Холодное утро в 3018

Размер шрифта: - +

Глава 5

– Сегодня мы поговорим о налоговых проверках. Мы должны выяснить, с какими целями они проводятся, выделить и охарактеризовать виды проверок, определить порядок их проведения. На прошлом занятии вы уже обращались к этой теме, когда изучали налог с продаж, помните? Хорошо. Как и в прошлый раз, мы поработаем с Налоговым уложением. В данном нормативном правовом акте закреплены основные положения о налоговых проверках, раскрывается сущность этого термина, указываются основания для их проведения. Также существует Методика проведения налоговых проверок. Но давайте сперва обратимся к тексту Уложения. Загружайте справочно-правовую систему, – с 9:00 и до 16:00 я читал лекции и проводил практические занятия у студентов-правоведов, обучающихся в Льежском университете. Так уж вышло, что мне поручили вести самые разнообразные предметы: историю, компаративистику[1], налоговое, трудовое и процессуальное право. Старшие преподаватели обычно ведут дисциплины, объединённые общей темой, что, разумеется, куда логичнее. Я же занимал младшую должность, а значит, всем было плевать на мои научные интересы, предпочтения и удобство. Но жаловаться нет смысла, напротив, я радовался, что получил эту работу сразу же после выпуска. Я хотел связать  жизнь с преподаванием, и мне нравилась атмосфера, царившая в Университете. Деятельность там кипит и бурлит, хлещет через край. И студенты, и преподаватели кажутся неутомимыми, увлечёнными. Их привлекают исследования, они ищут ответы на все вопросы и искренне верят, что смогут докопаться до истины. Да что говорить! И я был таким. Университет занимает целых тридцать этажей жилой башни, верхние из которых отведены на общежитие для студентов. На нижних этажах расположены аудитории, лаборатории, тренировочный центр, оранжерея, библиотека и архив. Университет поистине огромен, настоящий город в городе, и обойти его вдоль и поперёк на своих двоих очень трудно. Обычно студенты и преподаватели передвигаются на мини-карах или же поднимаются вверх и спускаются вниз в стеклянных лифтах. В Университете обучаются ребята не только из самого Льежа, но и из пригородов, составляющих агломерацию. Высшее образование в ЕАК бесплатное, но поступить в высшее учебное заведение непросто, слишком высокий проходной балл. Большинству выпускников школы приходится довольствоваться колледжем. Тем же, кому посчастливилось поступить в Университет, предстоит заниматься ещё три долгих и трудных года, чтобы получить диплом бакалавра. Я учился ещё два года, чтобы добиться степени магистра и права обучать студентов.

После занятий я оставался в Университете ещё на несколько часов, работал над конспектами лекций и заданиями, искал материал для научных статей. После я либо спешил в Школу, либо на дежурство. В любом случае, я возвращался домой только за полночь и тут же заваливался спать. Как только появлялась возможность вести дополнительные курсы, я тут же предлагал свою кандидатуру. Я набрал учебных часов с избытком и порой корил себя за жадность и неуёмное желание как можно скорее выбиться в люди. В будние дни я был свободен всего три часа, в обеденный перерыв и в промежутке между занятиями в Университете и Школе или между дежурствами. Субботу, если не было занятий и дежурств, я посвящал тренировкам, оттачивал навыки стрельбы и рукопашного боя. Воскресенье же  проводил в родительском доме, приглядывая за бабулей. Не скажу, что я любил воскресенья.

Меня преследовала безудержная жажда деятельности. Порой, правда, я чувствовал непреодолимую, давящую усталость и хандрил. В такие минуты  очень хотелось остаться одному, побыть наедине со своими мыслями, вздохнуть полной грудью и прекратить, наконец, бесконечную гонку за благополучием. Я был привязан к студентам, гордился своими учениками, но порой меня угнетало их общество. Я уставал от проблем, которые они обрушивали на меня. У меня не просто болела голова, страдал мозг. По вечерам  казалось, что его распиливают на мелкие кусочки. Нестерпимо хотелось тишины, покоя. Я уставал от людей, а вот от книг – никогда. Ну вот… я разнылся. Не знаю, что на меня нашло. Неужели  история с Гильдией выбила меня из колеи?

В тот день я никак не мог сосредоточиться на занятиях, голова была забита другим. То и дело я прокручивал в мыслях данные об убитых Гильдией людях. Хавьер и Каролина открыли мне доступ к их профилям. Все они были разных возрастов, профессий, разного социального статуса. Они не были связаны друг с другом, они не могли быть знакомы. И, тем не менее, ими заинтересовались киллеры. Что же их объединяло?  У нас не было ни одной зацепки. Ни одной.

Каролина сообщила, что моего кода доступа будет достаточно для ознакомления с материалами фонда Ф. 28.Р.59 Публичного архива в Париже. А вот для фондов ХаД 79, 61 и 64 потребуется злосчастный код доступа 312, который имеется только у Председателя Тинга ЕАК, Верховного главнокомандующего, главы Службы безопасности и у пары-тройки генералов. «Страшно представить, что за тайны сокрыты в этих файлах! Просто так прокатиться до Парижа мне никто не позволит, а я должен туда отправиться и хоть на шаг приблизиться к разгадке сообщения профессора Никифорова».  Я собирался примоститься к своему научному руководителю, Хенрику Ольсену, который отправлялся в Париж на конференцию, а для этого нужно было в считанные дни состряпать приличный текст доклада для выступления. Именно над этим я и должен был работать после занятий. Но, увы, вдохновение меня покинуло. Целый час я бесцельно пялился на мерцающий экран рабочего компа, смотрел в одну точку и трепал отросшие волосы.

Мне достался очень удобный рабочий уголок. Стол наполовину скрывался за выступом стены, а посему коллеги, сотрудники кафедры, не могли видеть, чем я занят. Правда, у меня был самый маленький стол, на котором никогда ничего не помещалось. Разглаженные стопки синтетической бумаги, учебные пособия и сборники научных статей громоздились на самом краю столика, ими были захламлены и  ящики. Ко всему прочему, робот-секретарь приволок ещё пару стопок: отчёты, программы и прочая документация, которая требовала  проверки. «Хватит прохлаждаться, нужно сосредоточиться, нужно работать! Погибшим уже не помочь, это так. Погибших уже не спасти, но вот других людей, которые могут стать жертвами Гильдии, ещё можно уберечь. А для этого следует расшифровать сообщение профессора».



AnniLora

Отредактировано: 01.03.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться