Хранитель Историй

День шестой

День шестой. Оливер Свифт узнает тайну преследователей, а Джейсоны находят себе временное пристанище. 

Погода портилась на глазах. Тучи надолго поселились на небе. Они изрыгали на город ужасный гром, а промозглые северные ветра с немым упорством проверяли на прочность городские постройки. Рыбаки поговаривали, что такого не бывало со времен последней Тиранской войны, случившейся добрую сотню лет назад. Весна всего за пару-тройку дней обратилась настоящим межсезоньем, когда лужи сковывает мороз, а с деревьев слетает последняя листва. 
Клер сидела в самом центре отцовской библиотеки и с ненавистью взирала на рваные обложки, изодранные в клочья листы и выдранные из пазов полки. Она презирала эти пыльные источники знаний, пытаясь найти случившему хоть какое-то объяснение. Но очередная бессонная ночь прошла впустую. 
Часы пробили двенадцать, заставив ее избавиться от тяжких мыслей. Итог оказался довольно прост - им с братом больше не следует жить в плену собственных воспоминаний, а необходимо раз и навсегда избавиться от тягостного прошлого. Однако кое-кто был не согласен с подобным суждением. Призрак отца, ненадолго оставив ее в покое, пришел снова. Терзаемая бессонницей, Клер спустилась на первый этаж, прошла в гостиную и здесь услышала протяжный скрип половиц. Кто-то медленно приближался со стороны библиотеки. А через секунду появилась тень. Высокая фигура в плаще проплыла в сторону кабинета мистера Лиджебая и растворилась прямо перед дверью. 
Девушка знала – дом никогда не оставит их семью без присмотра. Ведь в каждом дюйме этих мрачных стен скрыты воспоминания о Джейсоне-старшем. Его страхи, боль, одиночество все еще витают между пролетов, порождая образы и видения. Теперь Клер окончательно поняла, какое жуткое наследство досталось ей с братом. 
Под утро она вновь вернулась в библиотеку. И долго копалась в груде никому ненужных книг. Когда-то такие близкие и родные, сейчас они казались ей предателями, способными вонзить нож в спину, лишь бы их не касались посторонние руки. Царивший полумрак, в котором словно в пыльном алькове тихо похрапывали тысячи древних фолиантов, слегка шелестя пожелтевшими страницами, растворился в свете масляного фонаря. 
- Ну где же он? – прошептала Клер. – Где этот чертов дневник? 
Она была уверена, что книга в кожаной обложке с красной тесьмой где-то рядом. Но стоило торопиться. У нее совсем не осталось времени. 
Первыми вниз полетели пузатые справочники с нижних полок, потом девушка перешла выше, воспользовалась лестницей. И так стеллаж за стеллажом, ровно двадцать четыре. 
Вскоре работа была окончена. Бумажное болото дыбилось острыми гранями, когда над ними вспыхнули яркие языки пламени. Клер уже приблизила самодельный факел к куче фолиантов, когда ее рука все-таки дрогнула. Момент был упущен. Пламя сдул случайный сквозняк, и томительное приготовление к казни закончилось. Она никогда не установит свои правила на территории, где властвует кто-то другой. 
Клер упала на колени. Безысходность впилась в нее крючковатыми когтями, заставив взвыть от отчаянья. Отцовский дневник, где бы он ни находился, ни за что не даст себя уничтожить. Клер согнулась пополам, жалобно вздрогнула и затихла, пытаясь перебороть боль от очередного поражения. В таком состоянии ее и нашел брат.   

*** 
Рик задремав в отцовском кабинете, но подпрыгнул от внезапного шума. Ему показалось, что особняк вновь ожил и загрохотал тяжелым хрипящим дыханием. Следующая мысль была еще ужаснее. Юноша представил, как в дом, будто стайка мерзких грызунов, пробираются сгорбленные фигуры громил с корабельного кладбища. Быстро забрав отцовский дневник из тайника, Рик осторожно выглянул из-за двери. В гостиной никого не было. 
И снова недолгую тишину нарушил грохот. На этот раз определить его источник было не так сложно - звук исходил из библиотеки. Недолго думая, Рик пошел на шум.    
Тревожный огонь свечей вырвал из темноты крохотную сжавшуюся среди поваленных книг фигуру. 
- Клер? Это ты? Что случилось?! – юноша застыл у входа, не смея двинуться дальше. 
- Он скоро придет за нами. И никто его не остановит. Ни закон, ни беззаконье. Для него не существует границ. Даже если мы отдадим ему отцовский дневник. Он просто прихлопнет нас, словно букашек! – голос сестры прозвучал отрешенно, словно из глубины ямы, в которой она мысленно находилась весь день. 
- Ты это о чем?
Но Клер как будто не слышала вопроса: 
- Возможно, у него можно выкупить нашу свободу. Если выдвинуть условия, до того как дневник попадет к нему в руки. По крайне мере, у нас есть шанс. 
Рик прижал ладонь к куртке, где хранился источник всех бед. 
- Он говорил со мной, - продолжила сестра. – И он угрожал. И знаешь, он не из тех людей, кто пустословит. Я знаю это. Этот мистер способен на что угодно, даже на убийство… И еще он хочет, чтобы именно ты передал ему отцовский дневник. Но я не желаю... Я сделаю это сама… - голос Клер затих. 
Ее плечи дрогнули, и Рик услышал легкое всхлипывание. Из молодой девушки его сестра в одну секунду превратилась в старую скорбящую старуху, которая давно потеряла собственную жизнь и сейчас влачила жалкое существование, восседая у смертельного одра в ожидании неотвратимой участи.  
- Но где ты видела мистера Сквидли? Ответь! Заклинаю!  
Клер покачала головой, словно ей были чужды эти вопросы.   
- Нет, я кажется поняла в чем дело. Ему не нужен это треклятый дневник. Это лишь предлог. Через нас он хочет добраться до отца. 
- До отца? Да что ты такое говоришь? Наш мучитель давно кормит червей… - Рик внезапно осекся и замолчал. И откуда в нем только взялась подобная жестокость.  
- Все не так просто… совсем не просто, - отозвалась Клер и опустила голову.  
Библиотеку окутала напряженная тишина, которую вновь прервал голос Лиджебая-младшего: 
- Я знаю, что нам делать. Во-первых, дневник отца принадлежит нам, и мы не станем его отдавать какому-то проходимцу. А во-вторых, мы установим свои правила игры… 
Клер повернулась и серьезным взглядом окинула брата. В его голосе не было и капли страха. На секунду она даже поверила, что устами Рика говорит их отец. 
- Какие еще правила? 
- У меня есть козырь. Человек, который обязательно нам поможет. 
Клер устало кивнула. У нее просто не осталось сил на лишние расспросы. 
***  
Лютый холод пробирал до самых костей. Легкие накидки не справлялись с царившей на улицах стужей. Они покинули дом, в спешке захватив с собой лишь самое необходимое. Рик запер дверь на все замки и бросил взгляд на окна второго этажа. За одним виднелась черная фигура кота. Тот провожал хозяев недоуменным взглядом. Вот уж кто точно не понимал, с какой такой стати нужно выбираться на мороз из уютной теплой гостиной. 
- Ты уверен, что нам помогут? – осторожно спросила Клер и, получив в ответ короткий кивок, окончательно успокоилась.  
Они миновали улицу Забвения, перешли мост Откровений. Возле Башенной площади было немноголюдно, и никто из горожан не задался вопросом, куда спешит семья Джейсонов, прихватив с собой пару дорожных сумок?  
- Знаешь, порой мне кажется, что мистер Сквидли не человек, а настоящее чудовище, - внезапно сказала Клер и замолчала. 
- Кем бы он не оказался, он действительно представляет для нас большую опасность, - согласился брат.  
- Только как же нам бороться с тем, кто не принадлежит этому свету? 
На это вопрос ответа так и не нашлось. 
Они уже добрались до площади Семи ветров, когда вновь зарядил мелкий дождь. Клер слегка знобило, но вовсе не из-за погоды. Нервную дрожь вызывал рассказ ее брата. Рик поведал ей во всех подробностях, что случилось с ним за последние дни. Утаить пришлось лишь тот факт, что на его руке теперь имеется странная пиратская метка, которая больше напоминает ужасную экзему, чем некое предупреждение.  
Клер слушала внимательно и с опаской косилась на брата. С каждой минутой мир приобретал для нее все более мрачную окраску. А огромный портовый город становился обычной мышиной ловушкой, в которую они, к своему несчастью, умудрились угодить.  
- Думаешь, Скиталец говорит правду? – поинтересовалась Клер, когда рассказ брата подошел к концу. 
- Не знаю. Но мне безумно хочется ему верить. 
Он изобразил подобие улыбки, но вышло как-то слишком натужно. 
- До сих пор не верится, что отец был путешественником, – Клер попыталась перевести разговор в более спокойное русло.  
Брат лишь пожал плечами. Чтобы утверждать, что так и есть, у него не было ни одного доказательства. 
У площади Морской пощады они остановились. Рик обернулся и с сожалением взглянул на западную часть города – туда, где остался их дом. 
- Мы обязательно туда вернемся, – заметив грусть на его лице, приобняла брата Клер.   
- Я знаю, все что сейчас происходит, временно, - согласился тот. 
Впервые за долгие дни они вновь выглядели как семья. Единое целое, которое невозможно сломить никакой неприятности.