Выживание

Размер шрифта: - +

1. Плохое случается

*** Энжи
Жизнь перестала быть нормальной. Не то, чтобы она всегда была нормальной, но происходящее сейчас немало напрягало. Уже четыре дня я сидела дома взаперти вместе с одноклассником, тетей и ее напарником. Четыре дня мы просто ждали, сидели взаперти, держа под рукой собранные вещи первой необходимости и оружие. Воды было более чем достаточно, а вот еда заканчивалась. Сейчас мы сидели на первом этаже в гостиной за обеденным столом. Тетя Кейтлин как раз нарезала последний хлеб, хранящийся в доме. После она тоже села за стол. Ни она, ни Мет к хлебу так и не притронулись, а Лиам, который обычно был более или менее серьезным, сейчас лишь отшучивался. 
- Мы найдем еду. Я ведь живу неподалеку, мог бы и притащить немного. – Говорил он, глядя как Кейт и Мет пытаются экономить на своих порциях, чтобы нам досталось больше. Глядя на это аппетит отпадал сам собой. 
- Я больше не голодна. – Сказала я, отодвигая свою тарелку. – Очень вкусно, но мне что-то нехорошо. Пойду попью воды. 
- Я сейчас. – Тут же сказал Лиам, забирая со стола нож и следуя за мной. 
Парень окликнул меня пару раз, но я не остановилась, пока не поднялась в свою комнату. Хотелось громко хлопнуть дверью, упасть и заплакать от безысходности или хотя бы уснуть, чтобы время не тянулось так мучительно долго. Но я даже не закрыла дверь – следом за мной шел Лиам. Волновался ли он? Возможно, но скрывал это. 
- Энжи… - Произнес он мое имя, то ли спрашивая, все ли хорошо или все ли в порядке, то ли осуждая мое отношение к пище. 
- Четыре дня! – Воскликнула я. – Мы сидим тут четыре дня! Мы спим на чердаке, потому что на него ведет единственная выдвижная лестница. Мы едим еду мельчайшими порциями потому что не знаем, сколько еще здесь придется просидеть. Мет и Кейт и так практически ничего не едят, даже хлеба. Городок притих настолько, что кажется полностью мертвым. Но мертвых нет. Их не слышно уже две ночи. – Добавила я уже намного тише, спохватившись. – Власти просят соблюдать спокойствие и никуда не выходить из дома. Не слышно выстрелов. Не слышно ничего. А я не могу уснуть даже днем и проспать спокойно больше часа. Я закрываю глаза и вижу их – тела, полу съеденные, разлагающиеся трупы, которые поднимаются, тянут к нам руки, безумно вращают глазами и издают рычащие звуки. Они уже не люди. – Только с последними словами я поняла, что руки мои дрожат, а голос упал до шепота. 
- Энжи… - Начал было Лиам и сразу же умолк.
Он не знал что сказать, а мне было нечего добавить. 
*** 
Сложно сказать, когда именно все началось. Может с первого убийства, может с комендантского часа и паники, которая быстро распространилась по городу. Неизвестная болезнь, убивающая людей оказалась довольно опасной и заразной, ограбления распространились по городу всего на один день. Власть подняла всех, кого смогла, чтобы бороться с преступностью. Но наступила ночь, а с темнотой пришли и зараженные. Люди бежали кто куда, и не особо важно было, полицейский ты, патрульный или простой мародер – жить хотели все. Определенно. 
Я не много знала о первой ночи. Школу накануне закрыли, мы с Лиамом сидели у меня дома и выбирали тему для проекта по биологии. Вдруг позвонила Кейтлин и строго запретила покидать дом. На возражения по поводу того, что Лиаму нужно идти домой, она сказала, чтобы мы ни в коем случае не выходили: ни он, ни я. Мы сделали, как было велено: взяли еды, поднялись в мою комнату, заблокировали дверь. Было чуть за полдень, мы не понимали зачем это, но повиновались. Мы с Лиамом были первыми, кто увидел болезнь в действии, поэтому понимали, что вопросы будут после. Подходил вечер, мы сидели в моей комнате. Я поправляла одежду в шкафу, ведь именно им мы для надежности заблокировали дверь. Лиам смотрел в окно. Неподалеку послышались выстрелы, и меня охватила первая волна паники. Я начала понимать происходящее частично – Кейт, которая работала в полиции, поняла что близится неладное, и поэтому сказала нам укрыться. Мы находились в относительной безопасности, но Кейтлин была снаружи. Я бросила перебирать вещи в шкафу и закрылась в собственной ванной. Включила воду, умылась, попыталась собраться с мыслями, но это плохо получалось. 
- Энжи, посмотри на это. – Позвал меня друг и я нехотя вернулась в комнату. 
Наш дом стоял на углу, а прямо перед моим окном было дерево. Таким образом, открыв окна, мы могли слышать и видеть все вдоль улицы, но нас благодаря тому же дереву было очень сложно заметить. 
Лиам все так же стоял у окна, неотрывно вглядываясь вдаль. Я подошла поближе и вгляделась туда, куда он показал рукой. В середине улицы резко остановилась машина. Она преградила проезд, и ехавшее следом такси чудом успело затормозить вовремя. В начале улицы, из-за поворота показалась третья машина, которая несмотря на пробку, не сбавила оборотов и врезалась прямо в такси, благо, пожилая пара из первого авто и таксист из второго уже покинули свои транспортные средства. Из третьей машины выпрыгнула молодая, очень знакомая мне женщина. Я узнала в ней телеведущую местного канала, обычно она вещала последние новости спорта. Ее белое платье было испорчено большим красным пятном, и судя по тому, как она прижимала руки к правому боку, там была рана. Вслед за ней выползало двое зараженных. Их тела не были медленными, и довольно было минуты, чтобы оба выбрались наружу. Женщина, прихрамывая, направилась к пожилой паре. Таксист сразу бросился к автомобилю, пытаясь как-то выехать, но ничего не получалось, ведь его авто было буквально зажато. Зараженные приближались к нему. Пожилая пара подхватила женщину и попыталась ей помочь, но даже мы с Лиамом видели, что женщину было уже не спасти. Так же, как и таксиста. Он понял, что надо бежать, но было уже поздно. Мы с Лиамом уже видели его кровь на капоте. 
Не сговариваясь, мы бросились к дверям. Лиам стал справа, я слева и кое-как мы подвинули шкаф. Я первая бросилась вниз по ступенькам. 
- Оружие! – Воскликнул Лиам, напоминая, что нам надо чем-то защищаться. Я свернула в кладовую, где нашла пару ножек от сломаного стула – их вполне можно было использовать как биту. 
Мы выбежали на улицу, где ситуация уже кардинально изменилась. Старики склонились над умирающей женщиной, а таксист уже был мертв. Его внутренностями был измазан весь капот. Один из зараженных все еще оставался у машин, второй уже шел к новым жертвам. Мы с Лиамом подбежали как раз вовремя. 
- Нужно уходить! – Воскликнул Лиам, помогая старушке подняться. 
- Давайте, скорее. – Торопила я, склоняясь над раненой. – Лиам, она холодная!
- Оставь ее, ты уже не поможешь. 
Парень помог старикам отойти чуть в сторону, после чего направился к зараженному. Он ударил сначала по выставленным вперед рукам, потом по голове и ногам, затем нанес еще несколько ударов по голове. Старики были в ужасе, очевидно, просто не знали, что делать. Лиам все молотил зараженного, а я отвлеклась на вой, доносящийся с начала улицы. Там было еще двое зараженных. 
Внезапно в меня вцепилась пара холодных рук. Я в ужасе поняла, что женщина умерла и тут же обратилась. Сильная хватка потянула меня вниз. Я рухнула прямо на тело, и в сантиметрах от меня клацнула ее челюсть. Я закричала. 
Зараженная держала меня за руки, поэтому вырываться было чертовски сложно. Лиам подскочил сразу же. Он взял ножку от стула, которая служила мне защитой и, как кляп, всучил мертвой женщине в рот. Не имея возможности меня укусить, она, кажется, приутихла, и я высвободила одну руку. Я сразу же уперлась ею в грудь мертвой и вырвала из цепких лап вторую руку. Зараженная цеплялась за одежду, но Лиам вырвал меня из ее цепкой хватки. Так и оставив ее на земле, мы, забрав пожилую пару, быстрым шагом направились к дому. Зараженные, оставшиеся позади, протяжно стонали и выли. Это были уже знакомые нам звуки. 
- Надо закрыть все окна и двери. – Сразу сказал Лиам. 
- Зашторить окна и заблокировать дверь. – Добавила я. - Как вас зовут?
- Я Роуз-Мари Ковенс, а это мой муж Крейн. – Сразу же откликнулась старушка. – Мы живем на соседней улице. 
- Я Эванджелин, а это Лиам. – Сказала я, пропуская в дом чету Ковенсов. – Вам лучше подняться на второй этаж. 
- Нам нужно позвонить нашему сыну, Люису. Он приедет и заберет нас. 
- Вашему Люису сейчас лучше не появляться на нашей улице. – Оборвал старушку Лиам. – Иначе его настигнет смерть. Отправляйтесь на верх или помогите. 
Я пробежалась по первому этажу, зашторила все окна, пока Лиам и мистер Ковенс заблокировали двери в коридоре и на кухню. Затем мы поднялись наверх. Мы с Лиамом вытащили мой письменный стол в коридор, положили его так, чтобы он преграждал путь с лестницы. Затем мы притащили два кресла-раскладушки в комнату, взяли еще немного еды. 
- Дверь пока подпирать не будем. – Сказала я. – Теперь вы можете позвонить своему сыну, но не говорите, где вы находитесь. 
- Почему мы не можем сообщить ему это? – Возмутилась старая леди. – Он заберет нас, и мы не будем обузой для вас. 
- Роуз-Мари, вы мать и должны понимать, что если вы позвоните сыну сейчас, раскроете ему, что произошло и сообщите, где вы, то ваш сын тот же час захочет примчаться сюда, чтобы проверить, все ли с вами в порядке. На улице сейчас опасно. Не стоит этого делать. 
- Роуз, девочка права. Думаю, мы можем немного побыть здесь, пока снаружи не станет безопасней. Но мы правда не желаем быть обузой. 
- Мистер Ковенс, не стоит волноваться об этом. Вы можете находиться здесь столько, сколько захотите. 
Роуз-Мари всё же позвонила сыну и вкратце объяснила, что с ними случилось и почему они не приехали домой. Как я и предполагала, он очень хотел узнать, где сейчас его родители. Женщина не сказала ни слова, в итоге положила трубку и разрыдалась. Мы с Лиамом закрыли окно, и тихо стояли, вглядываясь в темноту. 
Зараженные бродили по улице, тихо подвывая. В комнате стояла какая-то мрачная тишина, которая нагнетала. Тихий ветер приносил отдаленные звуки выстрелов из центра городка. Я пару раз набрала Кейт, но она не отвечала. Волнение усилилось. Лиам предложил написать ей смс. Так я и поступила. 
Вскоре мы решили подпереть дверь шкафом и укладываться спать. Ковенсы расположились на моей кровати, а мы с Лиамом спали в креслах. Хотя сном это было тяжело назвать. В тишине слышался отдаленный вой и всхлипы Роуз-Мари. Около трех ночи мне пришел ответ от Кейт. Она сообщала, что с ней все хорошо. 
- Лиам, - приподнялась на локтях я, - Кейт пишет, что они с Метом вернулись в участок, с ними все нормально. На рассвете они поедут к тебе домой. 
- Хорошо. – Сказал он тихо, после чего я почувствовала его ладонь на своей. – А теперь постарайся поспать. Карантин только начался. 
Под утро выстрелы стихли, и от этого стало как-то спокойней. От усталости и нервного напряжения у меня просто слипались глаза. Я провалилась в крепкий долгий сон. 
Утро встретило нас необычайным спокойствием. На улице уже вновь было пусто. Роуз-Мари позвонила сыну еще раз, на этот раз уже рассказав все. Она объяснила, как лучше объехать. Молодой человек приехал за родителями спустя час. Мы лишь разблокировали дверь, прежде чем выйти. Ковенс младший был сильно похож на отца. Он был так же высок, худощав, с темными глазами и впалыми щеками. Характер же у него был скорее мамин. Он обрадовался, как пятилетний ребенок, когда увидел родителей. Затем он рассыпался перед нами в благодарностях, за то, что не оставили пожилых людей на улице. В знак благодарности он вручил нам два пакета продуктов, что было сейчас невероятной ценностью, а потом продолжил благодарить. Люис показался мне слишком мягкотелым. Я не была уверена в том, что эти трое выживут, ведь неизвестно, есть ли зараженный за углом, и если есть, то сколько их. Решения нужно принимать быстро. Сражаться или бежать – от этого сейчас зависела жизнь. 
Около десяти позвонила Кейт, сказала, что у нее все в порядке, и что они с Метом продержатся в участке до вечера. Она пообещала приехать до темноты, просила прихватить наверх аптечку, запереться и ждать. Я пообещала написать в смс последние события, что позже и сделала. Телевизор показывал лишь один канал, по которому крутили одну и ту же склеенную запись: в городе странная эпидемия. На улицах бродят зомби. Город в зоне карантина, власти ждут помощи, по улицам ездит патруль. Всем стоит затянуть пояски потуже. Выходить из дома разрешается лишь полицейским, патрульным и людям с медицинским образованием. Остальные должны сидеть дома. 
***
После обеда мы опять включили телевизор. Один и тот же канал. Одна и та же запись. Четвертый день подряд. Мне показалось, что я схожу с ума. Кейтлин мыла посуду, Мет сидел где-то внизу. Мы с Лиамом укрылись в моей комнате. Он лениво пересматривал стопки книг, пытаясь найти что-то очень скучное. Я смотрела в окно. 
- Как думаешь, почему они не берут трубку? – Спросил Лиам. 
- Не думай о худшем. Ты же знаешь, телефоны сейчас практически не работают. 
- Энжи, четыре дня…
- Я знаю. Но ты слышал, что сказала Кейт – как только их отправят в патруль, вы сразу же поедете к тебе домой. Я знаю, что прошу о невозможном, но потерпи еще полдня. Уже завтра ты будешь с родными. 
- Знаешь, о чем я думал этой ночью? В первый день я думал, что все это сражение, ожидание окажутся бесполезными, если вдруг окажется, что моих родителей уже нет, точно как нет Вильяма. 
- Ты не виноват в том, что случилось с твоим братом. – Перебила его я. 
- Знаю, но все равно чувствую себя виноватым. В первый день, тогда, когда мы встретили Ковенсов, я подумал, как славно, что мы помогли им. Ведь так же кто-то возможно поможет и моим родным, в случае необходимости. Но вот только спустя три дня я подумал, что боюсь потерять не только родителей. Я боюсь потерять и вас тоже. Ты, Кейт и Мет – вы для меня как родные, потому что я как родной для вас. Я хотел бы… чтобы они были здесь, но не знаю уместно ли просить об этом. 
- Я думаю, что как-то об этом мы можем договориться. Я уболтаю тетю Кейт. Если надо, отдам часть своей никудышней порции в пользу твоей мамы. 
- Эванджелин, ты невероятная! – Воскликнул Лиам с восхищением.
- Я самая обычная, знаешь ли. Просто у всех были сложности. Плохое случается.
- Ты не говорила об этом раньше. 
- Я предпочитаю не вспоминать, но раз ты уж напомнил, и делать особо больше нечего, то думаю, ты можешь послушать, если хочешь. 
- С радостью. – Сказал Лиам, падая на мою кровать. – Давай, выкладывай свое темное прошлое. 
Я села на подоконник, и начала неторопливый и довольно подробный рассказ.
***
Моя семейная трагедия началась пять лет назад. 
Отец ушел из семьи к своей любовнице. Его можно понять, он молодой, успешный доктор, делающий карьеру главным в жизни. Она красивая, ухоженная, молодая и перспективная практикантка. Проводя много времени вместе на работе, они полюбили друг друга. Отец, конечно же, очень меня любит, но жить в браке с моей матерью не мог. Он предпочел уйти. 
