Хроники Фальсы

Размер шрифта: - +

Глава шестая. Лаконика. Некромант.

Папа у меня, красивый, конечно, с этим не поспоришь, но, чтобы выпендриваться, ситуация неподходящая. И вот, смотрю, нежить уже пальцами скрюченными к ушам потянулась, рот открыла и как завоет: «Пхааа-пхааа». Отец подпрыгнул резко, так ничего, сразу через несколько ступенек носом вниз и приземлился. Хорошо, ниже не полетел, а то не один только нос пострадал бы. 
-Папочка, хорошо все? А теперь дверь открой нам, ага? - без всякого перехода выпаливаю я. Он уже руками-ногами перебирает и нацеленно вниз ползет. Мне и смешно, вроде, и по шее получить не хочется.  А у магов папиных лица не то чтобы настороженные, скорее, недоверчивые. Ага, поняли теперь, кому управление передали! 
-Так, так, так! Пропускаем моего папочку, ну, по совместительству, вашего главного техномагического чувака! Разошлись! - похлопывая в ладошки, начала рассеивать я кучу аника-воинов и горе-взломщиков. Что-то брякнуло. Поворачиваюсь, а это папка руками о последнюю ступеньку споткнулся и многострадальным носом в пол шмякнулся. Вздохнул и, ушибленное место потирая, поднялся во весь рост. Ну, истинный правитель! Куда бы деться, ага! Вот тут и охрана замковая вспомнила, что она охрана, и, металлическими доспехами звякая, выбежала на шум. Прям цари горы. Поблескивая в отсветах эфирных шаров, расправляя плечи, флегматично вытаскивая из ножен стальные мечи... 
-Пхааааааа-пхаа, - провыл зомбик. Мне даже жалко стало. Чего ж он от нас хочет-то? Вон, на псевдо-рыцарей даже не обернулся, все за нами по лесенке ползет. А те уж мечи на изготовку подняли и, выколачивая по полу незвучный такт, толпой на одного несчастного полу-трупа несутся. Ну, мне же интересно, потому замерла и наблюдаю: стражники будто на стену наткнулись и там же штабелями и попадали, а голубоглазому хоть бы хны, рот раззявил и руками к нам тянется. Беда. И что теперь делать? Каким таким образом я супер-неуязвимого нелюдя подняла? Ох, пришибет меня папка, как нефиг делать пришибет. И не шутил он, когда лабораторию запереть грозился. Мне и так здесь заняться нечем, а теперь и поплакать в привычной среде не удастся. 
-Пааа? - протянула я. Он уже с дверью там что-то возится, но, думаю, результатов не будет. Он у меня умный, конечно, но талантами особыми не отличается. Раз уж целая гильдия не справилась, чего ему здесь делать? Стража самозабвенно раз за разом пытается пробить защиту и, между прочим, вполне себе красиво летает. Как птички бескрылые, но зато с хорошим центром тяжести на пятой точке. -Пааа!
-Чего тебе, - пробурчал сосредоточенный отец, продолжая ковыряться в замке.
-А ты его спросить не хочешь че ты там собирался? У тебя ж возможности другой не будет, - наблюдая за отчаянными попытками мечников хоть немного зацепить зомбика, пропела я. Развороченный труп с усилием преодолел последнюю ступень и, вопреки моим желаниям, ускорил темп почти до обычного шага. Охрана почуяла неладное и, незаметно проскользнув за его спиной, попыталась напасть сбоку. Ну, собственно, с тем же успехом. Тут уж и началось самое интересное. Те, что по-беззащитнее, а именно разнокалиберные придворные слуги, тут же по-над кушетками попрятались, а маги стоически перед папкой и мной выстроились, мол, собой пожертвуем, а гад не пройдет. Патриотичные какие. Я ж сама на ногах еле стою, поджилки трясутся. Стража мечи в угол побросала и теперь в рукопашную идет, а те, что поумнее — ножки у мебели повыламывали и защиту прощупывают, чтобы кулаки не разбивать. Мол, и работу свою выполняем, и целыми остаемся. Оставалось всего пару метров, когда Эльварус задрал подол своего балахона и, по-девичьи визжа, бросился наутек. Следом, ясное дело, и остальные побежали. Я папку оттолкнула и давай по диванам сигать, как горная лань с хорошим чувством самосохранения.
-Ну, па! Быстрее спрашивай! - потом-то возможности не будет! Сожрет нас всех к чертям, даже не подавится! Зомбики, как правило, тупые, ибо им думать нечем: кислород в мозг не поступает и тот со временем совсем атрофируется, как, в принципе, и любые другие органы. А людями зачем питаться? Вот это уже другой вопрос. Я же целое исследование проводила, когда папа моих сбежавших подопытных назад возвращал. Хорошо, что он тогда исчезновения пары вредных горничных не заметил, а то мне бы не по-детски досталось и, увы, не пряников. Ну, а кто ж знал, что их не обязательно человечиной кормить? Перестраховалась. Да и не раскаиваюсь я, уж очень девки вредные были, ворчали все время. В общем, нежить мясом питается, чтобы клетки свои восстанавливать, вроде как заменяют одряхлевшие на свежатинку. Причем не просто так, а на уровне инстинктов выживания. В таком мире, как Фальса, всем выживать приходится. Так, нельзя задумываться - момент упущу. Все ломятся вправо и я туда же. Чтобы не попасть в общую кучу, отталкиваюсь посильнее и попадаю на спинку дивана. Ой. Перестаралась что-то.
-Если не спросишь сейчас, он тебе никогда не ответит! - папа, блин! Я не то чтобы издеваюсь, но вдруг и вправду ответит? Ну, пока еще свежий. Балансирую руками, чтобы не свалиться в объятия ходячего покойника, а ноги стараюсь поставить пошире, для устойчивости. Тенденция меняется — пора бежать налево. Спускаюсь на пружинящую поверхность и примечаю новую цель. Что будет, если я Эльварусу на закорки прыгну? По-крайней мере, визг мне его понравился, а папа, думаю, не будет против. В конце концов, именно он подорвал смелость всей гильдии, оставив главу на растерзание зверя. Сгибаю коленки, четко выделяю грядущую цель...
-Гав! Гав! - че за хрень? Поднимаю голову. На лестнице стоит лис. Тот самый жертвенный лис. И яростно заливается лаем. Ниче не поняла. Протираю глаза, но картинка не меняется. Расставив лапы, как южно-фальсовский слон на коньках, лис упрямо продолжает тяфкать, все больше приобретая недоуменный вид. Кто-то неумело пытается прогавкать в ответ и я начинаю глазами искать этого идиота в разношерстной компании. И нахожу. Истекая слюной, злоба дня раскрывает рот и издает звуки отдаленно похожие на лай. Отдаленно. Не то чтобы очень, но, типа, лай. Зверь на лестнице осторожно переползает на следующую ступеньку, неуклюже подворачивая лапы. Пасть еще раскрывается, но теперь он слегка поскуливает, едва ли не себе под нос. Увлеченно наблюдаю за действом и думаю: че я натворила? А вот не надо было отвлекаться. В глухой тишине раздается утробное урчание, очень похожее на мурлыканье котенка, и я оборачиваюсь. И, собственно, фигею. Вот это номер так номер. Зомбик настырно трется головой о папину грудь, стараясь зацепить его руку макушкой. Отец панически оглядывает свой персонал, ища хоть какой-нибудь помощи, но все поспешно растеклись в стороны, будто их здесь нет и не было. Еще бы песенки какие посвистывали, для убедительности. Папа осторожно отталкивает нежить от себя, но тот продолжает наступать, не изменяя своей наглости. Лис уже спустился и недовольной тушей расползся по полу, вытянув лапы в разные стороны. Я нервно хихикнула. Как вам картинка? Зверь слегка наклонил голову, уставившись на меня по-человечески умными глазами и притворно вздохнул. Что-то здесь не так. Варрон, набравшись смелости, взъерошил рукой каштановые волосы и тот в ответ заурчал в три раза громче. В общем, я не выдержала. Согнулась пополам в истерическом хохоте, постепенно переходящем в икоту. По щекам покатились колючие слезы, оставляя на коже длинные мокрые полоски. Всем, вроде, было плевать. Они с интересом разглядывали распластавшегося лиса, разглядывали довольно мурлычущего зомбика, а я ржала во весь голос, не привлекая внимания. Единственное, чем парень и зверь были похожи, так это отчаянной жаждой жизни. Инстинкт выживания. И потому остались здесь оба: парень — рыжим лисом, как я, собственно, и собиралась поступить, а само животное — в мертвом человеческом теле. 



Елена Ласт-Сумерка

Отредактировано: 06.12.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться