся. Франца ты под орех разделал.

- Думаю, этот парад любезностей можно прервать, - произнёс я. – Мне сейчас меньше всего нужна похвала. Но слушать это приятно, безусловно. Так чем же я обязан «Годзилле»? И о чём пойдёт речь?

- Хм, - Николай почесал подбородок. – Дело в том, что у каждого дела есть своя подоплёка. Недавно мы узнали, что в основе этой истории с иском лежит трагедия великого, самоотверженного врача. Как такое может быть? У настолько талантливого специалиста нет собственного жилья!



Ломаный Грош

Отредактировано: 11.09.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться