Хранители Фолганда

*41*

Лёжа в темноте, Скай снова потерял счёт времени. На короткий срок сон сморил его, но ворочаясь, он невольно подложил ладонь под щеку и тут же дёрнулся от боли. Коснувшись лица, вспомнил, как Дарион полоснул кинжалом, чтобы получить кровь Фолгандов. Пальцами ощутил, что кровь запеклась, но растревоженная рана заболела сильнее. Отогнал мысли недостойные мужчины — он не девушка, чтобы переживать о внешности, у отца множество шрамов, теперь будут и у него.

Заснуть снова он не смог из-за саднящей боли. Вернулся к упражнениям и повторению схем, отвлекаясь, забывая о том, где он и как сложно сейчас. Была бы рядом мама залечила бы одним касанием все раны. У Вельды хорошо получилось использовать стихии для целительства. Думая о снятии боли, Скай подробно вспомнил, как маги работают с такими ранами. Теорию он знал даже лучше Маргариты. Нужно занять сознание работой, иначе можно уйти в жалость к себе и отупляющий страх. Используя принцип сплетения чар, выстроил в уме воздействие на рассечение, наблюдал, как последовательно восстанавливает мясо и кожу. Улыбнулся в темноту. Скаю очень понравилась эта игра воображения, да и боль прошла.

Замок на двери издал противный звук, ворвавшийся в покой и тишину, которые окутали Скайгарда, убаюкали измученный разум. Маг стоял на пороге, отбрасывая длинную изломанную тень.

- Успокоился?

Насмешливый голос перестал беспокоить Ская, пусть говорит, что хочет, а он решит, стоит ли подчиняться или сопротивление станет единственным ответом Люцию. Вот и теперь в ответ Скай промолчал, внутренне собирая силы, которые могли пригодиться. В руке мага оказался кинжал, и он намеренно показал его пленнику, наблюдая за реакцией.

- Ты не из пугливых или сдался и тебе стала безразлична твоя судьба? – привычный интерес послышался Скаю в этих словах.

- Мне всё равно, что ты говоришь или собираешься сделать со мной, но не думай, что я сдамся, - Скай встал у стены и посмотрел прямо в карие глаза Люция, сейчас имеющие осенний рыжеватый оттенок, словно опавшая листва леса отразилась в них.

- Храбрый воронёнок, - маг подошёл ближе. - Даже, если я решу убить тебя?

- Если моя смерть не даст погубить земли Фолганда, то я готов, - Скай решительно сжал кулаки, бросив слова прямо в лицо Люция.

Но тот рассмеялся. Искренне рассмеялся пафосу в словах мальчишки и его детской уверенности, что смерть может что-то изменить. Он снова создал светящийся шар и подвесил его под потолком.

- Рука или лицо? Выбирай, - маг показал кинжал и маленькую глиняную чашу, которые держал в руках. – Это единственный выбор, который у тебя есть. Можешь не сверлить меня глазами. Я добуду твою кровь в любом случае. Будешь сопротивляться, придётся поступить жёстко. Покажи-ка, что с твоей щекой.

Протянув руку, Люций попытался ухватить Ская за подбородок, чтобы повернуть к свету, но тот вырвался и оттолкнул мага.

- Напрасно я оставил руки свободными, но вижу, что порез почти зажил. Отличное восстановление. Вероятно, кровь Фолгандов?

Скай удивлённо коснулся рассечения сам и почувствовал затянувшийся шрам под пальцами.

- Ну, - маг нетерпеливо повёл плечами. – Давай руку. Иначе удержу магией. Зачем тебе унижение.

- Зачем тебе кровь?

- Хочу понять, как работает книга, - в голосе Люция появилась усталость от необходимости объяснять очевидные вещи.

- Ты действительно не знаешь ничего, - улыбка у Ская вышла кривая, нервная. – И никогда не узнаешь.

- Я знаю много больше, чем необходимо, воронёнок. И добьюсь своего. Не думай, что справишься со мной. Ты даже не маг, а у меня заключена сделка с одним из богов Фолганда.

- Отец считает, что магам не стоит заключать сделок с богами. Они коварны и запросят много больше, чем предложат взамен.

- Пожалуй, твой отец знает, о чём говорит. Но какой-то мёртвый бог не сможет напугать меня. Страшны не боги, а люди. Я познал это в полной мере. Землям Фолганда необходима справедливость. Я дам её.

- Я сделаю всё, чтобы ты не уничтожил земли, - Скай упрямо смотрел в лицо мага, и видел ту же решимость и упрямство.

- О, боги! С чего ты взял, что Фолганд будет уничтожен? Ты удивлён? Я лишь хочу вернуть справедливость этому миру. Разве неправильно, чтобы всем управлял справедливый бог, знающий цену боли и страданиям?

- И кто этот бог? – с сомнением Скай нахмурился, он не понимал замысла Люция.

- Он перед тобой, воронёнок, - искренний смех мага начинал пугать.

- Ты безумен, - Скай не нашёл иных слов для мага, задумался на мгновенье. - И как может человек судить, что хорошо или плохо для всех?

- Твой дядя, лорд земель, справляется как-то. Чем я хуже?

- Лорд земель действует по закону и сам подчинён ему. Ты же собираешься подменить собой закон, - Скай продолжал хмуриться, связывая между собой слова Люция, пытаясь найти в них логику, узнать скрытое, но это оказалось не просто. – Откуда тебе знать, что хорошо для меня, например.

- Справедливость хороша для всех, - резко ответил Люций, раздражаясь. – В моем мире каждый станет счастливым и свободным. Кто познал рабство ценит свободу.

- Ты так ценишь свободу, что готов лишить свободы меня? Ради моего счастья? Ради него ты держишь человека не цепи, как животное? Мой отец тринадцать лет находился в рабстве у жрецов, но сохранил ясность ума. А ты, я вижу, не понимаешь очевидного.

- Ради всеобщего блага одна жизнь ничто. Ты же сам хотел спасти земли, - стало заметно, как не нравится разговор Люцию. – Я слышал от своего учителя историю Стефана Фолганда, но и он не может упрекать меня, а тем более его сын. Мальчишка, чудом появившийся на свет! – маг прокричал последние слова прямо в лицо Скаю.

- Почему чудом? – Люций казался Скаю всё безумнее.

- Редкая женщина согласится связать свою жизнь с магом, - он задумчиво смотрел куда-то в сторону, словно вспоминая далёкие события. – Не знаю, как твоему отцу удалось найти спутницу. Они все убегают от нас. Магов боятся, а на моей родине их ненавидят, но даже там легче найти себе пару. На юге ещё остались женщины-маги. Здесь, на севере, их нет. Удел мага — одиночество. У тебя и сестёр почти не было шансов появиться на свет.  Видимо, твоя мать удивительная женщина. Маргарита внешне совсем на неё не похожа…