Я стою на том берегу

Ч. 1. Глава седьмая. Долгая ночь

- Что случилось?

Он почти силой втащил ее в дом, он не помнил, когда в последний раз видел Майю такой потерянной.

Впрочем, потерянной – слабо сказано.

Глаза у нее были совершенно осовевшие, да и так, впрочем, ясно, из-за пустяка она не пришла бы к нему среди ночи.

- С Леночкой плохо, - выговорила она. – Совсем плохо.

- Господи, что?..

- Схватки... На два месяца раньше... Я вызвала врача, но... Она такая слабенькая... я боюсь, Вить. Я пошла к тебе... Я просто не могла там быть одна. – Он понял, что еще немного, и у Майи начнется истерика. Хотя сестра и была медицинским работником, но при родах ей, кажется, присутствовать не доводилось.

- Успокойся, черт побери... Сейчас, я оденусь, и пойдем к ней.

- Вить... я не пришла бы, если бы все было нормально… Она не родит сама. Я же знаю ее состояние... Боже, и ничего нельзя сделать...

- Успокойся, я сказал! Рано плакать. Возьми себя в руки.

Как ни странно, этот окрик подействовал. Майя стояла перед ним по-прежнему очумевшая, но сохраняющая хотя бы видимое спокойствие.

Виктор на мгновенье прижал ее к себе.

- Молодец, девочка. А теперь объясни мне толком, когда ты уходила, врач уже был там?

Майя кивнула.

- Конечно. Я бы ни за что не оставила ее одну... Когда все началось, я была на работе. Оказывается, у нее еще днем отошли воды... А схваток все не было. Она, глупенькая, даже и не поняла как следует, что происходит. Так рано... Я вызвала врача, он сделал ей укол, чтоб начались схватки... Мне страшно, Вить.

- Ну, тихо, тихо. Подожди меня секунду.

Виктор быстро зашел в комнату. Эльза сидела полностью одетая, аккуратная, и не подумаешь, что здесь было пять минут назад.

- Я все слышала, Виктор. Я иду сейчас домой, не переживай.

- Все так неудачно... Ты можешь подождать меня здесь, если хочешь, я оставлю ключ, но я не могу тебе сказать, когда вернусь...

- Нет. Я ухожу.

Виктор заколебался.

- Как ты доберешься одна...

- Нет, нет. Не беспокойся за меня, слышишь... Иди, тебя ждут.

Он благодарно на нее посмотрел.

- Пойдем.

Они вышли в прихожую. Глаза у Майи округлились. Она даже отступила на шаг к двери.

- Здравствуйте...

- Доброй ночи, - его ночная гостья была сама светскость. – Меня зовут Эльза, а вы, я так понимаю, родственница Виктора?

- Да... Майя, очень приятно.

Кажется, сестренка тоже вспомнила о хороших манерах.

- Ладно, не время расшаркиваться, - оборвал их Виктор. – Собираемся.

«Хотя, черт, чем я смогу там помочь?» - подумал он. В свое время он посещал курсы первой помощи, но там будет врач... Единственное, что в его силах, это, наверное, не дать сойти с ума Майке от беспокойства. Да и то хлеб.

Вслух он, естественно, ничего этого не сказал.

На улице они расстались с Эльзой, и разошлись в разные стороны. Виктор оглянулся ей вслед: высоко поднятая голова, идеально прямая спина. Племянница герра Шварца умела держать себя с завидным достоинством.

Виктор поразился, до чего они с Майей не похожи друг на друга. Эльза – короткостриженная блондинка, среднего роста, и по всем повадкам настоящая аристократка, сестра – темноволосая, и длинные волосы собраны вечно то в тугую косу, то в тяжелый узел, кое-как подоткнутый шпильками и заколками, маленькая, юркая и такая простая... Майя была для него здесь единственным настоящим осколком дома, всего привычного, дорогого, из детства.

Она была очень нужна ему.

- Эта твоя женщина, Вить? – спросила сестра, смотря на него снизу вверх. – Прости, мне не следовало, наверно, приходить без приглашения. Но у меня нет телефона, ты же знаешь.

- Перестань... Ничего страшного не случилось.

Он поймал ее по-прежнему вопрошающий взгляд и улыбнулся.

- Нет, я не знаю, моя ли это женщина, Майка... Но она мне очень нравится. Очень.

Больше они на эту тему не заговаривали.

...В общежитии, у входа в Майкину комнату, их встретила Кэтхен. В кои-то веки она, кажется, была занята чем-то полезным: в руках у нее был тазик с водой, а на плече чистое полотенце. Одета она была в поношенный домашний халат, и с этим странно дисгармонировало ярко накрашенное лицо, особенно глаза, густо подведенные синим карандашом.

- Мужчинам здесь делать нечего, - сурово заявила она. – Не на что тут смотреть...

- Кэтхен, - обрадованно улыбнулась ей Майя, - так здорово, что ты здесь. Что говорит врач?

- Сейчас, - она умудрилась как-то ловко, задом, открыть дверь и исчезла. Через полминуты она появилась уже с пустыми руками.

- Отойдем, тут все слышно.

Они отошли.

- Ничего твой врач не говорит. Только я не дура, и так понятно, что девке худо. Слабая она у тебя, Май... Я-то, когда рожала, можно сказать, и не заметила, на второй день встала... Да мы были деревенские, разве чета вам, - она фыркнула. – Мучается девка – сил нет смотреть... Дай бог, чтоб выжила, ребенок-то вряд ли выкарабкается, - Кэтхен перекрестилась.

- Боже мой, боже мой… - бессвязно повторила Майя. – Я должна идти туда, - рванулась она к комнате.

- Да подожди ты, - остановила ее Кэтхен. – С братом твоим дай разобраться. И зачем только ты его позвала – ума не приложу.

Майя покраснела.

- Иди-ка ты, милый, ко мне, - решительно обратилась ее соседка к Виктору. – Там мои дети с этими вашими делами все равно не спят, хоть займи их чем, сказку почитай, что ли... Тут, - она кивнула на майкину дверь, - ты точно ничем не поможешь.

Виктору хотя и была неприятно, что его считают таким никчемным, но все же он испытал какое-то облегчение. Он, как почти любой человек, боялся смерти и чужой боли, и ничего не мог с собой поделать.

- Может, я все-таки смогу быть чем-то полезен... – неуверенно сказал он.

- Конечно, сможешь, - решительности было Кэтхен не занимать, - хоть моим детям набедокурить не дашь. Пошли.