Хроники Аальхарна

Размер шрифта: - +

Глава 5. Вербовщики

Вербовщики появились в Кучках рано утром, едва только небо на восходе печально засерело, словно солнце размышляло, вставать ему или нет. На околице было взбрехнули собаки, но быстро смекнули, что лучше не связываться с этими мордастыми высоченными парнями в официальной форме инквизиции и армии, что ехали верхами и в темных повозках, покуривая трубки и перебрасываясь сальностями по поводу доступных нравов пейзанок, и умолкли, будто подавились собственным лаем.

На площади вербовщики разделились, и одна группа последовала к храму, где отец Грыв уже читал утреннюю молитву к Заступнику, а вторая направилась будить сеньора — того самого, который имел обыкновение травить крестьян своими породистыми охотничьими псами. Впрочем, смелым и бравым владетельный Боох был только перед теми, кто не мог дать ему отпор, и потому, когда на пороге его спальни появилось двое инквизиторов, не на шутку перепугался и едва не принялся икать. Он было решил, что его обвинили в колдовстве и сейчас потащат в пыточный зал, где он подпишет в первую очередь отказ от имущества, а во вторую — признание во всех возможных ересях. Однако братья инквизиторы поступили иначе. Один, тощий, скуластый и чернявый, явно из южан, вольготно расселся в любимом Бооховом кресле, блаженно вытянув длинные ноги в грязных сапогах, а второй, белесый и сухощаво-стремительный, словно хищник, сунул Бооху под нос лист дорогой бумаги с массой печатей и подписей и сказал:

— Доброго утра, сударь. Указ государя.

И плюхнулся на банкетку рядом с товарищем. Боох испуганно читал написанное торжественным полуунциалом: Мы, князь всеаальхарнский, загорский и зареченский, владыка… именем и властью Заступника…. храм… Инквизиторы смотрели на сеньора так, как энтомолог рассматривает попавшую ему в сачок бабочку и раздумывает, что с ней сделать: насадить на иглу или отпустить на волю.

— У нас будут строить новый храм? — спросил Боох. Инквизиторы переглянулись.

— Нет, ну вроде бы грамотный человек, дворянин, — сказал чернявый своему товарищу и посмотрел на Бооха наглыми темными глазами: — Сударь! Нам бы поесть с дороги хотелось бы. А то всю ночь трясешься в седле, как проклятый по этим вашим Пучкам.

— Кучкам, — поправил его второй и воззрился на сеньора не менее развязно. — Покушать бы. А потом почитаем все вместе. И вас научим, раз уж не довелось раньше научиться…

Первый ковырнул в носу и важно заявил:

— У нас и не такие читать учились. На всех языках сразу.

От вина, равно как и от знаменитой кучкинской настойки инквизиторы отказались, а вот жареное мясо с овощами и запеченная рыба их весьма порадовали, и после сытного завтрака они сменили гнев на милость. Устроившись в библиотеке, важные гости принялись разбираться в давних списках переписи населения и отбирать тех, кого необходимо было забрать на строительство нового храма.

— Собор будет такой, какого вы и не видывали, и во сне не встречали, и предположить не могли, что такое возможно, — говорил чернявый. — Видел я краем глаза проект у шеф-инквизитора, так вот это что-то невообразимое. Как раз истинное дело во славу Заступника, не то что тот сарай, который у вас тут на площади торчит.

Боох трепетал. Он был крепким, высоким мужчиной и при желании смог бы отделать этих нахальных сопляков, не отрываясь от кружки пенного, но их одежда и осанка внушали ему подлинный страх. Они были силой, с которой следовало считаться и ни в коем случае не вступать в противостояние.

— Да они наверно и ведьм не сжигают, — предположил белесый, и видно было, что уж он-то, несмотря на молодые лета, уже успел узнать толк в деле очистки земли от ведьмовства и ереси.

— Конечно, сжигаем! — возмутился Боох. — Вон, третьего дня одну забили камнями, а труп сожгли.

Инквизиторы переглянулись.

— А не колдуй, зараза, — сказал чернявый. — Живи по заповедям, почитай законы и служи Заступнику со всей искренностью и пылом. И пребудет с тобой Его милость и благословение. В общем, посмотрел я ваши списки, все какие-то немощные, косые да кривые. Но с десяток отобрал. Сейчас еще у церкви посмотрим, может, и побольше заберем.

— Десяток! — воскликнул Боох. Чернявый вопросительно вскинул брови — владетельный сеньор его явно удивил. — Это много, господа. Это очень много. Вы же их не на день и не на месяц забираете. А работать кто будет?

Чернявый вздохнул. Аккуратно, одним пальцем закрыл книгу со списками переписи.

— Не для себя забираем, многоуважаемый Боох, — веско промолвил он, — а для Заступника. Во Имя Его и Славу. В конце концов, если вы беспокоитесь о том, что меньше рабочих рук будут трудиться на ваших полях и доход понизится, то побеспокойтесь лучше о душе, которую так легко уронить в пропасть ереси, — чернявый подошел к Бооху вплотную, покачался с пятки на носок, оценил, что ростом как раз сеньору до плеча и раза в три тоньше. — Вы ведь не еретик, сударь?

Белесый ухмыльнулся. В цепком взгляде инквизитора Боох вдруг прочел свою будущую судьбу, и она не была слишком длинной. Обвинение в ереси, пытки и в итоге костер, а в его прекрасном доме поселится какой-нибудь особо отличившийся охотник на ведьм. Хотя бы этот хлыщеватый южанин. Или его молчаливый товарищ.

— Что вы, ни в коем случае, — ответил Боох. — Я верный сын Небесного Заступника.

— Ну и прекрасно, — подал голос белесый. — Ваши Кучки, сударь, в превосходном состоянии. Прекрасный пример для прочих владетельных сеньоров Аальхарна. По-моему, не меньше трехсот золотых в год?

Если южанин был истинно верующим, то белесый оказался простым приземленным практиком. Боох вздохнул: слава Заступнику, похоже, дело принялось выезжать в практическую плоскость.



Лариса Петровичева

Отредактировано: 09.05.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться




Books language: