Хозяева Русского моря

Размер шрифта: - +

Глава восьмая. Начало морской службы

Вернувшись в Акрополь, вздремнуть братьям так и не удалось, и в нарядных одеяниях они отправились с Княжеской семьёй, на утреннюю молитву в храм. Теперь уже они стояли в парчовых кафтанах подле самого Князя, гордо приосанившись но смиренно, подстать Мстиславу.Братья ловили на себе любопытные женские взгляды, а за их спинами тихо шептались голоса сплетниц, обмениваясь последними городскими новостями. За завтраком их на удивление ни о чём не расспрашивали, да и сами они старались помалкивать, молча наслаждаясь изысканной едой.

По окончании трапезы, Любислав с Бранимиром особо не задерживаясь покинули стены Акрополя, и пройдя пешком через шумную сутолоку Агоры, пришли в пропахший рыбой, дешевым вином и старым сыром порт. Тут они застали дюжину знакомых с морским делом дружинников Путяты, больше тысячи пиратов Прокопия с рыбаками, двух присланных Шимоном лекарей, и четверых мастеров стрельбы из камнемётов. 

Братья все утро ломали голову как им быть с офицерскими званиями своего флота, но к их радости, все утряслось как то само собой. Учитывая что в Тмутаракани самой старой и многочисленной общиной была греческая, а подавляющее большинство рыбаков и пиратов тоже были греки, то пришлось прислушаться к их авторитетному мнению, так как столько луженных глоток было просто не перекричать.

Команды кораблей назвали по русски ватагами, всех командиров назвали по пиратски атаманами, а лекари были сами по себе. Флагманский дромон нарекли именем греческого морского бога "Посейдоном", что по русски звучало как "посей Дон". Так что когда спрашивали что за бог такой, объясняли, что он реки на земле посеял, что море натекло, а так как с Дона начал, от того и "Посейдон".

Управлять "Посейдоном"поручили лучшему мореходу Тмутаракани с таинственным прошлым, и назвали его по латински капитаном от capitaneus, что значило "головастый", ибо управлять такой махиной бестолочи не под силу. Капитан со старого торгового корабля привел своих опытных матросов, которые занимались только управлением судном, и ни к каким прочим делам не привлекались.

Любислава с Бранимиром назвали по гречески "Кириосы Понтийские", что означало "Хозяева Гостеприимного моря", и было ничуть не хуже сарацинского "Амир аль бахр". Отряд военных судов назвали Первой эскадрой от латинского exquadra, и доверить командовать ею моряки решили Кириосу Любиславу, так как по русски его имя значило "любим славой".

Хоть Любислав при крещении и получил имя Николай, но греки вместе со всеми увидели в его русском имени добрый знак, и решили так оставить. Еще Прокопий прислал на флагман дородного повара - грека, который всю свою жизнь провел в плаваниях, и стал коком на "Посейдоне".

Кириосы быстро укомплектовали команды Первой Тмутараканской эскадры, марсовый матрос закрепил на вершине грот - мачты голубое шелковое полотнище флага, и всех моряков обрадовала новость, что за каждый день проведённый на кораблях, они получат жалованье как за дежурство в городской страже, не взирая на то, в походе они, на вахте в порту, или на учениях и тренировках. 

Море было довольно тёплым, небо безоблачным, а солнце ласковым, и выведя суда эскадры в залив, Кириосы начали обучение моряков с того, что заставили всех бегать по горизонтально закреплённым вёслам. Чем народ и занялся до обеда, а братья слегка прикорнули в шикарной капитанской каюте дромона, ставшей теперь ихней. 

Сперва все бегали поодиночке, ловко перепрыгивая с весла на весло, хотя половине все же пришлось искупаться в морской воде, прежде  чем они овладели этим навыком. Затем начали бегать по десять человек с каждого борта. Ладьи на этот раз раскачивались намного сильнее, и моряки толкаясь и подскальзываясь, целыми отрядами падали в воду. 

Нехитрое вроде бы умение, на самом деле давалось с большим трудом, моряки щедро окатывали своих товарищей солеными брызгами, ну и как водится со всяким новым делом, набивали себе шишки, синяки и ссадины.

Каюта Кириосов, расположенная прямо под мостиком, была очень просторной с выходом на небольшой, защищенный щитами балкон. Высота потолка была как на всех палубах корабля в косую сажень, и позволяла морякам без труда передвигаться с короткими копьями в руках или большими боевыми луками. Ярусом ниже располагались камбуз и кают - компания, а под ней лекари обустраивали свою лечебницу. Еще на каждом ярусе кормовой надстройки было по две каюты, которые заняли капитан, кок, лекари и офицеры корабля.

Капитан со своей командой внимательно следил за происходящим на борту, и своевременно отдавал распоряжения офицерам. По традициям ушкуйников все ватажники кашеварили на кораблях по очереди, а капитан дромона отрядил десяток матросов в помощь корабельному коку и Кириосов в полдень разбудил аромат безумно вкусной наваристой ухи из нескольких видов местной рыбы.
 Любислав с Бранимиром решили Князю до вечера глаза не мозолить и отобедали со своими офицерами в кают кампании "Посейдона" ухой, кислым вином и лепёшками со сладким соусом из смеси коровьего масла и мёда. Моряков кормили тем же самым, а бочки дешевого кислого вина стояли на палубах всех кораблей эскадры, и любой мог подойти к ним когда вздумается, что бы выпить. 

Некоторые наливали вино себе в чаши, добавляли по желанию мёд, и мочили в нем лепешки. Каждый поедал пищу как привык, и это никого не раздражало. Еще были бочки с мочеными мелкими фруктами, в основном дикими сливами, яблоками, грушами и айвой. А так же имелись запасы соленого сыра и рыбы, вяленого мяса и зерна. Если не везло с рыбалкой, то варили густую крупяную кашу с мясом и сыром, а то и вообще перебивались лепешками с соленой рыбой.

- Чай не Князья всякими церемониями окружать простое поедание ухи с лепешками. - говаривали моряки, за обе щеки лихо наяривая ложками из мисок, ароматную наваристую горячую жидкость. Увидев, что они едят, тут же к морякам слетелись бесцеремонные чайки, и стали выпрашивать кусочки хлеба, а то и просто подворовывать. 



Алекс Ларь

Отредактировано: 02.03.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться