Холодное сердце гурна

7.9

Можно за доли мгновений придумать десятки способов уйти от прямого ответа?  

Можно...  

И прежде, чем я воспользовалась последней мыслью, вспомнив об обещании, что дал мне Марх перед игрищами, двери в залу резко распахнулись, а на пороге появились трое воинов в истинном обличии. Они меняли свой звериный облик стремительно, с каждым шагом, и вот уже в нескольких шагах от нас стояли привычные для меня гурны, злые и нахмуренные. 

— Простите нас вожак, — обратился крупный мужчина с белой красивой бородой. — Но дело не терпит отлагательств.  

Король тут же изменился в лице. 

— Говори, Дэрг. 

Мужчина рыкнул. 

— Границу пересекли маги. Одину из них почти удалось незаметно проскользнуть вглубь леса, но я смог отследить его, — первые слова мужчины зал встретил по-разному, девушки испугались, сжались друг к другу, а мужчины же, наоборот, вскочили со своих мест и утробно зарычали, грозясь принять вторую ипостась. — Маг был сильный, однако, он больше не сможет воспользоваться своей силой в полной мере. 

Другой мужчина, стоявший позади, достал что-то из-за запазухи, и бросил на мраморный пол, прямо к моим ногам.  

Красные пятнышки испачкали подол юбки, оседая на белене ткани рванными брызгами, девушки завизжали, но я сначала обернулась, хотела увидеть Эркхарда, но увидела, как теряет сознание Астурия, а после, когда мой взгляд опустился к предмету, я перестала дышать.  

Это была рука. 

Оторванная человеческая кисть. С гербовым кольцом. 

Кольцом, принадлежавшим моему брату. 

Ориан?!  

— Что вы с ним сделали? 

Мой замогильный голос разлетелся по залу подобно раскатам грома. 

— Софи? Ты знала его? — поинтересовался Марх, но я уже не видела парня. В глазах стоял туман, непролитые слезы душили горло, а на кончиках пальцев заискрился снег. 

— ЧТО. ВЫ. С НИМ. СДЕЛАЛИ? 

Внутри разрасталось пламя ненависти и жажды расправы над теми, кто посмел убить моего единственного брата. Человека, которого я очень сильно любила, признаться к моему стыду, даже больше, чем родного отца. Но не той пылкой любовью, от которой дрожь во всем теле и зябнут конечности от нерешительности, не то, когда стучит сердце, как стало диких вепрей, и хочется того запретного и темного, что хранит твоя душа, пока не воспылает всепоглощающей похотливой страстью, а нежное, бескорыстное, крепкое чувство заботы о своей кровиночке,  

— Знай свое место женщина, — грубо и брезгливо бросил в мою сторону бородатый воин.  

— Софи, что с тобой? Софи... Софии... Соффиииии... 

А дальше, я ничего не успела понять, потому что почувствовала легкий удар по шее, и сознание стало медленно уплывать. 

Проснулась от того, что слышала чужие голоса, мужские, и хорошо знакомые. 

Марх и Эркхард. 

— Что ты с ней сделал? 

— Не переживай, избавил тебя от участи вдовца! — рыкнул Эркхард. 

— Что? Эркхард, да ты ее чуть не убил! — шепотом кричал Марх. 

— Уж поверь мне, если бы я хотел... 

Наступила тишина. Гнетущая. Они долго молчали, скорее всего общались мысленно, пока я потихоньку приходила в сознание, где яркими картинками переплетались образы родителей, брата, Нейры и Араны, Амелии. Они хороводом кружили в голове, петляя воспоминания и запутывая из без того размытую реальность. 

И пока я видела их образы, мужчины снова заговорили. 

— Она нравится тебе. Не отрицай! Я видел, как ты смотришь на нее. Видел, учитель. И я... я... Я не отдам ее, даже если мне придется вызвать тебя на поединок. 

— Тогда ты оставишь вдовой ее, — быстро ответил Эркхард с рычащими нотками. Я без труда поняла о ком идет речь, и если не брать во внимание, что мне было очень плохо, будто меня резали изнутри, то было не очень приятно осознавать себя игрушкой, которую не могут поделить два хищника. 

— Эркхард, я не отступлюсь! 

— Тогда ты сам ее убьешь! 

Я не понимала их странный диалог, но Марх сдался первым и вылетел пулей, хлопнув дверью напоследок. 

— Открывай глаза, Софи, я знаю, что ты уже пришла в себя, — более миролюбиво сказал гурн, и я разлепила веки, прячась от света ночной свечи, слепящей как полуденное солнце. 

Попыталась встать, но тело было слабым, и меня мутило. Горячие пальцы коснулись плеча, и я оказалась прижата к теплой груди мужчины.