Моя мать всегда была со странностями. Она не работала, днями готовила пироги, убирала дом, гладила папины рубашки и помогала мне с уроками. Она была образцовой домохозяйкой, но на этом все и заканчивалось. Нас с папой всегда ждал дома вкусный обед, но мама была холодной, чужой и слегка отстраненной. В противовес веселому и активному отцу, она была слишком примерной и безумно скучной. Из-за этого, я думаю, он ее и бросил. 
Отец ушел и рай закончился. Мама стала запрещать мне все то, что у остальных детей считалось нормальным. Никаких подружек и друзей. Никаких воздушных змеев в парке и никаких поездок к морю. Никогда не носить коротких юбок или шорты, никаких топов и купальников даже летом. Никаких пышных причесок, только низкий хвост. Никакой косметики. Никаких украшений. Мама была серой мышкой в большом ярком мире, и меня она хотела сделать своим подобием. 
В детстве я еще не сильно понимала, в чем суть, но взрослея, я стала оказывать сопротивление. Кричать, спорить, убегать из дому вечером. С тех пор и дома, и в школе я получила ярлык трудного подростка. Я не понимала, почему я должна быть хуже остальных. Честно говоря, я до сих пор этого не понимаю. 
И вот, мы ссоримся в очередной раз. Я никогда не любила физкультуру в школе. У нас был жестокий учитель, который буквально в два раза увеличивал все нормативы. А еще моя серая спортивная форма напоминала больше мешок по форме, отчего я частенько забывала ее дома. 
- Ты должна прилежно учиться! – Воскликнула мама в очередной раз, и я чудом удержалась от того, чтобы зажать себе уши. 
У нее была привычка – повторять одну и ту же фразу десятки раз. Это настолько действовало на нервы, что я запиралась в комнате или убегала к своему другу Карлу. Сейчас мы были на кухне, и я никак не могла проскочить к дверям, чтобы уйти. 
- Ты должна прилежно учиться! Маленькая дрянь! Ты должна прилежно учиться! 
Фраза, которую я чаще всего слышала от матери, была именно такой. Скандалить не хотелось, но по-другому мне было не сбежать. 
- Не смей меня оскорблять! – крикнула я в ответ. - Не смей выговаривать мне за школу! 
- Ты должна прилежно учиться! 
- Я тебе ничего не должна! 
- Ты живешь в моем доме, и ты должна прилежно учиться!
Фраза о прилежном обучении настолько выедала мои нервы, что я была готова запустить в ответ первое, что попадется под руку. Меня не волновало, что именно полетит: чашка, разделочная доска или пирог. Главное – скрыться отсюда. И моя наблюдательность мне должна помочь. 
В постоянном одиночестве тоже есть свои плюсы. Ты мало говоришь и смеешься, но много видишь и слышишь. Это иногда играет на руку. Наблюдательность. Кажется, такое простое слово, но такое полезное. Любимое слово тетушки Кейт. Наблюдательность помогала в школе, помогала и дома. 
Я начала обходить стол, попутно думая, что лучше: запереться в комнате или сбежать? В первом есть минус – мама может стоять под дверью и повторять одно и то же чуть ли не до посинения. Мне же нужен был тайм-аут, поэтому я выбрала Карла. 
Мама двинулась за мной и отошла от дверей, а мне только это и было нужно. Обогнув стол, я выскочила из кухни, и, хлопнув дверью, схватила куртку и выбежала на улицу. Далее, обогнув угол дома, миновав две яблони и покинув участок, я побежала к соседней улице. Там, остановившись, я немного успокоилась и перевела дыхание. Пешком до Карла идти было полчаса, в животе урчало, а в кармане кроме телефона и ключей было не так то и много денег. Заскочив по дороге в круглосуточный магазин, я купила колу и чипсы. Усмехнувшись про себя, я начала неспешно есть на ходу, одновременно нарушая два маминых правила: никакой вредной пищи и никакого приема еды во время передвижения. 
Карл Санчес жил в небольшом доме на окраине города Ривен-Ривз. Он был всего на год старше меня, любил смотреть футбол и выпивать. Общество отвергало его так же, как и меня. Общего у нас было мало, но мы оба умели слушать, что крайне полезно, ведь частенько надо было выговориться как мне, так и ему. 
Сейчас он сидел в гараже, ковыряя старый мотоцикл и распивая дешевое пиво. Обстановка тут не менялась никогда: древний, потертый диван в углу, на стенах куча плакатов и вырезок из газет, мотоцикл, который не ездит уже лет 10, стол с кучей инструментов и бутылки из-под пива. Сегодня тут еще появилось два табурета. 
- Привет, Карл! 
- Привет, Энжи! Хочешь пива? – Спросил он, махнув рукой в мою сторону. 
Я привычно помотала головой, отказываясь и села на диван. Карл уже был изрядно подвыпивший – он пошатывался время от времени и назвал меня сокращенным именем. Так бывало, когда он не мог выговорить его из-за алкоголя в крови. 
- Ты уже починил табуреты? – Спросила я, лениво вытягиваясь на диванчике. 
- Да, еще в обед. – Ответил он, не отвлекаясь от работы. 
- Ты сидишь тут с обеда? – Опешила я, про себя подумав, сколько же он успел выпить за полдня, проведенные тут. – Ты что-нибудь ел? 
- Утром тосты и сыр. 
А вот это было еще хуже. Карл никогда не отличался сильным здоровьем, у него были слабый желудок и склонность к простудам. Он жил без матери, со своим так же выпивающим отцом, который редко появлялся дома. Я частенько готовила Карлу обеды, помогала убирать в доме, стирать и гладить одежду. 
- Я приготовлю ужин. – Сказала я, поднимаясь. 
Напевая веселую песенку под нос, я забрала табуреты и отправилась в небольшой дом. Здесь было не так просторно и светло, полки уже покрылись легким слоем пыли, лампочка в коридоре перегорела. Чисто случайно я задела шкаф на кухне, сверху на меня упала пачка хлопьев. 
- Хорошо, что закрытая. – Пробормотала я и осмотрелась. На столе стояла невымытая посуда, холодильник был почти пустой, не считая бутылки кефира и десятка яиц. 
- Не мучайся с этим. – Сказал Карл. – Я все равно не голоден. 
- Санчес, ты забыл вымыть посуду. 
- Не гуди, Роджерс, пойдем, погуляем. 
- Карл, тебе надо поспать. – Заметила осторожно я. Дружба дружбой, но этот парень не любил, когда ему намекают на его нетрезвое состояние. 
- А тебе нужно выговориться. Пойдем, в парке сейчас свежо. 
Он надел свою куртку и вместе мы вышли из дому. Парк был нашим любимым местом для прогулок. Поздним вечером там никого не было, и мы всегда могли выговориться и утешить друг друга. Выговориться мне хотелось больше всего. 
- Она опять повторяла это. Снова и снова. Я словно ей жизнью обязана! 
- Вообще-то так и есть. – Со смешком заметил Карл. - Марта – твоя мать. 
- Я не о том. Сколько раз она упрекала меня в том, что, если я живу в ее доме, то я должна следовать ее правилам? Но стоит мне только заикнуться о том, что я хочу жить с отцом, и она впадает в бешенство. 
- Не так-то долго и осталось – подумай сама. Скоро ты закончишь школу, уедешь. К тому же еще немного и наступит лето. Ты вновь уедешь к Кейтлин, немного успокоишься. В жизни еще не такое будет. 
- Ты прав. – Вздохнула я, поправляя волосы. 
Наступило молчание. Мне так хотелось что-то спросить, но в голову не пришел ни один толковый вопрос. Вместо этого я вспомнила Кейтлин, мою дорогую тетю Кейт, у которой я проводила каждое лето. Вот где я не встречала скандалов и запретов. Мы ездили к морю, устраивали пикники, ходили в гости к соседям, ездили в парк развлечений. Я чувствовала там себя живой, и это было настоящим раем. Единственное, за что я любила лето, это время, проведенное у Кейтлин, ведь она и сама была яркой, живой, веселой, энергичной, доброй и совсем не похожей на мою мать. Может, дело в том, что ей только двадцать четыре, и разница с мамой у них 12 лет? А может дело в психологии? Я долго ломала над этим голову, но все без толку. 
Позже Карл провел меня домой. Свежий воздух и долгое время на улице сделали свое дело с его состоянием. Я спокойно вошла в дом, тихо поднялась к себе и начала переодеваться в пижаму, стараясь сильно не шуметь. Было около трех часов ночи, когда я уснула. Измученная, я быстро и надолго отключилась, проспав даже будильник. Как же я удивилась, когда проснулась ближе к полудню в будний день сама. Не было криков по поводу того, что я проспала, прогуливаю школу и все в таком роде. В доме была полная тишина. Думая, в чем подвох, я подошла к двери, покрутила ручку и едва ли не обомлела. 
Меня заперли в комнате. Это было той еще новостью. 
- Что за… - Я резко пошатнулась, пытаясь нажать на ручку посильнее – она лишь тихо треснула. 
Что же теперь делать? Ждать? Связать простыни – крайний случай, с моей-то боязнью высоты вылезать со второго этажа через окно… 
Разогнавшись, я попробовала вышибить дверь плечом, но в ответ получила лишь боль. Ну и в дальнейшем, конечно, новый синяк. 
- А чтоб им всем! – Воскликнула я от злости. 
В доме было тихо. И куда же отправилась моя мама? Обычно в это время она убирает дом или занимается цветами на заднем дворе. Вот только мои окна в сад не выходят. И в доме ее явно нет. Не хотелось ничего. Живот еще не урчал, но в сумке я нашла полпачки с печеньем, которое очень любил Карл. Так, лениво жуя, я начала мечтать о лете. 
Каждое мое лето было похожим. Я ехала к Кейт, она брала отпуск, мы ехали на недельку к морю. Потом возвращались домой, покупали кучу вкусной и вредной пищи. Не смотря на то, что отпуск у Кейт был коротким, я находила чем себя занять. Ходила в кино и по магазинам, готовила и убирала. В будние дни я приносила на работу Кейт обеды. Там я познакомилась с Метом, ее напарником. Он не отличался постоянностью, если дело касалось женщин, но все это было лишь потому, что он уже давно полюбил мою тетю, просто скрывал это. Сама же Кейтлин ничего не замечала. По выходным мы ездили на пикники, устраивали семейный просмотр ужастиков, и я честно радовалась времени, проведенному с этими двумя. Адам Морган – начальник моей тети – подумал, что мы с Кейт сестры, так мы обе похожи. Волнистые волосы, каре-зеленые глаза, яркие лица – летом мы были именно такими, но приходила осень и все заканчивалось. 
Эти мысли согревали. Я приняла пенную ванную, выпила минералку, припасенную в школу, почитала книгу. Так, в воспоминаниях и образах я просидела у себя в комнате до вечера. За окном начинался дождь, невдалеке прогремел гром, подул холодный ветер. Я закрыла окно, завернулась в плед и уснула. 
Утром меня встретила тишина. На улице было холодно из-за вечерней грозы, а я жутко хотела есть, но, увы, печенье закончилось еще вчера. Я начала кричать и звать кого-то, но в ответ слышала лишь тишину. Собравшись с духом, я открыла окно и залезла на подоконник. Довольно высоковато, но иного пути просто нет. 
Из шкафа полетели все пододеяльники и простыни, которые только нашлись. Я принялась за работу. Час мучительных размышлений и хлопотной работы прошел, я выбросила из окна свой «канат», предварительно привязав один край к батарее. 
Честно, мне стыдно представлять, как это выглядело со стороны. Хотелось бы представить какой-то профессиональный спуск, быстрый и ловкий, как показывают в фильмах. Но в фильмах это делают каскадеры и со страховкой, а в жизни? У меня сразу онемели руки, задрожали коленки и предательски пропал голос. Ни закричать, ни пошевелиться. 
- Спокойно, спокойно, надо двигаться. – Сказала себе я мысленно. 
Дальше все случилось само собой и чем-то напомнило спуск по настоящему канату. Спрыгнув на землю, я запахнула теплую куртку и чуть обошла дом. Входная дверь была заперта. Тяжело вздохнув, я направилась к Карлу. Через полчала я уже сидела у него в гараже и рассказывала о своем заключении. 
- А что, если с ней что-то случилось? 
- Машины возле дома нет, значит она уехала. – Начала рассуждать я. – Случись с ней что-то в городе, кто-то пришел бы или позвонил, чтобы сообщить. 
- И что ты будешь делать? – Спросил Карл, когда я замолчала. 
- То, что должна была сделать давно. Я позвоню Кейт и все ей расскажу. Попрошу приехать. Я сидела взаперти без еды, без телефона! 
- Для начала мы тебя накормим, потом можешь позвонить. Я поищу запасной ключ, который ты мне отдавала, и ты сможешь попасть в свой дом. Пойдем на кухню. 
Я едва не расплакалась. Это был мой добрый заботливый Карл – единственный мой друг в Ривен-Ривз. 
На кухне он первым делом пошел к холодильнику, а я осмотрелась. Похоже, он немного убрал и даже помыл посуду. Мы быстро сварили рис, разогрели половину сырной пиццы и даже сварили кофе. Этот хаотичный обед казался мне самым вкусным в мире. 
- Спасибо, Карл. – Я поглядела на него с улыбкой. – Позвоню, пожалуй. 
Мы вместе вышли из кухни – я к телефону, Карл – искать ключ. 
Кейт сразу ответила на звонок.
- Да? – Раздался ее голос в телефоне. 
- Привет, тетушка Кейт. Узнала свою любимую племянницу? 
- Энжи, не зови меня тетей, тем более тетушкой! – Она сделала вид, что очень злится, но так и не смогла скрыть ноты смешинок в голосе. – Что-то ты рановато звонишь. Разве ты не должна быть в школе? 
- Понимаю, ты привыкла, что я пишу тебе сообщения, и да, я должна быть в школе, но нет, я сейчас не там и даже не дома. 
- Что-то случилось? – Спросила она и шикнула на кого-то рядом.
- Случилось. Похоже, это уже давно случилось. Твоя сестра совсем с катушек слетела. 
- Тебе тут Мет передает привет. Что там с Мартой? 
- Это короткая и грустная история. – Я вздохнула. - Боюсь, она совсем спятила. Кейт, ты не могла бы приехать? 
*** 
Мой рассказ прервал стук в дверь. Я отошла от окна и выглянула. Кейт и Мет стояли в коридоре, Мет держал корзинку с овсяным печеньем, Кейт на подносе принесла какао. 
- Впустите? – Спросила она.
- Да. – Я отворила дверь и пропустила обоих внутрь. 
- О чем говорили? – Спросил Мет. 
- Вспоминали прошлое. – Ответил вместо меня Лиам. – А вы что делали? 
- Почти то же самое. Знаете, нормального молока не было, пришлось использовать сухое и сахара может быть мало, он закончился. Но это лучшее, что я могу вам предложить. 
- Мы сможем найти что-то из продуктов завтра, я уверен. Город сидит в тишине. Четыре дня не так уж много, чтобы люди из-за голода преодолевали страх и выходили наружу. Люди ведь делают периодически покупки, запасаются чем-то. 
- Магазины разнесли в первый же день. Нужно будет хорошенько поискать. – Засомневалась Кейтлин.
- Разруха только в центре. Прочие магазины не тронуты. – Возразил Мет.
- Что там было? – Спросила я. – Мы слышали выстрелы. Довольно много выстрелов. 
Мет с Кейт переглянулись, словно спрашивая друг друга, стоит ли говорить. Но они знали, что сделали мы, что мы понимаем, как обстоят дела, что видим всю серьезность того, с чем столкнулись. 
- Что же, пожалуй, я начну. – Протянул Мет, присаживаясь в кресло и лениво потягивая какао. 
Кейт поставила поднос на подоконник, я взяла две чашки, и протянув одну Лиаму, села рядом с ним на кровать и приготовилась слушать. 
За окном гремел гром, где-то вдали вспыхивали молнии. За шумом дождя не было слышно ни воя, ни других звуков снаружи. Обстановка в комнате напоминала до приятности обычный домашний быт, если бы не страшный рассказ, звучащий из уст Кейт и Мета.



Vita Verbena

Отредактировано: 15.04.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться