Хозяйка ветров

11

С самого утра шел снег. Мягкий, редкий. Бесконечное кружение снежинок убаюкивало, обещало покой и тепло. Небо казалось дырявой пуховой подушкой, а дорога — периной, на которой так хорошо поспать перед обедом.

— Смотри, Грыт! Что это? — давешний мальчишка, имени которого Грыт так и не узнал за все три месяца пути из Западной Империи, испуганно дернул за рукав и указал влево.

Грыт замедлил шаг и поднял руку, приказывая каравану остановиться. Из снежной пелены проступили черные силуэты не то драконов, не то летучих мышей немыслимых размеров.

— Мы пришли, — ответил он умиротворенно.

— Пришли?

Спутники не верили. Кто испуганно, кто радостно, кто равнодушно. Словно нарочно, снег перестал, а в прореху облаков выглянуло солнце. Косые желтые лучи упали на двух каменных стражей, высветили серую нить моста через ущелье и обрисовали пронзающий сизые тучи шпиль.

Башня Заката разочаровала всех, даже мальчишек-рабов. Страшный издали мост оказался широким и огражденным перилами, башня — сложенной из грубых камней неказистой дылдой, дверь — сколоченной из обыкновенных досок. Вместо химер, демонов и умертвий внутри были пустота и тишина.

Весь караван, вместе с яками, поместился в единственной комнате первого этажа: огромной, высокой и совершенно пустой, с серым каменным полом и такими же стенами. Ни окон, ни лестниц, лишь невзрачная дверь в дальнем конце. Грыту показалось, что когда-то посреди залы стоял трон, но рассыпался от времени, покрыв весь пол ровным слоем пыли.

— Куда ты привел нас? — сердито спросил неугомонный Нурша-бей, едва размотав шарф и распахнув в тепле доху. — Где слуги? Где Хозяйка ветров? Тут все мертво.

— Мертво... — откликнулось эхо со всех сторон. — Мертво, — проскрипела фигура, возникшая на пороге.

Из-под капюшона серой хламиды едва виднелся крючковатый длинный нос и поблескивали неопределенного цвета глаза. Сухая рука с черными птичьими когтями сжимала высокий, выше роста, посох.

— Слуг им подавай, — проворчала старуха, подходя. — Давайте, показывайте, что там у вас, и проваливайте.

— Приветствую Ваше Темнейшество...

Нурша-бей протянул Хозяйке запечатанное письмо, но та отмахнулась.

— Нет. Вам нечем заплатить.

— Но... это не единственный караван! Если Ваше Темнейшество согласится, мы привезем...

Тот, кого назвали Темнейшеством, резко засмеялся басом, скинул капюшон и оказался невысоким русоволосым мужчиной лет тридцати. Вытянутым скуластым лицом и желто-коричневыми глазами он напоминал волка.

— Убери эту писульку и передай Лерду: если еще раз попробует втянуть Хозяйку в войну, одним наводнением в столице дело не ограничится.

Для убедительности он стукнул посохом в пол. В ответ под сводами зала завыл ветер, резко похолодало.

Посеревший Нурша-бей отступил и замотал головой.

— Я всего лишь вез письмо! Я не знаю, что там!

— Если бы знал, не дошел бы, — равнодушно бросил маг и повернулся к сбившимся кучкой мальчишкам. — Вам туда. — Он махнул в сторону, откуда пришел.

Рабы испуганно молчали и не трогались с места.

— Бегом, — прикрикнул на них Нурша-бей и искательно глянул на мага.

Тот промолчал, только окинул рабов светящимся ядовитой желтизной взглядом. Мальчишки, дрожа и спотыкаясь, пошли в указанном направлении.

— Что, не одобряешь? — непроницаемый взгляд мага остановился на Грыте.

— Нет. Ненавижу рабство.

Голос подвел Грыта. Он снова захрипел и закашлялся, но ответил магу таким же уверенно-равнодушным взглядом. Маг ухмыльнулся совсем по-волчьи, скользнул взглядом по едва заметному шраму на шее Грыта, и обратил его на остальных купцов.

— Товар кладите тут и идите вместе с яками в пристройку. Совсем одичали, кхе корр... — пробормотал он под нос.

Купцы засуетились, снимая вьюки.

— Что стоишь? У тебя дело к Хозяйке, вот и иди к ней.

Грыт вздрогнул от неожиданного сочувствия в голосе желтоглазого. Коротко поклонился Колчану и Бочке — на всякий случай, вдруг не увидятся больше. И пошел к дальней двери, на ходу размышляя: кто этот желтоглазый? Слуга? Никто и никогда не слышал о том, чтобы Хозяйке служили люди, только ветры и волшебные твари... может, оборотень?.. Перед самой дверью он в последний раз обернулся и перехватил насмешливый взгляд желтоглазого: "не гадай, чужак, все равно не догадаешься", — говорил этот взгляд.

В камине весело трещало пламя, рыжие отблески плясали на мягком ковре, на вышитом подоле и остроносых туфлях Хозяйки. Сама Хозяйка вместе с креслом, на котором сидела, тонула во мраке.

— Ну, здравствуй, воин, — странный, свистящий и певучий голос казался ветром среди скал. — Садись к огню, грейся.

Огонь вспыхнул ярче, высветив еще одно кресло: Грыт не стал бы клясться, что его тут не было, но... Он ослабил завязку рубахи, пожалев, что не имеет чистой, и сел.

— Выпей вина, гость, — снова послышалось из мрака. — Поешь, а потом поговорим.