Хроника Богов: Мертвое Царство

XV Странствия по Аду

Сатанинское царство пылает огнем,

Души плачут, страдая, и ночью, и днем,

Здесь убийцы ликуют, пьют кровь, как вино,

Жажда власти терзала их души давно.

Истощают людей, сил душевных лишая,

Поглощают те силы, покоя не зная,

И готовятся к битве за место богов,

Сокрушить лишь желают асуры врагов.

Боевая асурского царства элита,

В прах разбитая дланью небесной защиты,

Пала в битве с богами, останки горят,

Над столицей четыре столба не стоят.

И Всевластия Шар, мощь владыки Земли,

В той Гробницы руинах, в забытой пыли,

Разлетелись осколки реликвии той,

Где сразил Монтинора великий герой,

В битве равной неистовства полон удар

Угасил беспощадного демона жар,

И принес Лапион Сатане его крах,

Как развеял в Гробнице реликвии прах.

Ослабел Сатана и владык больше нет,

Но все демоны помнят их Древних завет:

Бой до смерти без права назад отойти,

Сокрушать все и вся на асурском пути.

Собираются войска великие силы,

Те убийцы, что Тьма их душой одарила.

Тучи демонов страшных закалку свою

Показать вражьим силам желают в бою.

У покоев царя - полумертвый Хенон,

Огнекрылым асуром брони он лишен,

Но в конечном итоге остался живым,

Сохраненная жизнь Храмом Сада Святым.

Лепестки черной розы дают ему власть,

Чтоб от вражьих напастей к земле не упасть,

Он на ноги поднялся - увидел врага,

И рванулся к нему Поднебесья слуга.

Сатана щелкнул пальцем - асуры вошли,

Змей и демон крылатый в руинах Земли.

Были слугами Лимба, но час тот прошел,

Новый царь на престол Царства Мертвых взошел,

Обратил их в чудовищ и власть захватил,

Сатана с Мидианом добра не сулил.

А теперь кровожадные Ада рабы

Ищут в битвах безжалостных лучшей судьбы,

Стали духи, что раньше служили богам,

Безвозмездно подвластны асурам-врагам,

Так явились без жалости Тьмы палачи,

Возродились от света угасшей свечи.

Пощадил их асур, бытия не лишал,

А как слуг своей власти на битву поднял.

Тьмой наполнены жилы и сила в руках,

Сжата магия черная в их кулаках.

На Хенона напали, желали убить,

Его кровью столицы простор окропить,

Ненавистен исчадиям Ада тот свет,

Что в легендах богов поднебесных воспет,

Что наследье его сохраняют в сердцах,

Чтоб рассыпалась память асуров в веках.

Каждый бог того света потомок святой,

Исключением не был плененный герой.

И напали вдвоем на убийцу надежд,

Двое демонов темных, безумных невежд.

Но сдаваться отважный герой не желал,

Против вражеской силы жестокой восстал.

Он отпрыгнул и тут же к врагам сиганул,

Продолженьем руки своим острым взмахнул.

Засвистел его меч и рванулась волна,

На пути все преграды рубила она.

Загудел весь дворец, разрушаться стал зал,

Но асуров прислугу удар миновал:

Крылья Кайзера скрыли от силы врага,

Без царапин остался Камиры слуга.

А озлобленный змей сквозь себя пропустил

Тот удар, что Хенона лишил его сил.

Пошатнулись колоны столицы дворца,

Сатана наблюдал за врагом без конца.

Он не дрогнул, как рухнули стены к земле,

Как столичный дворец оказался в угле.

Он на троне сидел без движений и слов,

Наблюдал за дуэлью заядлых врагов.

Нет ни страха, ни боли в глазах короля,

Он спокойно глядел, как пылает земля,

Взор пустой, как стекло, и жесток, словно меч,

Жизнь обязан герой от врага уберечь.

Из дворца Сатаны бог бесшумно сбежал,

Как в палате владыки случился обвал.

Чрез окно, что решеткой сокрыто от тьмы,

Сиганул со дворца, со смертельной тюрьмы.

Демонический царь похоронен в камнях,

Закричал мертвый мрак в тех асурских сердцах,

Что забились пульсацией черных кровей,

И восстали из мертвых под мраком зарей.

Все они вместе с ним под обителью зла,

Где Аида извечная власть умерла,

Как разрушен был Лимб, так в разрухе теперь

Тот дворец, что возвел божий шут, адский зверь.

Обратился руиной асурский дворец,

А виною тому - сей бесстрашный боец,

Что на гибели грани нанес свой удар,

Угасил своей силой подземный пожар.

Он по улицам мрачным, сожженным огнем,

От асуров бежал и мечтал о своем:

Лишь желал возвратиться к собратьям своим,

Что всю долгую жизнь вместе прожили с ним.

Память прошлого верх над рассудком взяла,

И душа в мир былой вслед за ней уплыла.

Там он мать свою встретил, прекрасную Гору,

Небожителей видел и грех Метеора,

Вспомнил жертву отца ради жизни детей,

И забыл о сиянии адских огней.

Ту историю видел Хенон в зеркалах,

Как отец в Царстве Неба рассыпался в прах.

Для безмерной любви он взошел к небесам,

Свою жизнь для детей Метеор отдал там,

Ради Горы и тех, кто под сердцем ее,

Обратил серым пеплом он сердце свое.

Шел Хенон по столице, опершись на меч,

Память теплую в сердце пытаясь беречь.

Сотни страждущих душ через стоны-мольбы

У Хенона просили хорошей судьбы,

Иссякают все силы и тлеют тела,

Здесь надежда в душе их давно умерла.

Но помочь не по силам Хенону теперь,

Ищет он в адской мгле межмировую дверь.

Мимо душ шел он, холод во взгляде храня,

И твердил: «Не сломают убийцы меня!

Не повергнуть им стража небесных высот,

Вскоре царство кровавых асуров падёт!»