Харн Остров отчаяния

Глава 7.

   Проснулся посреди ночи от странного предчувствия чего-то нехорошего, я лежал по самое гороло в какой-то вязкой и скользкой жидкости, похожей на кисель, которая сочилась из пор на ветвях дерева и собиралась на дне чаши. До ближайшго разветвления в чаше было всего полтора метра и можно было легко выбраться, когда дерево было сухим, а теперь было тяжело выбраться из жидкости, а так же нога соскальзывала по поверхности и я съезжал на дно чаши вновь.

   Жидкости натекло уже по колено и двигаться внизу чаши стало тяжело, попытавшись разбежаться что бы дотянуться до разветвления, я поскользнулся и припечатался лбом о ствол. От резкого удара в глазах потемнело и я завалился на бок, а когда объехал вниз то еще и хлебанул этой жижи, во рту тут же запекло и постарался скорее сплюнуть эту дрянь. С третьей попытки мне все же удалось дотянуться до прохода меж ветвей и я выбрался наружу и сел на толстой ветке и осмотрелся. 

   Наступало уже утро, внизу не было ни одной твари, на самом дереве, кроме меня, так же не было никого, а на деревьях вокруг пестрела жизнь, тот тут, то там я видел разноцветных птах, которые заливались соловьиными трелями. Внизу, под кронами, виднелись различные мелкие зверушки, рассмотреть их из далека у меня не вышло, но похожи они были на больших крыс или небольших собак, что-то среднее, длинный голый хвост, задние лапы длиннее передних и треугольная морда. Они копошились в корнях деревьев и грызли что-то держа передними лапками, как я понял они были не хищными. По деревьям, так же как я вчера, прыгали какие-то обезьяноподобные тварюшки, на подобие лемуров. В общем, лес жил своей жизнью и не обращал на меня внимания.

   Осмотревшись по кругу, я не нашел то ящероподобное создание, а так же убедившись что внизу никого нет, спустился к роднику и напился воды, а так же принялся смывать склизкую жижу, которая уже начала подсыхать.Я стал ополаскивать руки, что бы напиться воды из ладоней. Как только вода попала на жижу, та стала пениться и выделять какой-то вонючий пар, а так же стало жечь кожу на руках. Я постарался смыть пену большим количеством воды, но стало только хуже, пена смылась и пар перестал валить, но и на коже появились бисеренки крови и боль была невыносимой. Вода сразу окрасилась в розовый цвет, кровь выступала через все поры на коже и выше кистей снова начала образовываться пена и там так же начало припекать.

   Поняв, что водой эту дрянь не смоешь без последствий, я через боль вытер руки об остатки мастерки, которая тут же начала превращаться в жалкие лохмотья, ее разъедало как кислотой. А жижа на всем теле уже начала подсыхать и превращаться в корку, довольно твердую корку. Я попытался оттереть ее остатками мастерки, но корка не хотела стираться, а мастерка в пустую терлась о гладкую поверхность. Тогда я решил начать максимально двигаться, что бы корка не затвердела совсем и не стеснила мои движения и это оказалось верным решением. Уже через десять минут жижа стала твердой как кора дерева, а в подвижных местах расслоилась, но не отвалилась от кожи. Руки жгло огнем, я обматал ладони остатками мастерки, что бы остановить кровотечение.

   В брюхе заурчало от голода, последний раз я ел более суток назад, встав на колени и напившись воды, я встал и начал обходить дерево покругу в поисках смысла жизни, тоесть ища чего-нибудь пожрать. Вспомнил что те крысоморды что-то выкапывали у корней деревьев я пошел к кромке леса. Осторожно подходя к лесу я всматривался между деревьями на счет опасности, мало ли что, а я с поврежденными руками быстро на дерево вряд ли влезу.

   Обойдя по кромке, я углубился на два метра и снова сделал круг, так и ходил по кругу, с каждым разом забирая все глубже и глубже, пока не наткнулся на куст знакомых ягод. Объел куст и заглянул под него, а там нашел какие-то странные, голубоватого оттенка, грибочки. На всякий пожарный я захватил с собой парочку, но брал их аккуратно, через тряпицу. В пятидесяти метрах вглубь леса на восток от моего дерева я нашел деревце с плодами, которые я ел с парнями в первый день на этом острове. Запасся впрок и вернулся к исполину, вновь напился воды из родника и присел на отдых в корнях дерева.

   На заготовку еды я убил добрых четыре часа, тихо ходить по лесу и постоянно прислушиваться меня никто не учил, а потому все это происходило очень медленно, к концу заготовки я вымотался как физически, так и морально, постоянно ждать опасности напрягает.

                                                                           * * *   

   Так потянулись дни, я уходил в лес за фруктами, возвращался к дереву, к счастью за это время хищники меня не беспокоили, а вот я побеспокоил местную травоядную живность, теперь они обходили исполина и его полянку не меньше чем за двадцать метров.

   Руки полностью зажили через две недели и я смог залезть на дерево что бы посмотреть что творится в чаше. Когда я поднялся наверх, там было пусто, шершавая поверхность ствола и ничего более. Я уселся в центре чаши в позе лотоса и стал ждать. Через пол часа из всех пор дерева снова стала сочиться странный сок, на этот раз я решил не рисковать и по быстрому спустился обратно, что любопытно, сок выступал только внутри чаши, а снаружи дерево оставалось таким же сухим.

   Я решил поохотиться, а для этого мне нужна была хорошая дубина. В ближайшем лесу я такой не нашел, а потому захотел отломать ветвь исполина, но сколько бы я не пытался, у меня ничего не вышло. Толстые ветви не поддавались, а тонкие гнулись как угодно, но сломать так и не получилось. Тогда я совершил попытку охоты в рукопашку.