Взгляд камня

2

Декабрь 2012 г.

- Доктор, что сказал? Когда результаты? - мой голос предательски дрожал.

- Ничего не сказал, - после паузы ответила жена, - говорит, мы вам сразу сообщим.

Мы замолчали. Мне было нечего больше спросить, а она уже всё рассказала, что могла.

Стою у окна, прислонив телефон к уху и пялюсь в даль. Мы оба понимаем, что сделать ничего не можем и от этого становится больнее. Я мог бы сейчас многое отдать, чтобы оказаться рядом с женой и дочкой. Но это невозможно.

В трубке слышен тихий плач супруги и от этого слёзы сильнее текут из моих глаз. Я реву. Реву тихо, чтобы она не слышала, а душа моя кричит и воет, от безысходности. Всё, чем я могу сейчас помочь, так это молчать в трубку. Хоть, таким способом, через телефон, сократить расстояние между нами.

- Врач мне сказал, молись! - каждое слово давалось ей с трудом, - Представляешь?! Говорит, ты молитвы знаешь? Молись!

Она заревела в голос.

- Тише, моя хорошая! - только и смог выдавить я из себя.

- Ты бы видел, какая безразличная, при этом, у неё была рожа! - она опять замолчала, но в этом молчании больше слов, чем в любой пламенной речи.

Мы созванивались по несколько раз в день и большинство времени, просто молчали в трубку. Так было легче ждать, ведь больше ничего не оставалось. На данном этапе, мы ждали результаты анализов и завтрашний профессорский обход.

Попрощавшись, я сел в кресло и включил телевизор. Было не важно, что показывают, лишь бы хоть немного отвлечься. Как не старался, но глядя в экран мозгами был, где-то там, с ними в больнице.

Мысли незаметно сменились воспоминаниями. Всплыли в памяти давние сюжеты из моего раннего детства. Настолько раннего и с такими подробностями, что по всем законам, вспомнить подобное, взрослому человеку, нереально.

***

Мне года полтора. Перед собой вижу ограждение детской кроватки, состоящее из пластмассовых колечек, перевязанных капроновым шнуром. Трогаю маленькими пальцами шнурок. Моя кроватка стоит напротив кровати родителей. На ней лежит мама и почему-то стонет. У неё огромный живот, она перекатывается со спины на бок и, с большим трудом, встаёт с кровати.

Мне около пяти лет. Стою в полной темноте, в трусах и майке, упёршись во, что-то грудью. Понимаю, что это дверь и должна быть ручка, чтобы войти. Нервно шарю руками по поверхности, но не могу её нащупать. Накатывает паника. Этого не может быть! Отлично понимаю, что нахожусь дома. Я сходил в туалет и возвращаясь обратно в кровать упёрся в закрытую дверь от комнаты. Точно знаю, что её не закрывал, но она закрыта. Начинаю стучать по ней кулаками. Включается свет.

- Андрей, что случилось? - отец подходит сзади, - ты чего там застрял?

От яркого света я прищурился. Передо мной, коричневая боковая стенка шкафа, по которой я яростно барабаню кулаками. Оказывается, это не дверь. В дверь я, как раз таки, благополучно вошёл, но не повернул к кровати, а уткнулся в шкаф.

-  Не знаю, - ответил я, - заблудился, наверное.

- Спать бегом! - недовольно сказал батя, - давай я жду и выключаю свет.

Мне шесть лет. Сижу на кровати и кричу нечеловеческим голосом. Отчётливо вижу себя со стороны, словно стою в центре комнаты и наблюдаю происходящее. Даже не в центре, а будто собой наполняю всю комнату, весь объём  помещения.

Мама пытается успокаивать меня-ребёнка, отец сходил в кухню и несёт кружку с водой.

- Тише, Андрюша, успокойся! - говорит мама, гладя по голове, - попей водички.

Вижу маму, склонившуюся к кровати и в тоже время смотрю её глазами на безумный взгляд кричащего ребёнка. Взгляд зверя. Огромные карие зрачки, пристально смотря сквозь мать. Он (я) пытается сфокусировать взгляд, но ничего не получается.

Мама подносит кружку к своим губам, набирает в рот воды и словно на бельё, во время утюжки, сильно дует в лицо сына. Тот, как рыба, ловит ртом воздух и прекращает кричать.

- Пей! - мама придерживая его (меня) за голову, подносит кружку к лицу ребёнка.

Мне десять лет. Сижу на диване. Рядом со мной пожилая женщина. Узнаю в ней свою прабабушку Лену.

- Баба лена, - доносится из кухни голос моей мамы, - ему ещё уроки нужно делать!

- Успеет, - отвечает бабушка Лена, - мы скоро закончим.

Я делаю вид, что очень увлечён разговором, хоть и давно потерял нить повествования. В любом случае, это лучше, чем сидеть за учебниками.

- Сегодня я дам тебе камушек, - негромко произносит баба Лена и развязывает узелок. Тот, в котором носит всякую непонятную дребедень, - специально для тебя его приготовила.

Она копается в среди мешочков и тряпок, и вытягивает скомканный платок, на углу которого завязан узел. Крепкими пальцам, развязывает узел и достаёт из него, небольшой камень, перевязанный чёрным шнурком. Берёт мою руку, поворачивает ладонью вверх и кладёт на неё камушек. Складывает мои пальцы в кулак и пристально смотрит в глаза. Взгляд, какой-то чужой. Он пронизывает и будто проходит в центр головы. Я пытаюсь отвести глаза в сторону, но ничего не получается. Появляется страх, который медленно притупляется. Чувствую тепло в теле. Мне уже не страшно и нет желания отводить взгляд. Скорее наоборот. Хочется смотреть в её глаза. Чем дольше смотрю, тем сильнее растворяюсь. Уже слабо понимаю, где нахожусь, кто я и что происходит. Более того, мне это совсем не интересно. Чувствую, как очередная мысль зарождается, как привлекает моё внимание, но не захватывает, как это происходит обычно. Мысль, в виде некоего сгустка зависает в пространстве, обретая некоторую плотность. Я могу наблюдать её, одновременно с сотнями и тысячами других, таких же мыслей и идей. При этом царит полное безмолвие. Абсолютная тишина в голове. Любую свою мысль, висящую неподвижно, я могу "раскрыть" и получить всю её информацию мгновенно. Причём, это происходит не в виде болтовни в мозгах. Информация возникает, как вспышка, вся и сразу. Получив её, схлопываю обратно в сгусток. Я могу взять информацию из одного конкретного сгустка, либо из нескольких сразу. Чувствую каждый из них. Все мои мысли, все эти сгустки, если смотреть на пространство в целом, представляют собой густой кисель.