Химия Любви

Размер шрифта: - +

Глава одиннадцатая. Пропана Ивановна

11 Пропана Ивановна

 

Дэн ждал меня у стола охранника. Дэн бедно одет. Особенно обувь. Но джинсы приличные. Мне было всё равно, если честно, как он одет. Потому что Дэн очень хорошо учится. Он – талант. В школе всем наплевать, как он одет. А на улице пусть пялятся. Мне было всё равно.

− Куда ты хочешь сходить? – спросил Дэн.

− В гастроном, − ответила я.

И мы пошли в гастроном, купили «колу» и чипсы. Я не знала, какие брать.

−Я ела чипсы один раз в жизни.

И я рассказала Дэну, что травы – это мой бзик, рассказала о гимнастике, о мамином опоздании и Максе (об избиении я ничего не рассказала), и о том, как после случая с чипсами, мама каждый вечер перед сном вместо сказок Гауфа стала читать мне книгу «Фармакология», книжку «Как действуют лекарства внутри нас» и книжицу «Лечебница на подоконнике», а также разнообразные брошюрки о химических элементах и газетные вырезки о биодобавках. У мамы много старых газет в файлах. И много книг по очищению организма. По йоге много. Ну и по лечебным травам, которые в лесах-полях, а не на подоконнике. Я рассказала Дэну и о Пропане Ивановне.

 

Я готовлюсь, точнее – готовилась, поступать на химический факультет. Я занимаюсь, точнее − занималась с репетитором: дочкой известного химика Макарова-Землянского. Пропана Ивановна из Москвы уехала, когда её машина сбила на «зебре». О машине только мы знаем, а всем любопытным Пропана Ивановна говорит, что в Москве «смог, грязь, чад и творога нет хорошего», поэтому она и перебралась в Мирошев. Пропана Ивановна кружок «Юный химик» ведёт у нас в ДК «Октябрь». Это удивительная женщина. Она сама делает кремы для лица, сама перегоняет[1] эфирные масла (сырьё ей собираем мы с мамой). А как Пропана Ивановна объясняет! Я к ней в химический кружок с третьего класса ходить стала. Когда я училась в шестом классе, ЕГЭ ввели. И в тот год у папиных сослуживцев дети «пролетели» на юридический. Мама испугалась страшно. Папа ходил ошарашенный. Стало ясно, что для того, чтобы отлично сдать ЕГЭ, нужен репетитор. Мама месяц уговаривала Пропану Ивановну со мной заниматься. Но Пропана Ивановна отказывалась и отказывалась, утверждая, что «дураков натаскивать на дурацкий ЕГЭ она не умеет». Осенило папу. Точнее так. Мама попросила папу проверить в больничке[2] медицинскую карту Пропаны Ивановны:

− Ходит с палкой – посмотри: не суставы ли. От суставов я бы ей и обёртывания организовала и противоспалительные антиартритные мази на прополисе приготовила бы.

− О чём ты, Инга, − отмахивался папа. – Она же химик. Она в лекарствах и травах больше твоего сечёт.

Но всё-таки в больничку папа сходил, карту с главврачом пролистал и с кем-то в больничке проконсультировался. У Пропаны Ивановны оказался – оперированный мениск. А от мениска всегда прописывают бассейн. Папа был тогда ещё в УВД и у них был сигнал: бассейн заминирован. Всех эвакуировали, здание бассейна прочесали, телефонного хулигана не нашли, а папа тогда же договорился и оформил Пропане Ивановне абонемент. И, ничего не сказав, ни мне, ни маме, поехал в ДК к Пропане Ивановне. Впихнул этот абонемент. За бассейн и такси туда-обратно Пропана Ивановна согласилась учить меня. Сейчас, спустя пять лет, она без палочки в помещении ходить стала. Вода есть вода. Вода – это спасение. Но в бассейне можно грибком заразиться.

Анализ на грибок – это просто, всего лишь микроскопия[3]. У нас в Мирошеве в больнице делают соскоб и везут в областной диспансер, хотя всего-то надо под микроскопом смотреть. Поэтому мы с Пропаной Ивановной просто для себя делаем свои дерматологические анализы в лаборатории. Это не интересно, потому что спор и почкующих дрожжевых клеток мы у себя не обнаруживали. И я, и она после бассейна мажем стопы антимикотиком[4]. Да и вообще – я боюсь, если честно выращивать колонию грибов. Они – живые, эти грибы. Я в учебнике только раз их фотографии рассматривала, мне грибы не понравились, они – страшные. Пропана Ивановна говорит, что это – непрофессионально. И просто преступление, если учесть, что я потом собираюсь быть криминалистом. Но я всё равно пролистываю страницы. Мне до криминалиста долго ещё, и далеко. Я кровь изучать люблю, с кровью всё намного сложнее и интереснее, и нет ничего страшного. И всегда можно свою же кровь тщательно изучить, а не картинки листать. Может, если бы какой микоз ко мне привязался, он бы мне тоже родным стал, и я его с удовольствием в колонии взращивала и наблюдала[5]? Но когда папа мне рассказывает, каких запущенных бездомных подбирают у кремля, мне становится нехорошо. Привозят бомжей в УВД, с них – опарыши сыплются. Там ни микроскоп не нужен, ни лаборатория. Там людей элементарно надо вымыть и лечить. Я говорю папе: «Это вообще не мой профиль!» А папа спорит, он вообще хочет, чтобы я в медицинский универ шла, а не просто на химический факультет. Папа хочет, чтобы я патологоанатомом стала. Но это в наши с мамой планы не входит.

 

Пропана Ивановна не ожидала, что я такая «способная и увлечённая». Это маму удивляло и обижало, мама говорила:

− С третьего класса в кружок к этой хромой химичке ходим, а она о твоих способностях не догадывалась! Что же это за педагог?!

Педагог Пропана Ивановна − отличный. Просто она считает: сейчас «дети поглупели», «все люди деградировали» и не стоит «пытаться тянуть за уши» − натаскивать то есть. Она мне призналась, что не могла даже предположить, что в Мирошеве живёт такая заинтересованная семья. Пропана Ивановна говорит, что тут всё сошлось: сбор и заготовка лекарственных трав приучили меня с детства к наблюдению за изменениями веса и физико-химического состава вещества, обычно же дети уверены что «всё в мире – константа». С другой стороны − опасная профессия отца, его работа в отделе по борьбе с наркотиками, проиллюстрировали мне на конкретных примерах, как «полезное химическое сырьё или бесценное готовое вещество или лекарство могут превратится во вселенское зло: в губительный яд, видоизменяющий, а то вовсе уничтожающий популяции человечества».



Рахиль Гуревич

Отредактировано: 15.05.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться




Books language: