Хранитель Мира

Глава 8: Отчаяние

Глава 8: Отчаяние

Обухом на голову Олафа обрушились печальные вести, принесенные Линкольном из Вилстеда. Он планировал прожить спокойную и размеренную жизнь, тихо правив в Альгоране, но этому не бывать. Орды «Тараса» угрожали тотальным истреблением его народа, в данный момент оказавшегося совершенно неготовым к военным действиям. Численность регулярной армии едва превышала и десяти тысяч, большинство из которых были сосредоточены в столице — это означало практически полную незащищенность периферии и окружных деревень. Королевские генералы, не обремененные опытом и стратегическим мышлением, убеждали его на совете стянуть все оставшиеся войска в столицу и защищать только ее. Некоторые из них даже предлагали бежать в давнее королевское убежище — непреступный морской бастион — Крепость дракона. Король понимал — они не способны помочь ему даже дельным советом, не говоря уже о боевой стратегии. Во время обсуждений он сидел и смотрел в одну точку, пытаясь осмыслить происходящее. Речи его генералов отходили на второй план, их слова постепенно сливались в одну большую кашу, которую он осмыслить уже не мог. Устав от пустословий его командиров он с криком прогнал их прочь. Он долгое время находился наедине с собой, рассматривая карту королевства. Головная боль, одолевшая его с самого утра, после совета только усилилась. От боли он не мог ясно мыслить, он постоянно отвлекался, нервничал, ломал в руках карандаши. Он бы просидел так без результативно еще часа два, если бы в зал не вошла его девятнадцатилетняя дочь — Элизабет. Среднего роста, тонкая и изящная зеленоглазая, темноволосая красавица. Несмотря на юный возраст, она была не по годам умна. Элизабет читала много интересных книг, интересовалась живописью и даже военной стратегией, а вечером она занималась фехтованием. Увидев отца в таком состоянии, она немного растерялась. Олаф стеснялся проявлять свою злость при дочери и ему стало крайне неловко, что она застала его таким.

— Проходи Лиза, смягченным голосом произнес он — Я тут думаю как нас спасти королевство! — Эти позорные… Олаф немного осекся — Эти слабовольные генералы только и твердят чтобы я собрал все манатки и бежал в Крепость дракона! — Трусы! Вот они кто! — Ты как думаешь Лизи, что нам делать?

Послушав все это, Элизабет понимала, что они обречены. Тотальная неразбериха на совете и полное отсутствие боевого опыта у их полководцев делало свое дело. Надежда у нее была только на своего брата Эдгара, который находился сейчас в порту Прентис по служебному поручению.

— Пап, а ты уже написал Эд..Эдгару? — От него есть к..к..какие-то вести? Немного заикаясь произнесла она. В детстве юная принцесса, увлеченная игрой в войну, была сильно напугана одним из придворных мальчишек, который изображая древнего колдуна, неожиданно выскочил в темноте с зажженным факелом в руках. С тех пор девушка немного заикается и панически боится любых проявлений или упоминаний о магии. Тот случай, именно «колдун» запал в ее душу, хотя огонь в руках мальчишки был и вовсе не магическим.

— Да доченька, я отправил ему письмо сразу после того, как услышал вести от Линкольна — жалко парня, совсем ведь молодой! Отец в очередной раз схватился за голову. Боль подобно тискам сжимала его затылок

— Папа, тебе плохо? Встревожилась Лиза

— Не знаю, голова сегодня что-то совсем чугунная! — С твоего позволения можно я полежу минут двадцать. Как только боль уйдет мы с тобой вернемся в эту комнату и займемся стратегией, хорошо моя рыбка? Он аккуратно погладил ее по голове и направился в сторону своих покоев.

Король лежал у себя в кровати, а Элизабет внимательно рассматривала карту, когда в их дом ворвалась еще одна горестная весть, принесенная вороном — город, в котором находился Эдгар уже осадили враги — он был полностью изолирован от внешнего мира, без надежды на отступление.

Армия генерала Хёрдинга, наступающая с севера, была не единственной. Прентис, находящийся на юге королевства осадила вторая Армия «Тараса» под командованием друида Шайлы, уже уничтожившая при этом старинный город Колград. В изолированный со всех сторон порт не поступало продовольствие. В городе началась паника и страшный голод. Олаф, измученный продолжительной головной больной, окончательно потерял веру в себя и свое королевство. Сильное отчаяние накрыло его с головой, заставив закрыться у себя в покоях и никого не пускать. Элизабет же, несмотря на столь трагическую весть, восприняла ее как посыл к действию. Безусловно она была расстроена тяжелым положением брата, в ее глазах даже стыли слезы, которых она старалась не демонстрировать, но она понимала одно — горем брату не поможешь. От имени своего отца она приказала собрать войско для похода на Прентис, загоревшись целью разорвать кольцо окружения. Но к глубокому разочарованию в рядах армии участились случаи дезертирства как среди солдат, да и их командиров, многие уезжали в глухие деревни, кто-то вовсе плыл на остров, непреступную резиденцию короля — Крепость дракона, оставив всех своих подчиненных на произвол судьбы. Тех немногих, кто решил остаться, видя короля в таком состоянии тоже стали посещать мысли о побеге из столицы. Моральный дух солдат был в страшном упадке. Им нужен был лидер, тот кто наполнит их сердца надеждой и верой в лучшее.