Холодное утро в 3018

Вместо заключения

В обеденные часы через Центральный район не проберёшься, непременно застрянешь в пробке и погибнешь от тоски. Все жители Льежа куда-то спешат.

Сегодня дроид-регулировщик (вряд ли от его услуг откажутся в ближайшее время), мигая красными, зелёными и оранжевыми огнями, размахивая длинными конечностями, направляет электрокары вверх и вниз. Но всё равно район «стоит». Я жажду покинуть шумный и безумный Центр города, хоть больше не страдаю от жары. Искусство-нарин служит лучше любой, даже самой современной холодильной установки.

Система управления электрокаром в режиме ожидания переключает каналы. Едва ли не на каждый из них транслирует первое обращение к гражданам ЕАК канцлера Бенджамина Холинвуда.

«Никто не говорит о массовом закрытии космических программ и полном отказе от использования роботов. Нет, об этом и речи быть не может! Технический прогресс ушёл далеко вперёд, и мы не имеем права игнорировать его достижения. Но я прошу вас не забывать, что во всём следует соблюдать меру, что существуют границы, которые нельзя переступать. Никакие великие свершения, никакие научные открытия не умаляют ценность человеческой жизни. И она не должна быть принесена в жертву даже во имя самой великой цели.

Случившаяся трагедия потрясла Конфедерацию и весь мир. И она не должна повториться. Никогда».

Канцлер уже приступил к реализации политической программы «Партии справедливости». Взят курс на масштабные преобразования в социальной сфере. Новые рабочие места для людей, пособия и налоговые льготы для малоимущих, бесплатная медицинская помощь… ЕАК с нетерпением ждёт перемен, но никто не гарантирует, что они скоро наступят.

Спустя месяц после вступления Холинвуда в должность канцлера завершилось судебное разбирательство по делу «Снежного королевства», был вынесен приговор Виктору Бергману, магнатам, учёным и сотрудникам станции. Бывший канцлер и несколько ведущих исследователей были казнены, богатеи же отделались тюремными сроками и огромными штрафами. Кажется, илионийцы были удовлетворены. Но говорить об отношениях с пришельцами, как о дружеских, пока не приходится.

Корпорацией Логинова теперь руководит управляющий. Эжени передала значительную часть личных средств отца в Фонд помощи пострадавшим носителям гена X. Она умница, моя Эжени!

Увы, как выяснилось, в деле «Снежного королевства» ещё рано ставить точку. Согласно данным Управления внешней разведки, аналогичная программа имеется и в Штатах. И теперь, обращаясь к гражданам ЕАК, выступая перед журналистами, Бенджамин Холинвуд надеется, что его услышит президент Штатов. Проклятый лицемер! А ещё требовал от руководства ЕАК спешно закрыть программу. Неужели он откажется от исследований? Вряд ли. А значит, наша борьба ещё не окончена.

Хорошо, что мы успели перехватить станцию. Если бы учёные попросили убежище в марсианской колонии Штатов, в руках у тамошних учёных оказался бы невероятно ценный материал…

Что же… проклятой станции и всех наработок больше нет. Признаться, иногда я думаю, что мы поторопились, уничтожив файлы «Снежного королевства». Мы утратили преимущество над другими государствами.

Ах, чёрт с ним, с преимуществом! Страшно, что ещё какое-то время таких людей, как я, будут преследовать, заманивать в ловушки, обманывать, исследовать. Страшно! Чудовищно! И с этим нужно что-то делать.

Сегодняшней выпуск передачи Эжени и Стейси посветят носителям гена X. Многие из них придут в студию и расскажут о заточении, о спасении, о трудностях возвращения к нормальной жизни, о планах на будущее. Гарри Питерс выступит с самой настоящей речью. Он теперь звезда, этот мальчик, выживший на страшной станции и не разучившийся улыбаться. Гарри – постоянный участник шоу Эжени. Уверен, это поможет его семье выбраться из нищеты. А я прослежу за успеваемостью мальчишки, помогу сдать экзамены и поступить в Университет.

Придут Хавьер и Каролина (их скоро переведут в Особый отдел полиции, а посему Хавс уже две недели ходит, задрав нос), семья Антония Севра, восьмилетняя дочь Гектора Бофорта, Шарлотта, с бабушкой, родственники погибших носителей гена и даже Женевьева Валери. Мы поговорим о «Снежном королевстве», об опытах и о реабилитации, вспомним тех, кто погиб, спасая невинные жизни. Вспомним профессора Никифорова, Акира Иширу, Регину, агента Севра и, конечно же, командора Бофорта. Мы будем взывать к благоразумию политиков и учёных из Штатов, попросим их остановиться. Будем просить, а потом и требовать до тех пор, пока нас не услышат. Пока не поймут, что никакая великая сила не стоит загубленных жизней.

Да, я тоже приму участие в съёмках. Подробно расскажу о расследовании, но умолчу о том, что до сих пор, вспоминая ужасы станции, не могу унять дрожь в пальцах, что, закрывая глаза, вижу застывшие зрачки Регины, её бледное лицо в свете аварийных ламп, цеплявшегося за племянницу смертельно раненного профессора Никифорова, измождённые лица спасённых носителей гена и улыбку командора Бофорта. Его последнюю ласковую улыбку, его руку, трепавшую меня по волосам и сжимавшую руль…

Эх, командор! Ты, как никогда, нам нужен!

Не упомяну я и том, что в каждом сне брожу по коридорам станции, толкаю стеклянную дверь лаборатории, в которой ждёт Хильда фон Вейнер, готовая связать меня и подключить датчики к телу. Только потом я понимаю, что она превратилась в глыбу льда. Но каждый раз я кричу, кричу так страшно, что пугаю любимую девушку. Нет, ни за что в этом не признаюсь!

Командор сказал: «меня излечит время». А вдруг и оно не поможет? Тогда, надеюсь, меня спасут семья, Эжени, работа и книги.