Хранители моего тела - 2

Глава 18

Рэм

Младший наследник правителя Империи не хотел смерти отца. И уж тем более он не хотел смерти своему старшему брату, официальному наследнику. Но они были мертвы.

Остался только он. Заговор внутри заговора… Предательство главы безопасности собственной друзы словно состарило Рэма. А ведь они хотели как лучше.

Рему не нужна была власть, но Империя нуждалась в переменах. В болезненных, даже жестоких переменах, ради выживания эров и реев. Это понимали многие, но не отец Рэма. И тогда он согласился с планом эра Лойса.

Казалось, еще был шанс все изменить, успеть.

А на деле все это оказалось ловушкой для правящей друзы. Этим самым эром Лойсом и приготовленной. Прав был отец, когда говорил – «ни один поступок не может быть благом для всех. Кому-то, он обязательно причинит зло».

Вырастить истинный управляющий кристалл, получить возможность влиять на решения отца. Бескровная смена власти. Никто не должен был пострадать...

Если не отключать управляющий обруч правителя, отец мог бы править по прежнему, но вынужден был бы прислушаться к Рэму и тем кто его поддерживал. Это все, чего хотел Рэм.

Но ничего не вышло. Хуже всего, что Рэм не был уверен в том, что эру Лойсу не удалось улизнуть. Тот всегда отличался завидной изворотливостью. И если ему повезло и в момент нападения тот был на одном из подземных ярусов пирамиды, вполне мог уцелеть.

Буквально на следующий день большинство провинций объявило о самостоятельности.

Главы кланов, потеряв сильнейшего из них, не желали признавать его наследника.

Многовековой порядок был нарушен и подчиняться добровольно они были не намерены.

Очень вежливо, пока еще вежливо, главы кланов, которых посетил Рэм, качали головой, разводили руками и говорили одно и тоже:

– Обруч с управляющим кристаллом утерян. Доступ к хранилищу бывшей правящей династии невозможен. Официально вы никто, эр Рэм. Мы не можем помочь вам. Нам нужно позаботиться о выживании своих людей.

И тогда Рэмар бросил клич. Собрал всех, кто не захотел пережидать смутное время за надежными стенами своих резиденций. Всех, кто решил последовать за ним не смотря на отсутствие обруча и хранилища силы.

Рэм смотрел на них и думал о том, что смотрит на будущие жертвы собственного желания сделать как лучше.

Как же хотелось Рэму повернуть время вспять, изменить прошлое, или хотя бы сказать брату, да и отцу что он любит их. Особенно брату.

– Впереди опять джунгли, – тяжело вздохнул глава кровавой друзы рубинов.

– Артар, это не джунгли, это просто лес, тропический, чему только тебя учили наставники, – отбросил грустные мысли бывший младший наследник бывшей Империи.

– Лианы, значит джунгли, – уверенно заявил молодой рубин. После гибели отца он стал заметно серьёзней, ответственность за своих людей, всех их заставила стать серьёзней.

– В джунглях такой подлесок, что мы никогда не пробились бы, Арт, пришлось бы обходить, терять время, ты видишь здесь подлесок?

– Плевать я хотел на подлесок или его отсутствие. Времени у нас теперь сколько угодно, – недовольно буркнул друг.

И это было правдой. Печальной правдой.

Главе безопасности собственной друзы Рэма, удалось то, что веками не удавалось врагам.

– По крайней мере, ты расплавил эту шлирову пирамиду, – словно понимая, о чём задумался Рэм, сказал Артар, – отец погиб не зря.

И в этой смерти тоже был виноват Рэм...

Он до сих пор удивлялся как хватило у него сил на такое? Расплавить древние камни… И слышались, мерещились в шелесте листвы окружающего леса, осуждающие голоса предыдущих поколений рубинов. Как посмел он, мальчишка, уничтожить то, что строили они веками.

– Я вернусь и заберу обратно то, что принадлежит мне по праву, – отвечал Рэм голосам. Голоса обидно смеялись в ответ. В столице царил хаос.

Рэму как воздух были нужны люди и поддержка могущественного клана для поисков обруча главы. И он сделал единственное что мог в этой ситуации, принял единственное предложение о помощи и тайно повел своих людей на юг Империи.

Сантини. Прошлое.

Прошлое.

Сантини с детства отличалась от других детей.

– Думаешь лучше всех, дрянь! – Кричала Ирна, когда напивалась.

Ничего такого Санти не думала, все ее мысли были о том, как бы, незаметно для матери, стащить кусочек еды, которую та хранила в общем для всех девиц этого заведения холодильном шкафу.

Или о том, где переждать в этот раз появление очередного клиента в их маленькой комнатке. Со временем, к жизненно важным вопросам добавилось – где спрятать, одолженную на время у торговца-старьевщика, книжку. Мать, когда злится, может и порвать, и тогда он конечно же не позволит больше и прикоснуться Санти к своим сокровищам.

– Я тебя отучу нос задирать! – Орала мать и маленькая Санти понимала, что надо бежать и прятаться, потому что продолжение всегда было одинаковым.

Ирна, сначала отвесит подзатыльник, или пощечину, а потом, под дикие крики и непонятные обвинения, словно подбадривая себя этими воплями, начнет бить уже всерьез.

Поначалу, Санти плакала, и просила перестать. Старалась изо всех сил понять, что же она делает не так, что доводит мать до этого состояния. Обещала, что будет очень хорошей девочкой, но мать не слушала.

– Проклятое семя, что хорошего из тебя может вырасти? Еще одна потаскуха в трущобах? Если не сдохнешь раньше.

Проклятой, Ирна начала ее называть после того, как однажды, девочка исчезла прямо на ее глазах. До этого, Санти часто удавалось избегать наказания известным всем маленьким детям способом. Забиться куда-нибудь в уголок, сжаться комочком, закрыть ладонями глаза и повторять про себя, «меня тут нет, меня тут нет».

Ведь если ты не видишь то, чего боишься, то и оно не увидит тебя…

И мать проходила мимо. Заглядывала в немногочисленные укромные места их комнаты, и уходила в общий коридор, искать на кухне или на заднем дворе.

Крики смолкали, слабенькая защита от звуков стояла только на личных комнатах и мать даже в одурманенном состоянии понимала, что если ее вопли услышит старшая на ярусе – накажет.