Выжить завтра

Размер шрифта: - +

ГЛАВА 2. ЛАГЕРЬ.

ГЛАВА 2. ЛАГЕРЬ.

Мертвую деревню мы покинули беспрепятственно, пересекли поле, поросшее бурьяном, и оказались на грунтовой дороге. Наш путь теперь лежал в Шардиху, до которой оставалось еще километров шесть, не больше.

С самого утра выглянуло июньское солнце, дождевые облака покинули небо. На улице уже было довольно жарко. Такими темпами через час-полтора дорога высохнет, и идти станет легче. Досохнет прямо на нас и одежда, не успевшая избавиться от влаги за ночь. Да, эту погоду, поди, угадай. Не удивлюсь, если после обеда снова станет пасмурно. Честно сказать, эта непогода уже порядком надоела: и работе мешает и настроение портит. Однако дождевик я снял – жарко, а дождь еще неизвестно, будет или нет.

Я бодро шагаю по грунтовке, а вот Обуза, бредет рядом понуро. С самого утра он не поднимает головы и даже ничего не бурчит себе под нос. Так устал? Хотя, это и не мудрено – ночь мы провели не в особом комфорте. Спали на голой земле, сырые и полуголодные, хорошо еще что под крышей. Одним словом парнишка был измотан до предела.

Примерно через пару километров малец жестами дал понять, что хочет пить. Я протянул ему бутылку, на дне которой осталось всего пару глотков. Парень жадно напился, судорожно вытер рот ладонью. Он протянул мне пустую бутыль, которую я убрал в заплечный мешок.

Дальнейший наш путь прошел без происшествий. Мы практически добрались до лагеря Черного Рынка, ну а если быть точным, то до лагеря одного из крупнейших их кланов. Фактически им руководил Батай – правая рука Барина. Барин же является главой всех местных кланов. Вот такая нехитрая иерархия. Но был тут один подводный камень, не камень даже, а так, песчинка, не имеющая ровным счетом никакого значения. Вместо Батая, на самом деле, Шардихинским лагерем управлял Слон – правая рука уже Батая, который, насколько я знаю, полгода как не появлялся тут. Об этом мало кто знал, даже не все байкеры Рынка были в курсе таких подробностей и полагали, что Слон это и есть Батай, которого и в лицо то мало кто знал. Что уж говорить про остальных. Только люди, тесно общающиеся с самим руководством и имеющие доверие, обладали этой информацией. Я был одним из них и подозревал, что руководство клана шифруется не просто так.

В доверительный список я попал давно. Произошло это по довольно банальной причине: я спас жизнь раненому и обессиленном Слону и притащил его на базу Рыночников, располагавшуюся в то время совсем в другом месте, далеко отсюда. Тогда их прижали какие-то полубезумные фанатики, или сектанты, утверждать не возьмусь. Вот только бились они, как черти: бросались под пули, рвали зубами глотки рыночников, душили. Произошло это в каком-то бывшем рабочем поселке, в котором я, тогда, как раз прочесывал руины. Пока шел бой, я прятался, а когда выстрелы стихли, решил проведать, что да как. Хотел поживиться с убитых, а нашел раненого бойца Черного рынка – единственного выжившего.

 Формально Слон был обязан мне жизнью, но, как известно, не престало анархисту, да еще так высоко взобравшемуся по карьерной лестнице, платить по счетам. Он привык воспринимать все как должное. Однако видимо, остатки совести все же мучили бойца Рынка, и он предложил мне награду. Я же в свою очередь предложил ему свой товар: артефакты и кое-какие предметы, найденные в руинах того самого городка, не помню уже как он назывался. Слон посмотрел мои цацки и остался доволен. В тот день у меня была неплохая выручка и предложение о долгосрочном сотрудничестве.

В следующий раз я принес в лагерь еще более богатую добычу, и тогда уже все признали меня везунчиком. Говорили, что ценные вещи сами идут ко мне в руки. А я и не возражал, тем более сам уже давно заметил этот интересный факт. Все это должно было хорошо сказаться на моей репутации. Так и произошло. Через пару месяцев я уже регулярно таскал Слону из городков и деревень всевозможные безделушки, а иногда и очень ценные вещи. Вот так и завязалась моя дружба с этим кланом Черного рынка и лично со Слоном.

Я улыбнулся, вспоминая былые времена. Глянул на Обузу. Тот шел, высоко задрав голову к небу и бессмысленно пялился в одну точку, постоянно спотыкаясь.

Минут через двадцать мы вышли к окраине Шардихи. Грунтовая дорога убегала дальше, спускалась вниз с холма, за которым лежал заросший тиной и какими-то неизвестными мне растениями, прудик. Нам туда не надо. Я свернул на еле видимую в траве тропку и двинулся вдоль зарослей терновника. Раньше тут, на окраине, стоял дом с садом, теперь остался только сад, а дом давно рухнул. 

Пройдя густой кустарник, мы выбрались к относительно ровному пустырю, поросшему густым бурьяном. Раньше тут, видимо, были огороды, но теперь на окраине никто не жил, поэтому и возделывать землю было некому. Пройдя несколько сотен метров по задам, мы свернули направо, и вышли на первую обжитую улицу поселка. Тут, даже дома были ухожены. Рядом почти с каждым жилищем были возделаны грядки, а в некоторых дворах даже был кое-какой скот. В общем люди выживали как могли: вели свое хозяйство, промышляли охотой, поиском и продажей артефактов и прочей торговлей. Поселок жил и умирать не собирался.

Еще немного поплутав по немногочисленным улочкам, мы вышли к бывшему зданию сельсовета. Теперь в нем был обустроен бар, ну или трактир, или два в одном, называть можно по-разному. Главное, что на первом этаже можно было выпить, перекусить и повеселиться, а на втором снять комнату и отдохнуть.

Подойдя к входу, я вскину руку в приветствии. Охранник, прислонившийся к косяку, ответил взаимным жестом. Он был абсолютно лыс, огромного роста, с широченными плечами и огромным же скуластым лицом. Рыбьи глазки пристально смотрели на меня. Здоровенный, губастый рот обрамляли густые, свисающие вниз усы.

- Здоров, Чека! – Пробасил вышибала, когда я подошел к нему вплотную. – Напарника завел? Гляди ж ты, а то все одиночка да одиночка.



Денис Атякин

Отредактировано: 24.09.2015

Добавить в библиотеку


Пожаловаться




Books language: