Хранители Фолганда

*39*

Долгое время дверь в чулан оставалась закрыта, и Скай не видел мага. Самые страшные мысли Фолганд убивал волей, не давая им получить власть над собой. Отвлекая себя от беспомощного положения цепного животного, повторял уроки отца, схемы чар и пытался конструировать заклинания. Вначале, имея свободные руки, Скай усердно пытался сдвигать точки пальцами, но стихий по-прежнему не чувствовал, а выстроенные им конструкции оставались лишь плодом яркого и сильного воображения. Потом ему надоело бессмысленно гонять руками воздух, и он прилёг, продолжая работать со схемами в уме.

Он повторил инструкцию к обороту, обнаружив с радостью, что не забыл ценную информацию, и занялся заклинанием из книги. Множество раз Скайгард выстраивал линии в пустоте, образуя поле из тридцати шести секторов, расставлял точки, связывающие фрагменты чар, сдвигал в нужные позиции. От потери внимания или эмоции терял наработки, повторял заново, занимая ум, чтобы не думать об ужасном положении, в котором оказался. Так время проходило быстрее.

Не зная, сколько прошло часов, Скай начал ощущать голод. Отстранённо подумалось, что маг может и не проявить доброту, как в первый раз, и не станет кормить, но особой тревоги эти мысли почему-то не вызвали. Скай чувствовал себя спокойным, не опустошённым и смирившимся, а наполненным ровно текущей энергией. Не взрывной, как это могло быть, ощущай он стихии, а дающий ровно столько, сколько ему сейчас было необходимо.

Маг всё-таки пришёл, когда шар, освещавший тюрьму Ская, растерял магическую силу и погас.

- Держи! – Люций бросил пленнику небольшой хлебец, потерявший свежесть пару дней назад. – Не было времени обеды готовить, - он усмехнулся.

Не торопясь, Скай съел половину, а вторую отложил в сторону.

- Ты быстро учишься, - увидев это, маг кивнул.

Он снова пододвинул стул, прижав им дверь, и сел, вытянув ногу, вероятно, старые раны беспокоили его. Скай молчал, ожидая, когда разговор начнёт Люций. Тот смотрел на юного Фолганда с любопытством, испытующе, словно пытаясь, раскрыть нечто тайное, что пока было ему недоступно.

- Там у себя, ты, наверное, привык к хорошей еде, - он не спросил, высказал мысли.

Скай услышал насмешку в словах мага, но снова промолчал.

- Не люблю, когда молчат, - изувеченное лицо Люция скривилось. – Расскажи, что-нибудь из детства. Как вы праздновали…ну, например, день весны? Как это бывает у людей?

- Фолганды не праздную день Дивного бога, - отвечая, Скай пытался понять, зачем магу эти расспросы, какую информацию он хочет получить. – Только лорд земель участвует в торжествах.

- Ладно. Расскажи о любом другом празднике или дне, который хорошо помнишь. Когда тебе исполнилось пятнадцать лет, что тебе подарили?

- Родители подарили книгу зелейника, где можно самому составлять формулы, записывать рецепты, - ему не очень хотелось говорить о семье с магом, казалось, что тот пытается притронутся к личному и дорогому, и это вызывало болезненный отклик в душе.

- Хороший подарок, нужный для юного мага. Ой, - Люций невзначай прикрыл рот ладонью, - Я забыл, что ты не чувствуешь стихии. Мой подарок на пятнадцатилетие был намного хуже…, - он внезапно до хруста сцепил пальцы, жест, ставший привычкой, и напрягся. – Таким мальчикам, как ты, лучше никогда не знать… Но потом я сам себе сделал подарок. Я подарил себе свободу, а через десять лет жизни тех, кто заслужил справедливость, - взгляд мага затуманился. – Да, жизни. Ведь можно считать, что они умерли.

Скаю начало казаться, что Люций безумен. Все слова, эмоциональные перепады, изменения в лице вызывали неприятную дрожь и холод в позвоночнике.

- Не будем об этом. Давай, рассказывай, как вы праздновали твой день рождения! – маг оказался настойчив.

Нехотя, Скай начал вспоминать эпизоды прошлого, когда был счастлив. Разные временные отрезки, дни рождения, праздники, мелкие радости дружной и любящей семьи. Скупо роняя слова, отдавал их магу, который слушал жадно и внимательно. Люций пил чужое счастье, требуя больше и больше. Вероятно, прошло не меньше часа, и Скай замолчал, наблюдая за магом. Тот сидел с закрытыми глазами. Перебитое лицо расслабилось, показав, каким гармоничным и по-доброму открытым был облик Люция до постигших его несчастий, и Фолганд снова испытал нечто похожее на сочувствие.

- Сейчас я освобожу тебя, - глухой голос мага звучал тихо. – Не думай, что получил свободу. Мне нужно, чтобы ты прошёл со мной в кабинет, но ты остаёшься пленником. Попытаешься сбежать, сделаешь себе хуже.

Люций поднялся и неторопливо, используя маленький ключик, висевший у него на шее, раскрыл ошейник. Протолкнув застрявший воздух, Скай выдохнул. На секунду ему показалось, что свобода близко, но как же он ошибся.

- Веди себя правильно и не пострадаешь, - напомнил маг.

Они дошли до кабинета, где находился портал.

- Подними руку и раскрой ладонь, - приказал Люций.

Догадавшись, что нужна кровь Фолгандов, Скай насупился и отступил обратно к выходу.

- Ты что, крови боишься? – засмеялся маг. – Давай сюда руку! Я не собираюсь уговаривать тебя, как девчонку. Если будешь сопротивляться, то и с мёртвого можно долго брать кровь.

- Зачем тебе кровь?

Люций нетерпеливо, рывком дёрнулся, достал с полки, скрытой в полутёмном углу кинжал.

- Молчи и исполняй! Я хочу проверить кое-что.

- Нет, - Скай сделал ещё один шаг назад, вспоминая, что дальше, за спиной и чуть сбоку, находится входная дверь и можно попытаться бежать.

- Упрямый воронёнок! – вся расслабленность, приобретённая после историй Фолганда, слетела с мага, черты лица перекосило, разлилась бледность, из груди вырвался рык или стон, не разобрать.

Люций поднял руку для подчинения непослушного пленника, а Скай не спуская глаз с мага, отходил дальше к двери. Только маг становился всё бледнее, кинжал выпал из рук, а вместе с тяжёлым дыханием из груди продолжали вырываться странные и пугающие звуки. Скаю показалось, что Люций умирает прямо у него на глазах. Замешкавшись, он увидел, как маг упал навзничь, тело скрутила сильная судорога, выворачивающая суставы, перемежающаяся с мелкой дрожью.